Feeling/Чувство.

       Прозрачная капля воды скатились по стеклу, оставляя за собой мокрый след. Девушка отпрянула от холодного окна, сморщив носик.        — Я всегда считала, что в Калифорнии не бывает дождей, — недовольно пробурчала Филиси, откидываясь на светлое сидение минивэна, — дождь — прерогатива пасмурного Лондона, но никак не солнечного Бейкон Хиллс.        — Мне интересно, где ты вычитала подобную информацию, сестрёнка, — отозвался развалившийся на соседних сидениях Том, — уж ни в той ли брошюре, которую мы купили на въезде в город? — уточнил он, кидая взгляд на лежащий на соседнем сидении путеводитель.        — Мне кажется, в том, что я умею читать нет ничего плохого, — скрестив на груди руки, прожигая брата недовольным взглядом, ответила Филиси.        — Ага, вот только читаешь ты настоящее дерьмо, сестрёнка, — на губах Томаса появилась лёгкая полуулыбка, которая в следующую секунду сменилась недовольной гримасой. — Эй, а кидаться в меня этой макулатурой обязательно было?        — Ну ты же по хорошему не понимаешь! — вздохнула девушка, — если честно, то ты меня уже порядком достал Том. Ты хуже Капи, честное слово. Даже он не действует мне на нервы так сильно, как ты, — как бы в подтверждение её слов, сидящий в клетке попугай довольным голосом протянул: «Да». — Вот видишь, даже это бесполезное чучело из костей и перьев, согласно со мной.        — Фили, ты — типичная блондинка, — заявил Томас, кладя ноги на клетку с попугаем, — однако в одном я всё же согласен с тобой — это, — он ударил по клетке, — чучело из костей и перьев.        — Не смей обижать Капи. Он хороший, — вмешалась в разговор старших семилетняя Эсти, которая до этого момента молча читала книжку, — Фили, скажи ему, — обратилась она за помощью к сестре.        — Том, не обижай чучело Капи, — пряча улыбку, попросила Филиси.        — Окей, — убирая ноги с клетки и поднимая руки в примирительном жесте, произнёс парень, — грёбаная женская солидарность, — чуть тише заявил он.        — Эй, я всё слышу.        — А я и не скрываю.        — Прекратите ругаться, мы уже приехали, — донёсся до подростков голос матери, — Том, Фили, берите ваши сумки и на выход. Эсти, твоя задача вынести Капи. Твои вещи возьмёт Том.        — Мам, ну почему сразу я? У нас Фили ещё есть!        — Ты старший, — отрезала женщина, — всё, давайте на выход, иначе будете разбирать вещи под дождём.        Филиси первая толкнула железную дверь минивэна и выпрыгнула наружу. Улица встретила девушку сыростью и влажным воздухом, который бывает только после дождя. Недовольно сморщившись, Филиси опустила взгляд на свои чисто-белые кеды (клянусь, они были белыми до этого момента) и громко вздохнула.        — Что сестрёнка, жалеешь, что запачкала ножки? — съязвил выпрыгнувший из машины Томас, за что получил толчок в ребро от сестры, — эй, ты чего сегодня такая резкая? У тебя что, критические дни?        — У тебя самого критические дни, — коверкая голос брата, парировала Филиси. — Уже не знаешь к чему прицепится. Иди вон, отцу помоги лучше.        Демонстративно задев брата плечом и ударив его же длинными блондинистыми волосами, Филиси направилась в сторону своего нового дома, на пороге которого уже замерла Эсти.        — Фили, это наш новый дом? — одной рукой держа клетку с Капи, а другой хватая сестру, спросила девочка.        — Нет, это логово графа Дракулы, — усмехнулся Том, — Конечно это наш дом, Эс. Не тупи.        — А я не туплю, — обиженно заявила Эсти. — Я просто спрашиваю. Фили, почему Том сегодня такой злой?        — У него просто критические дни, — усмехаясь ответила Филиси, ловя на себе возмущённый взгляд Томаса.        — Критические дни? — удивлённо переспросила малышка. — А что это?        — Это когда из одного места течёт кровь.        — А Том злой потому что не может остановить эту кровь? — хлопая ресничками, невинно спросила Эсти.        — Да, солнышко, — ответила Филиси, пряча так и прущую наружу улыбку, — Эсти, тебе пора в дом. Капи замёрз.        — И что это сейчас было? — нахмурив брови, Том вопросительно смотрел на сестру.        — Ничего, просто рассказала малышке о причине твоего плохого настроения, — невозмутимо ответила Филиси, провожая взглядом Эсти, которая важно несла клетку с Капи, причём настолько важно, как будто это была миссия государственной важности. — Мне кажется, девочке уже давно пора узнать о такой важной вещи, как месячные.        — Фили, ты… блондинка, — психанув, Томас направился к двери, ведущей в дом. — И знаешь что? Отныне сама будешь бегать в магазин за своими прокладками.        — Пф. Напугали кабеля буханкой, — крикнула ему в след девушка, — а ты сам будешь рассказывать маме о том, что делаешь в три часа ночи за городом с бутылкой текилы.        — Ну и расскажу!        — Ну и пожалуйста!        Топнув от недовольства ногой, Нельсон направилась в дом, где уже находились все члены её семьи. Пройдя по уложенной каменной плиткой дорожке, Филиси остановилась около ступенек, которые вели к большой металлической двери. Поднявшись, девушка бедром толкнула дверь, и оказалась внутри.        — Филиси, ты почему так долго? Мы тебя уже заждались, — спросил Нэд, беспокойно смотря на дочь.        — Извини пап, просто сумка тяжёлая! Где моя комната?        — На втором этаже — любая!        — Я тебе обожаю, — чмокнув отца в щёку, девушка направилась на второй этаж.        — Ну, и где тут моя комната? — поинтересовалась Филиси, стоя сразу перед несколькими дверями. — Такс, эта мне явно не подходит, — заявила она, толкая первую попавшуюся дверь, — эта комната моего истеричного брата, — рассматривая сумки стоящие у двери, произнесла блондинка, — а вот это — то что нужно!        Зайдя в третью по счёту дверь, девушка скинула сумку на пол и кинулась на кровать.        — Моя прелесть, — заявила Филиси, сжимая руками пастельное бельё. — Это шёлк! Обалдеть!        По словам мамы, они с отцом купили этот дом где-то пол года назад. Именно тогда пара сделала тут ремонт и обустроила комнаты, однако жить тут никто не жил. Об этом говорила и паутина на шкафах, и запах пыли.        Но, несмотря на всё это, комната была потрясающей.        Потолок был расписан, как ночное небо: тёмно-синяя плоскость, и ярко горящие жёлтые звёзды — точки, в которые были вмонтированы лампочки. Деревянный паркет светло-коричневого цвета, сужающимися кругами двигался к центру комнаты, где стояла большая кровать, застеленная серым шёлковым покрывалом.        Шкаф-купе был встроен в стену слева от двери. Он был одинаков по тону с синей краской на стене и практически незаметен. Рядом находились многочисленные полки светло-коричневого цвета и письменный стол, который примыкал к средних размеров окну, задрапированному белыми шторами.        Справа от двери стоял книжный шкаф и (о боги) аквариум, который был пустым. Дальше следовала тумбочка с небольшим зеркалом и небольшой шкафчик.        — И это всё моё! — потрясённо заявила девушка, осматривая свои владения, — да в этом шкафу больше места, чем во всех моих прошлых комнатах! А эта кровать! Прям хочется лечь и не вставать.        — Сама с собой разговариваешь, сестрёнка? — язвительно поинтересовался вошедший Томас. — А я всегда говорил, что ты немножко не в себе.        — Заткнись Том. Не порти мне настроение, — отмахнулась Филиси, — и, вобще-то, немножко не в себе у нас ты! Какой человек, находящийся в здравом уме и трезвой памяти будет мешать вино с молоком?        — Любой, который хоть что-то понимает в коктейлях. Это алкоголь, детка!        — Это сумасшествие, малыш!        — Это вкусно!        — Хрень чистой воды.        — Вот воды там как-раз то и нет, — Томас нахмурился, — и вообще, мама нас всех на ужин зовёт. Ты идёшь?        — Так хочется ответить нет, но назло тебе скажу да. Да, я иду на ужин. А теперь испарись, мне нужно разобрать вещи и привести себя в порядок.        Выпроводив брата за дверь, девушка открыла спортивную сумку и принялась изучать её содержимое. Практически все вещи были в чемоданах, которые обещал принести отец, но почему-то до сих пор не принёс! В сумке Нельсон было только пара футболок и чёрные лосины, остальное пространство занимали книги, косметика и, всякая женская дребедень.        Схватив лосины и одну из футболок, Филиси надела их на себя, предусмотрительно аккуратно разложив на краешке кровати вещи, в которых она приехала. Блондинистые волосы Нельсон собрала в хвост.        — Ну, красотка, — заявила она, покрутившись перед зеркалом.        Сбежав по деревянным ступеням вниз (их ровно десять — Филиси посчитала их, когда поднималась наверх), девушка оказалась в просторном холле. Повернув туда, где по её мнению находилась кухня, Нельсон оказалась в нужном ей месте.        На кухне уже собралась вся семья Филиси. Маленькая Эсти играла с любимой куклой, изредка поднимая голову и втягивая носиком приятный запах. Раздолбай Том зависал в телефоне, девушка могла поспорить, что он переписывается с очередной подружкой. Мать крутилась у плиты, а отец читал газету.        — О, а вот и Фили. Ты чего так долго? — поинтересовался Томас, поднимая взгляд на сестру.        — Я бы пришла быстрее, если бы кое-кто, — девушка бросила выразительный взгляд на Тома, — не мешал мне переодеваться. Что у нас на ужин? — спросила она, присаживаясь за стул.        — Мясо с овощами, — коротко ответил Нэд, не прерывая чтения.        — Опять? — брови блондинки взметнулись вверх.        — Это всё, что я могу приготовить в походных условиях из тех продуктов, которые у меня есть, — как бы оправдываясь произнесла Сюзанна, ставя тарелки на стол, — Эсти, убери куклу. Неприлично сидеть за столом с игрушкой. Том, к тебе это тоже относится.        — Это просто телефон! — возмутился Томас.        — Это — игрушка. Дай сюда, — потребовала женщина. Скорчив недовольную гримасу, парень протянул матери телефон, — верну после ужина. Фили, ешь давай. Обещаю, это последний раз, когда вы так питаетесь!        — Лично я не против питаться так ещё где-то неделю, — произнёс Нэд, вызывая возмущённый вопль у Тома и Филиси.        — Детей своих пожалей! — добродушно улыбнулась Сюзанна. — Ты любишь это блюдо, а у твоих отпрысков от него скоро глаза на лоб полезут.        — Еда всего лишь временная потребность. Нужно есть то, что дают, — философски заявил мужчина.        — Брось свои армейские привычки, Нэд, — возмущённо произнесла Сюзанна, — у нас тут мирное время, и пока есть средства, я буду готовить для своих детей всё, что они хотят.        Филиси улыбнулась, наблюдая за перепалкой родителей. Вообще-то семья Нельсон жила довольно дружно: по утрам вместе завтракали, по воскресеньям ходили смотреть на тренировки солдат. Это нравилось всем. Сюзанна в шутку называла своих детей на французский манер «легами» (легионеры). Однако вот такие перепалки между родителями бывали часто, и дело не в том, что Нэд поздно приходил домой, а в том, что воспитанная в роскоши Сюзанна, никак не могла привыкнуть к армейским замашкам мужа.        — Легионер несчастный, — в порыве злости заявляла она, и тут же добавляла: — не дай Бог кто-нибудь из вас, дети, пойдёт служить в армию. У меня тогда точно инфаркт раньше времени случится.        Обычно в такие моменты дети весело смеялись, а мать, надув губы, уходила в другую комнату и обижалась до следующего утра. Дольше она не умела.        Сейчас произошло то же самое. Женщина, произнеся свою коронную фразу, скрылась за дверью. Нэд направился за ней. Маленькая Эсти снова достала куклу и принялась что-то ей рассказывать. Томас, дотянувшись до телефона, снова скрылся в виртуальном мире.        — Прям идеальная семья, — подметила Филиси, выходя с кухни.        Вернувшись в свою комнату, девушка обнаружила свои чемоданы. (о, да) Отец наконец-то их принёс. Выложив из них самые нужные вещи, Филиси завалилась на кровать и закрыла глаза. День выдался очень насыщенным, поэтому девушке даже не пришлось считать овец. Уснула она очень быстро.

***

       Утро Филиси встретила довольно рано. На часах было только без пяти семь, а девушка уже была на ногах. В этом не было ничего удивительного. В этой семье вставали рано все.        Быстро сняв с себя вчерашнюю одежду, девушка надела спортивные шорты и топ, завязала волосы в хвост, обула кроссовки, и выбежала на улицу не забыв захватить с собой телефон с наушниками. Ещё одна привычка — бегать по утрам.        В семье Нельсон все так или иначе имели отношение к спорту. Эсти с детства занималась гимнастикой. Том был капитаном команды по баскетболу и отличным игроком. Сюзанна, в прошлом, имела разряд КМС по плаванью. Нэд был мастером спорта по греко-римской борьбе. Ну, а Филиси просто бегала по утрам и немного занималась танцами. Девушка это делала не столько для фигуры, сколько для удовольствия. Сильные мышцы и тонкая талия были просто приятным бонусом.        Вставив в уши наушники и врубив секундомер, Нельсон побежала. Девушка плохо знала город, поэтому решила бежать прямо вдоль дороги, пока не истекут пятнадцать минут. На дороге встречались последствия вчерашнего дождя — большие серые лужи, которые Филиси старательно оббегала стороной, испачкать ещё одни кроссовки она не хотела.        На светофоре, девушка остановилась чтобы поправить развязавшиеся шнурки, и в то же время рядом притормозил мотоцикл. Два парня сквозь защитные шлемы, заинтересованно рассматривали Филиси. Ей даже показалось, что один из них подмигнул. Однако в следующий момент на светофоре загорелся зелёный и мотоцикл сорвался с места, оставляя блондинку одну.        Покончив со шнурками, Филиси продолжила свой бег. Когда отведённые пятнадцать минут закончились, девушка побежала домой. Город постепенно просыпался, а число машин на дороге с каждой минутой увеличивалось на два.        Добравшись до дома без приключений, Филиси взбежала по каменным ступенькам и, толкнув дверь, оказалась внутри. Пахло выпечкой, а это означало, что мать уже на кухне.        Не разуваясь, и не вытаскивая из ушей наушников, в которых по-прежнему громыхали треки Рианны, девушка направилась на кухню.        — Малышка, привет, — поприветствовала она сестру, — а где мама?        — Мама, пошла Тома будить. Она сказала, что наш Емеля сегодня слишком долго лежит без дела, — проводя расчёской по длинным светлым волосам куклы, ответила Эсти. — Кстати, Фили, а кто такой Емеля?        — Это персонаж из сказки, — ответила Филиси наливая в стакан воду и делая небольшой глоток, — по-моему, из русской.        — Понятно, — кивнула Эсти.        — Так-так. Что тут у нас происходит? — Сюзанна вошла на кухню, громко цокая каблучками домашних туфель, — Эсти, ты почему до сих пор не поела? Филиси, здрасте приехали! Ты бы ещё в кровать в обуви легла. Это кухня, милая, и здесь нельзя находится в грязной обуви. Ты ещё и душ не приняла?! Так. Всё. Иди принимай душ и спускайся завтракать, — толкая дочь в сторону двери, ворчала женщина. — Совсем от рук отбились. Ну ничего, я выбью из вас эту салдофонщину! — грозилась она.       Но в эти угрозы никто не верил, ни маленькая Эсти, которой пришлось отложить куклу в сторону и есть кашу, ни Филиси, которая сейчас, недовольно бурча себе под нос, поднималась в свою комнату. Сюзанна Нельсон была самой доброй женщиной на свете, и никогда (ну, почти) не приводила свои угрозы в действия.        Приняв душ, девушка, обмотавшись в светлое махровое полотенце, вернулась в свою комнату. Закрыв за собой дверь и повернув защёлку (мало ли что), Филиси скинула с себя полотенце и осталась полностью обнажённой. Эта девушка совершенно не стеснялась своей фигуры. Аккуратная грудь, тонкая талия, аппетитная задница — всё было при ней.        Надев нижнее бельё чёрного цвета, девушка замерла перед открытыми дверцами шкафа, не зная что надеть. Всё-таки это был её первый день, а первое впечатление ещё никто не отменял.        Решив не заморачиваться, Филиси влезла в синие джинсы с дырками на коленях, а сверху надела голубую рубашку свободного кроя, заправив в джинсы лишь её переднюю часть.        — Мне кажется для Бейкон Хиллс самое то, — произнесла блондинка, облизав малиновые губы и поправив хвост на голове.        Схватив рюкзак, Филиси закинула туда тетрадки и, обувшись в белые кеды, вышла из комнаты.        Спустившись вниз, девушка зашла на кухню. К её удивление там находился один Том, недовольный и сонный.        — Доброе утро братик. Паршиво выглядишь! — ехидно улыбнулась Филиси.        — Могу сказать о тебе то же самое.        — Приятно слышать из твоих уст комплименты, — заваривая в кружке зелёный чай, произнесла девушка.        — Долбанутая! — вздохнув, произнёс Томас.        — Я тоже тебя люблю, Том!        — У тебя уже чай заварился! — хмуро произнёс парень. — Не забудь сахар добавить, улыбка будет слаще и красивей.        — Спасибо за совет, мой милый хмурый братец, — делая глоток горячего чая без сахара, при этом даже не поморщившись, улыбнулась Филиси, — Том, кто она? Брюнетка, блондинка?        — Рыжая, — обречённо вздохнул Томас, — мы познакомились вчера в интернете.        — В твоём возрасте уже пора знакомится с реальными девушками, сын, — произнёс вошедший на кухню Нэд. — А тебе, Филиси, уже давно пора познакомить нас со своим избранником.        — У меня его нет, — просто ответила Филиси, делая глоток чая, — и в ближайшее время я не собираюсь заводить отношения.        — Ей гораздо приятнее общество книг, чем общество красивых, накаченных, сексуальных парней, — усмехнулся Том.        — Нет, — помотала головой девушка, — мне просто достаточно одного «такого» парня, который считает себя красивым и сексуальным, а на самом деле обычный напыщенный индюк. Тебя Томас.        — Помнишь о чём мы говорили до этого? — недовольно спросил парень.        — Я тоже тебя люблю. Мне пора, иначе опоздаю в новую школу, — поставив пустую чашку в мойку, Филиси выбежала за дверь.        Этот день только начинался!

***

       Филиси вошла в дверь кабинета экономики, в котором у неё должен был проходить урок. Спокойное выражения лица, уверенная походка. Казалось, девушка совершено не волнуется. Однако побелевшие уголки губ и кончики пальцев говорили об обратном. Она ужасно волновалась.        — Так-так. А это кто у нас? Новенькая? А почему опаздываем? — поинтересовался Финсток.        — Я долго искала кабинет, — спокойно произнесла Филиси стандартную отмазку новеньких. — Я не виновата, что в этой школе больше коридоров, чем в усыпальнице Египетских фараонов.        По классу прошёл смешок. Сидящая на предпоследней парте блондинка нахмурилась, подозрительно посмотрев на Филиси.        Эта новенькая сильно отличалась от других.       Невысокая, со светлыми волосами, собранными в хвост на макушке, пухлыми щёчками, она казалась хрупкой и беззащитной. Но взгляд прищуренных голубых глаз говорил о том, что девушка может за себя постоять.        — А я смотрю ты любишь историю? — с сарказмом произнёс Финсток. — Знакомьтесь, класс, это — Филиси Нельсон. Кстати, а почему Филиси?        — Моя мать француженка.        — Ясно. Давай, садись куда хочешь. Только не к Гринбергу!        Понятие не имея о каком Гринберге идёт речь, Нельсон приземлилась рядом с блондинкой.        — Привет, — скромная улыбка, вежливый голос и все прочие атрибуты новеньких, которые мечтают обзавестись друзьями в новой школе.        — Привет, — безразлично отозвалась блондинка.        — Ты типа местная королева? — уточнила Филиси.        — Нет, я типа Эрика Рейес. А королева у нас Мартин!        Нельсон нахмурилась. В голосе её новой знакомой было слишком столько яда и неприязни, что Филиси могла с точностью утверждать: с «первой девушкой школы» Эрика не ладила.        Рейес покинула класс вместе со звонком. Она грациозно прошла вдоль парт, стуча каблучками (несомненно) дорогих туфель, ловя восторженные взгляды парней.        Филиси усмехнулась, убирая вещи в рюкзак и выходя из класса.        — Какой у тебя сейчас урок? — Эрика стояла напротив, нервно притопывая левой ногой.        — Физика.        — У меня тоже, — коротко и по существу, — если хочешь, могу составить компанию.        — Ты всегда спрашиваешь, прежде чем что-то сделать? — улыбаясь, спросила Филиси.        — Нет. Я это делаю только если хочу произвести хорошее впечатление, — Рейес рассмеялась, — ну, или когда хочу поболтать с симпатичной француженкой вместо нудных лекций про электрический ток.        — Ты говоришь… — Нельсон на секунду замолчала, — как королева школы.        — Поверь! Королева школы говорит совсем по другому, — с губ Эрики сорвалась усмешка. — Мы идём на физику?