Ванхеда Ком ...

Valravn — Marsk

      Тяжело волоча ноги по уже сухой листве Кларк пробиралась к месту своего ночлега. Ночь давно вступила в свои права, мешая хорошему обзору девушки. Путь к бункеру был витиеват и ухабист. Поднимаясь в очередную горку и наступив на довольно-таки большую палку, стопа девушки прокатывается поперек нее, после чего следует незамедлительное падение.       Колени болят от столкновения, а ладони тут же начинает щипать.       Она ушла от своих людей под гнетом боли и безысходности, в надежде, что сможет простить хотя бы сама себя. Но шли недели, наступали холода и чувствовалась уже ее первая зима на Земле, а боль от содеянного не прекращалась.       Выговориться было некому, лишь одинокая игрушка слоника в бункере, где она проводила все ночи и дни, была ее собеседником. Она помнила, как горько смотрел на нее Белами в последней раз, как смотрела на нее Лекса, спасая своих людей и обрекая небесных на их горькую участь. Помнила дикий и обвиняющий взгляд Джаспера, сочувствующий Монти. Она помнила, как не смогла попрощаться с мамой, боясь, что не сможет потом уйти. Она помнит, как смотрели на нее ее же люди…       Руки сами по себе сгибаются в локтях, и блондинка роняет на них голову, тяжело и протяжно вздыхая. Охота не удалась, пробыв в лесу весь день, она не смогла добыть себе нормальной еды, лишь горсть терпких ягод попали в исхудавший организм девушки.       Она чувствует как мокреют глаза и заваливается на бок, прикрыв грязными руками лицо. Она не плакала еще ни разу с момента ухода. Но сегодня слезы сами наполняют ее. «Успокойся, Гриффин, » — говорит сама себе девушка, переворачиваясь на спину. Листья застряют в спутанных волосах, но никому нет до этого дела. Она смотрит на небо, усыпанное яркими звездами. Слезы льются из глаз и она сильно жмурится, рыдая громче. Звезды напоминают ей людей, которых она погубила. Рука сама прикрывает рот, чтобы заглушить громкий крик девушки, она не может это контролировать, слишком больно осознавать, что ты стал палачом для стольких невинных. — Простите, простите, простите, — рыдает она, переходя на крик, — я не могла поступи иначе! Не смогла!       Лишь легкий ветер подхватил ее крик. Она пролежала еще несколько минут, прежде чем в раздражении вытереть слезы и подняться на усталые ноги. Все еще хлюпая носом, она поднялась на небольшое возвышение, откуда не заметила бункер. Этой ночью она так и не попадет в него, бродя по темному лесу.