Инстинкты - штука непредсказуемая

      Нью-Йоркские жители негодовали, разогревая свои примёрзшие к грудной клетке сердца праведным гневом, адресованным одной небезызвестной холодной мисс. Имя ей — Зима. Самой Зиме, честно говоря, на пищащих где-то на грешной земле человечков было глубоко наплевать. Что она, кстати, и делала: плевок — и половину города занесло такими сугробами, что даже российские туристы, увидев сие зрелище, присвистнули и решили по-быстрому слинять обратно на родные сибирские просторы. Синоптики, печально отдирая от переносиц очки, температура которых довольно быстро сравнялась с температурой айсбергов в Северном Ледовитом океане, свято клялись, что понятия не имели о том, что в Нью-Йорке могут быть такие морозы. И, как вы понимаете, холод коварен, как старый одноглазый лис, а посему ничто не помешало ему проникнуть в обитель четырёх юных защитников города. Собственно, результатом всей этой череды безумных событий и стало то, что Эйприл и Кейси неожиданно вспомнили о принадлежности своих друзей к благородному роду черепах. А затем и тот факт, что данный род входит в анонимное общество рептилий. Которые, как известно, в большинстве своём нетерпимы к холоду. Но обо всём по порядку. — Фух, ну и холодина! — Кейси, обычно считавший себя слишком крутым для того, чтобы надевать шапку, в этот раз поверх головного убора натянул ещё и капюшон. — Не говори… — Эйприл подышала на заледеневшие под промокшими варежками руки. — Но нам всё-таки нужно проведать ребят. Может, они хотят выйти наружу, но не могут из-за того, что люки завалило снегом? — Хей, я знаю, что Раф псих, но чтобы в такую погоду хотеть наружу? Не смеши мои клюшки! — Мы должны быть уверены, что с ними всё в порядке, — отрезала ОʼНил, продолжая откапывать родной люк друзей. Кейси вздохнул и принялся помогать девушке. В конце концов, он поклялся быть с ней везде и всегда, даже если в данный момент испытывал острое желание вернуться домой и улечься в тёплую постель с кружкой ароматного какао. — Хе-еу, есть здесь кто живой?! — окликнул Джонс пустое мрачное помещение, обычно всегда наполненное шумом: будь то спор братьев о том, что они сегодня будут смотреть по телевизору, или разработка плана под нехитрым названием «Добыть пиццу». Внезапно из-за дивана с энтузиазмом неделю ничего не евшего существа высунулась голова, содержащая на лице абсолютно пофигистичное выражение. Наверное, только благодаря цвету повязки хоккеист признал в этой голове своего лучшего друга. — Раф! Какой черепахи тут происходит?! И тут голова сделала то, что вогнало Кейси в небывалый ступор: пару раз попытавшись сфокусировать мутный взгляд на фигуре парня, оставила эту затею и скрылась обратно. — Не понял?! — Джонс подошёл к дивану и, с минуту полицезрев картину маслом — свернувшегося на диване калачиком темперамента, ощутимо пихнул его в бок носком ботинка. И моментально впал во второе, по продолжительности даже большее, чем первое, оцепенение. В любое другое время хоккеист за подобный способ пробуждения огрёб бы так, что потом домой попал лишь через больницу. Но теперь вспыльчивый подросток, которого, как думал Кейси, он знал слишком хорошо, даже не шевельнулся. Что совершенно вразрез шло со всеми представлениями о Рафаэле, которые были у Джонса ранее. Поэтому парень решил сделать единственный разумный вывод о том, что только что увидел. — Писец? — слабо пискнул Кейси, беспомощно оглянувшись на Эйприл. Та закатила глаза и покачала головой. — А ты, я вижу, не изменился с тех пор, как я согласилась быть для тебя репетитором по математике. — А что я ещё должен решить? — нахмурился школьник, указывая рукой на всё так же безмятежно сопящего Рафа. — Меня сейчас больше интересует, где все остальные… — игнорируя круглые, как у детёныша тюленя, глаза друга, сказала Эйприл и направилась в сторону додзё. Кейси послушно потрусил следом. Под наполовину облысевшим в честь наступления зимы бонсаем чинно сидел Лео. Сидел и тихонько похрапывал. Тут уж от пресвятого ступора не отказалась и Эйприл, прекрасно зная, что доблестный лидер черепашек никогда не спит во время медитации. Вернее, никогда не спал до этого момента. Кейси, желая убедиться в своих доводах, подошёл к владельцу катан и тихонько потыкал его щеку пальчиком. В отличие от Рафа, вялая, но всё-таки реакция, здесь обнаружилась: Лео слабо потряс головой и, потеряв хрупкое равновесие, бухнулся на пол. Что нисколько не помешало ему продолжить гостить у Морфея. Приняв практически ту же позу, что и его зеленоглазый брат, подросток сладко засопел. Кейси обернулся на Эйприл с таким выражением лица, которому просто необходимо было музыкальное сопровождение в духе «там-там-та-а-ам». — Рыжик, по логову бродит чудовищный вирус. Бежим отсюда! — Брось! — раздражённо отозвалась девушка, хотя ей самой всё тоже начинало не нравиться. — Пошли, проверим комнаты. Одна из четырёх пропаж нашлась именно там. Пропажу эту звали Майки, и найти её в таком положении не ожидали ни Кейси, ни тем более Эйприл. Весельчак, соорудив уютное гнёздышко из множества одеял и подушек, благополучно затерялся в нём, высунув наружу лишь нос. И, в отличие от старших братьев, дыхание этого черепашки было настолько невесомым, что ОʼНил убедилась в принадлежности мальчишки к этому миру лишь после того, как приложила руку к одной из нагрудных пластин его пластрона. Где-то за ней, тихо и необычайно медленно, билось черепашье сердце. — А вот теперь и я встревожена не на шутку, — пробормотала куноити, а Кейси, стоявший позади неё, согласно закивал. Оставив Микеланджело наслаждаться компанией одеял, парочка вышла на середину зала. — Опять они в плену своих сновидений? В прошлый раз всё было точно так же — ни реакции, ни возможности их разбудить. Что думаешь, рыжая? — обеспокоенно спросил Кейси, косясь на дрыхнувшего Рафаэля. Та покачала головой. — Мы ещё не нашли Донни. До этого негативные прогнозы ставить не следует. Пошли. Впереди была лаборатория. — Донни! — радостно воскликнула Эйприл, бросаясь к ошалевшему черепашке, с трудом удержавшемуся на стуле. Учёный сидел за компьютером и флегматично стучал по клавишам, с головой укутавшись в пушистый плед и держа в руке кружку с кофе. — Эйприл? — запоздало спросил гений с той неподражаемой интонацией, когда удивление граничит с вялым безразличием, отстранённо поглаживая девушку по спине. — Это что у вас такое происходит, а? — строго поинтересовался Кейси. — Что происходит? — недоумённо переспросил гений. Джонс с рычанием выдохнул весь воздух, что был у него в лёгких. — Прости, что не уточнил, — нараспев произнёс хоккеист. — Возможно, Ваше Умнейшество не в курсе, но по логову, кажется, начался массовый мор черепах-мутантов. — Почему? — тупо поморгал Дон, в процессе закипания нервов Кейси прихлёбывая кофе из кружки с обнадёживающей надписью «Все будет хорошо!». Эйприл оттащила от бесстрастного черепахи Джонса и медленно, с расстановкой, какой бы позавидовали лучшие логопеды мира, задала вопрос Кейси в более мягкой форме. Философское молчание Донателло наполнило лабораторию. Подростки терпеливо ждали ответа. Наконец, черепашка вздрогнул, словно от удара, что в полной мере выразило его готовность говорить. — Ребят. Все спросить стесняюсь… А нафига вы в школу ходите и что там делаете? — Грохот упавшего тела Кейси заглушил конец вопроса, а Эйприл как-то странно сощурила правый глаз. — Прости? — вежливо произнесла девушка. Дон со стуком поставил кружку с остатком кофе на стол и повернулся к гостям полностью. — Вот вы биологию любите? — Да… В основном. — На несвязные вопросы изобретателя отважно вызвалась отвечать куноити. По причине непригодности для этого Кейси, что в данный момент истерично корчился на полу, даже не пытаясь встать. — А вот мне никак не верится. Тема «Рептилии»! — резко гаркнул Донни, а Кейси, решивший было всё-таки подняться с пола, рухнул обратно, проклиная свою недальновидность. — Чувак, ты сейчас реально мне нашу училку напомнил… — пробурчал хоккеист, поудобнее устраиваясь на вынужденном лежбище. — Вы температуру в нашем логове ощущаете? — продолжил допрос Донателло, заглотнув уже остывший кофе и сморщившись. До Эйприл медленно начало доходить, в чем нить их разговора. Кейси продолжал рассматривать пятна от кислоты на полу. А ведь никому из них и в голову не пришло снять куртки и шапки в промёрзшем жилье мутантов. — И как же, по-вашему, рептилии реагируют на холод? — прямо спросил гений. Эйприл охнула, а Джонс закатил глаза, вспоминая. Наконец, всплеск руками с его стороны красноречиво показал, что несколько лет учёбы в школе для парня прошли-таки не зря. — То есть, вы, ребята… — Кейси подавил смешок. — Впали в спячку?! Хоккеист, уже не сдерживаясь, звонко расхохотался, и Донни не убил его своей «оптимистичной» кружкой лишь потому, что в этом смехе преобладало облегчение от факта, что черепашкам ничего не угрожает. — Радуйтесь, что в нашем ДНК пятьдесят процентов от человека, — хмуро проурчал умник. — Иначе такую картину вы бы застали ещё в самом начале зимы. — То есть, холода влияют на вас не так сильно, как на обычных черепах, только потому, что вы — мутанты? — отсмеявшись, спросил Кейси. Дон угрюмо начал буравить приятеля взглядом, полным безысходности. — Сам додумался или помог кто? — последовал за этим действом вполне логичный вопрос. Джонс, даже если и уловил сарказм в словах гения, попросту не обратил на него внимания. Эйприл озадаченно рассматривала поднятый вверх большой палец на кружке Донни. — Скажи, а сколько кофе ты уже выпил, раз до сих пор не падаешь мордой в клавиатуру? — вернул «должок» Кейси, тем самым доказав, что его встроенный детектор сарказма все ещё на плаву. — Меня больше интересует, с какой периодичностью… — добавила ОʼНил, всерьёз опасаясь за здоровье друга. Дон, сделавший попытку заснуть сидя, очнулся от вопроса девушки. — М-м-м… Вроде пять… — Скока-скока?! — подслеповато щурясь, переспросил Кейси. Эйприл решительно забрала кружку гения себе и спрятала в сумку. — Эй, куда-а-а… — тоскливо протянул черепашка, пытаясь выцарапать «свою прелесть» обратно. Рыжеволосая куноити была непреклонна. И в этот самый момент дверь лаборатории тихо отодвинулась в сторону, являя свету заспанную мордочку чуда, более известного под именем Микеланджело. — Страссте, — коротко поприветствовал публику весельчак, после чего скрылся из поля зрения троицы. — Эй, а ты куда? — окликнул братишку учёный. Тот вернулся нетвёрдой «лунной» походкой и осмотрел помещение, слегка удивлённо заприметив сидящего на полу Кейси. — Ну дык… Холодно, — принялся оправдываться Майки. — В душе вода… Тё-ёпленькая. — Скройся с глаз моих, холоп, — снисходительно произнёс Дон. Рыжик моментально исполнил его просьбу. По пути в ванную Майки скинул своё одеяло на Рафаэля, который, почувствовав прилив тепла, благодарно сменил позу эмбриона на позу нормального спящего существа. Так или иначе, Эйприл и Кейси сделали вывод, что холод делал ловких черепашек-ниндзя обычными черепахами с равнодушными мордашками, замедленной реакцией и абсолютным пофигизмом к тому, что творится вокруг них. Когда из додзё с довольно-таки приемлемой скоростью вырулил Лео, в подростках робко воскресла надежда, что ещё не всё потеряно, но после того, как лидер вписался носом в ближайшую стенку, она моментально сменилась печальным осознанием: владелец катан просто не видел, куда шёл, а ногами двигал, вероятно, на автомате. Проснувшись от грубого вторжения каменного кирпича в личное пространство, участник недавнего казуса ошалело просканировал окружающий мир, попытался приветственно махнуть рукой надувшему щёчки Кейси и пошёл дальше. Неизвестно куда. Неизвестно зачем. Наверное, на поиски тепла и счастья в личной жизни. Через минуту проснулся Раф, спросил, чьё одеяло гордо возлегало на нём только что, а, получив ответ, отправился на поиски его хозяина. Нашёл он пропажу, как и предполагалось, в ванной (об этом знаменательном событии возвестил истеричный визг, причём явно не Рафа). — Кто-то умер. Надо пойти и почтить память. — Решив, что оправдание получилось весьма сносное, Донни испарился из лаборатории и, спотыкаясь о собственную «мантию», скрылся в ванной, в один момент ставшей эпицентром событий в логове. Лео, действовавший по принципу «я не такой, как все», от посещения умывальни воздержался, завалившись на место Рафаэля после долгих поисков своей комнаты, не увенчавшихся успехом, но по насыщенности превосходящих киноленты «В поисках Немо» и «В поисках Дори», вместе взятые, в разы. Донни понял, что столпотворения в ванной, по сюжету, быть не должно (разве что по утрам, когда в больших семьях вроде черепашьей разгорается кровавая битва за место у зеркала в процессе чистки зубов и наведения марафета в целом), и поспешно удалился в сторону лаборатории, чтобы завершить начатые дела, уступая Кейси и Эйприл, которые, наоборот, зашли в обитель зубных паст, мыла и шампуней (зачем они там вообще стояли, оставалось загадкой для всех), чтобы лицезреть наимилейшую картину. Рафаэль уютно устроился рядом с ванной, опустив в горячую воду, коей она была наполнена до краёв, руку и блаженно зажмурившись. В самой воде, задремав, лежал Майки и, кажется, был совсем не против такой необычной компании. — Мы по ошибке зашли в сауну, — отшутился Кейси, с недовольством отмечая, что черепахи, осоловевшие от тепла, совершенно не обратили на его слова внимания. Эйприл пожала плечами и улыбнулась. Мальчишки сейчас действительно выглядели очень мило. Но Кейси такой расклад не устраивал. Совсем. — Эй, гарем, султан пришёл! — объявил Джонс, подбоченясь и сдвинув шапку набекрень. Раф истерично вздрогнул и, пробормотав что-то не для детских ушей, адресованное лучшему другу, продолжил сон. Майки открыл один глаз и посмотрел на посетителей. — Гарем пуст, зайдите позже, — отчеканил он с абсолютно серьёзным лицом, заставив Кейси растерять весь свой боевой настрой, а Эйприл согнуться пополам от хохота. — Не, ну я так не играю… — сконфуженно протянул хоккеист, принявшись с особым усердием рассматривать узоры на полотенцах. — Майки, вода скоро остынет! — предупредил весельчака проходивший мимо Донни, искренне надеясь, что его умысел сходить за ещё одной порцией кофе никто не раскусит. — Вылезай лучше! — Ладно… — Майки начал подниматься из воды, но вдруг с плеском опустился обратно. — Эй! Ребята, ну, если не хотите выйти, то хоть отвернитесь! Проявите уважение к черепахе! — Ой, Майки, прости! — Эйприл со смехом вытолкнула из ванной ржущего Кейси и закрыла дверь. Рафаэль лениво зевнул. — Да что мы там не видели… — Ладно, ты оставайся, — согласился весельчак, протягиваясь за ярко-рыжим полотенцем. Раф, обнаружив, что место в ванне освободилось, начал опускать в воду вторую руку. На середине процесса он выжидающе покосился на брата. — Ой, да хоть весь лезь, мне-то что, — позволил младший, даже не дождавшись вопроса. — Не, не хочу, — вяло ответил темперамент, радуясь, однако, что так вовремя зашёл. — Суровая зима в этом году… — пожаловался Лео устроившемуся рядом Кейси. Тот понимающе закивал. — И не говори. — Но под одеялом жить можно. — Точно… — Кейси запахнулся в куртку покрепче и положил руки под голову. — Хорошо-то как, Маша! — Но я не Маша… — А всё равно хорошо! — Итак, господа, повестка дня — замороженное логово. У меня есть одно предложение, которое не может вам не понравиться… — Крепко обняться? — полуулыбнулся, полузевнул Майки, приваливаясь к Рафу, с которым за время пребывания в ванной успел породниться и перейти с «мелкого доставучего бесёнка» на «ничё так младшего брата». — Ладно, и это тоже, — сдалась Эйприл. — Я посмотрела прогноз погоды и хочу сообщить вам радостную весть: холода сойдут на «нет» через три-четыре дня ориентировочно! — Какую весть? — очнулся Майки. Статус «ничё так младший брат» неотвратимо понизился до «тупой, но всё-таки брат». — Тепло идёт, Майки, ур-ра! — обрадовался за Микеланджело Донни. Лео довольно покачал головой. — А какое у тебя предложение, Эйприл? — Так как тепло придёт совсем скоро, но немного времени до этого всё же нужно подождать, я предлагаю такой выход: квартира у нас большая, поэтому на время морозов вы можете переехать к нам! С папой я уже поговорила, он совсем не против. — Совместная ночёвка? — оживился весельчак. — Хочу! — А мы тебе точно не помешаем? — осторожно поинтересовался Донни. Перспектива не ютиться по ночам в своей кровати, а нормально спать в тёплой квартире привлекала, но навязываться гений не любил. Девушка махнула рукой, мол, чего там. — Соглашайтесь, ребята! Буду приходить к вам в гости, в настольные игры поиграем! — с азартом в глазах вскричал Кейси, а затем, уже потише, добавил: — Былое вспомним… Черепашки переглянулись, а затем дружно кивнули. — Мы согласны, Эйприл.       Пушистый снег тихо падал за окном. Ничего не предвещало начала скорой метели, лишь мороз щипал за носы и щёки смельчаков, отважившихся выйти на улицу. Рыжеволосая девушка тихо вздохнула, зашторила окно и оглянулась на четырёх черепах-мутантов, безмятежно спящих на матрасах под тёплыми одеялами, со следами горячего шоколада на расслабленных, умиротворённых мордочках. Почему-то Эйприл казалось, что эти несколько дней, которые братья проведут в квартире, будут наполнены удивительными, интересными, небывалыми и, несомненно, весёлыми событиями. Впрочем… Разве ей это в новинку?