Нечистая сила.

Глава -13 Хлопнув дверью, Штольман решительным шагом, вошёл в редакцию газеты Ребушинского и постучал тростью о край стола газетчика, чтобы привлечь к себе его внимания. -О, Яков Платонович, - с улыбкой произнёс журналист, поднимая глаза от бумаги, на которой он что-то писал. Какими судьбами, к нам-с? -Это вы дали объявление? – и достав из кармана газету, смятую в комок, Яков Платонович бросил её на стол Ребушинского, не отвечая на приветствие. -Не любите вы нашего брата, Яков Платонович, - покачал головой журналист и стал разворачивать листы. Только вот не пойму, почему мы так не милы вам. -Из-за этого, - и Штольман набалдашником трости ткнул в аршинные чёрные буквы, пропечатанные на измятом листе. Вы можете мне объяснить, что вынудило вас напечатать это? -В смысле? – хлопая удивлённо глазами, спросил Ребушинский. Ведь Анна Викторовна сама прислала свою новую служанку, дабы она дала это объявление. А, что не так тут написано? -Все не так, если учесть, слова барышни, которая утверждает, что не просила никого давать такого объявление, это, во-первых, а во-вторых, с чего вы решили, будто в доме Мироновых появились новые слуги? - вглядываясь в растерянное лицо журналиста, жёстко спросил Штольман. -Бред! - воскликнул Ребушинский. Не думаете ли вы, уважаемый Яков Платонович, якобы я сам по доброй воле истратил на пшик, место под рубрику коя могла бы принести пятак, а то и больше. Подумайте сами! – и он, обиженно надувшись, плюхнулся на стул. Это даже смешно, черт возьми! -От вас господин Ребушинский можно ожидать чего угодно, если в этом вы видите выгоду,- не поддавшись доводам журналиста, проговорил Яков Платонович. Вы готовы опубликовать в своей газетёнки любой пасквиль на порядочного человека. -Но, но, но, - вновь вскакивая с места и тряся пальцем, похожим на колбаску, перед Штольманом, воскликнул журналист. Я попрошу вас, не зарывается господин сыщик, а то за клевету вы можете оказаться в суде. -Сядьте и рассказываете мне все, если не хотите оказаться за решёткой, кто и когда приходил к вам с этим объявлением, - рыкнул Яков Платонович. -Ну, я же уже говорил, - присев от испуга на стул произнёс журналист примирительным тоном. Приходила старуха в сером платке и, всунув мне в руку бумагу вместе с деньгами, ушла, не сказав ни слова. А вот уж из самого послание мне стало ясно, что нужно барышне Мироновой от моей скромной газеты. Анна Викторовна на бумаги все подробно изложила, когда она ожидает первого, а затем и второго выпуска объявление. -Где то послание, покажите мне его, - потребовал Штольман и сделал нетерпеливый жест рукой. -Яков Платонович, - расплывшись в улыбке и становясь похожим на сытого кота лилейным голосом, произнёс Ребушинский. А не могли бы мы заключить с вами взаимовыгодный союз, я вам информацию, а вы мне факты по текущим делам. Это было бы благоприятно и полезно обоюдно. -Господин Ребушинский, - теряя терпения, с угрозой в голосе произнёс Штольман, нависая над журналистом. Вы кажете, забыли, что имеете дело с полицией. Если да, то я не медленно напомню вам, отправив вас в тюрьму, а если нет, то вы сею секунду представите мне бумагу и опубликуете, в вечернем номере, вашей газетёнки, опровержение о сегодняшнем сеансе в доме Мироновых! Вы все поняли меня? Ну, я жду! – и для большей убедительности Штольман вытянул правую руку вперед. Не смея больше перечить, журналист вложил в руку сыщика сложенный лист и, вскочив со стула, скрылся за дверью, из-за которой доносился грохот станка. -То-то же, - самодовольно улыбнувшись, произнёс Яков Платонович и, выйдя из редакции вернувшись в свой кабинет, развернул листок, сложенный в четверо. -Что-то серьёзное? - кашлянув, от смущения, что может быть вмешивается в не своё дело, поинтересовался Коробейников, отмечая про себя, как за несколько минут прочтения сменилось выражение лица у начальника. -Антон Андреевич, о чем может говорить вам записка, вкупе с этими уликами, - и Штольман отложив бумажный лист, достал из ящика стола зеркальце и платок с вензелями Анны Викторовны. Это принёс Ульяшин, после того как я попросил его ещё раз осмотреть оба места преступления, - пояснил он, предугадывая вопрос помощника. -Вы позволите? – встав из-за стола и потянувшись к бумаге, спросил Коробейников. -Прошу, - сделав широкий жест, произнёс Яков Платонович, и с любопытством посмотрел на Коробейникова, ожидая его вердикта. -Все это очень странно, - протянул Антон Андреевич, прочитав записи. Зачем Анне Викторовне понадобилось посылать в редакцию Ребушинского эти объявление накануне самого события. Ведь если я правильно понял из её подписи, следующей в низу, послание было написано за несколько дней до приезда Гладилиной и сегодняшнего спиритического сеанса. -И ваши выводы, Антон Андреевич? – спросил Штольман. -Я предполагаю, что Анна Викторовна, стала жертвой в чьей-то не чистой игре. -А я предполагаю, что миллионерша Гладилина, является основной жертвой, - сказал Штольман со вздохом. А Анна Викторовна, «bouc emissaire», так как её хотят очернить в глазах тётки, что бы ей ни достался кусок от наследственного пирога, и приписать смерть Феофании Карловны. -Убийства, этого не может быть! – воскликнул Коробейников. Это же вызовет огромный резонанс в обществе! И потом ведь никто же не поверит, что Анна Викторовна, способна на подобное злодеяние! -А иначе, все-это, ни имеет, никакого смысла, - спокойно заявил Яков Платонович и, встав из-за стола, достал из тумбочки стола, поднос на котором стоял графин наполненной янтарной жидкостью, хрустальная стопка, половина лимона и не большой ножик. Смотрите сами, во-первых, выбор первоначальных жертв, хоть они и оказались фальшивыми, но это абсолютно не меняет ни чего в конечном итоге. Сам факт, найденных ряс, отсылает нас к строке в газетной заметке о том, что Гладилина церковная меценатка, а это значит ревностная адепта. И поэтому я делаю вывод, эти убийства задуманы только затем чтобы, обозлить и взволновать её,- и Штольман налив в стопку коньяк отрезал от лимона дольку. Во-вторых, спиритический сеанс, как только о нем становится известно Гладилиной, Мироновы лишаются всех надежд на наследство, так как церковные приверженцы никогда и не при каких условиях не примут тех, кто имеет отношении к мистицизму. Ну и в-третьих, прямые улики, указывающие на Анну Викторовну, - и Яков Платонович выпив коньяк, закусил его лимоном. Это жирная точка всего дела, - поморщился он от кислоты цитруса. -И кто же все это затеял? – поинтересовался Коробейников, почти с обожанием глядя на начальника. -Это нам только предстоит выяснить, так как у меня пока нет ни одной конкретной улики указывающей на злодеев, - и Яков Платонович убрал обратно в тумбочку поднос. Сегодня, я думаю, мы устроим засаду в парке Мироновых, и это нам поможет все окончательно выяснить.