Сладкая

— Кровь детей имеет очень утонченно сладкий вкус. — Мягко прозвучал дурманящий голос Седьмого основателя. Два вампира, молча сопровождавшие аристократа позади, точно так же покинули его, получив мимолетный жест. — Ферид… — увидев как всегда неожиданного гостя, розоволосая вампирша, похожая на нарядную куклу, едва заметно нахмурилась. Чертов Батори заставил привыкнуть к тому, что без напряжения его появление никак не встретишь. — Здравствуй, Крул! — пропел аристократ, подойдя ближе к трону и разведя руки в стороны. — Моя любимая королева как всегда просто неотразима. — С этими словами он улыбнулся шире. Два густо-алых глаза вновь подозрительно сверкнули, что только сильнее стало пробуждать злобу внутри королевы. — Чего тебе? — Твои подопечные ягнятки, Крул. Я, увы, никак не смог сдержаться… — заметив, как резко вспыхнули яростные огоньки в огромных глазах вампирши, Седьмой прародитель лишь самодовольнее замолк, с трудом сдерживая коварный оскал. — Ты что-то сделал с моими серафимами? — холодно спросила Крул, сверля ненавистым взглядом наглого вампира, который так упивался данной ситуацией. Похоже, помимо крови, этого аристократа еще интересует дразнить и шантажировать королеву. Поднявшись с трона, размерами схожей с тринадцатилетней девочкой, госпожа неспешно спустилась, остановилась на последней ступеньке. Как же она ненавидит эту мерзкую улыбку, этот издевательский, но такой якобы добродушный смешок. — Сегодня мой особняк посетил очень милый и замечательный мальчик по имени Микаэла. Он просил награду за свою кровь. — И… что? — внутренне чувствуя, что все не так плохо, немного спокойнее, но ни чуть не мягче спросила Цепеш. — Мне очень понравилась его кровь, она довольно вкусная. — Если сделаешь что-то с серафимами, пощады не жди. — Теперь и сама Третья прародительница довольно-таки угрожающе сверкнула своими алыми глазами, напоминая, на чьей стороне все-таки власть. — Пьешь его кровь, и решил вдруг осведомить в этом меня? С какой именно целью? — Всего лишь хотел, чтобы ты знала, чем твои ягнятки занимаются, пока ты тут занята другими делами. — Аристократ покорно склонился, прежде чем удалиться с поля зрения королевы. — Ведь я, как-никак, люблю тебя, Крул! — Акане, что ты сегодня приготовишь? — мальчик лет шести подбежал к старшей сестренке. — Что-нибудь очень вкусное, и продукты к этому есть! — вдруг раздался голос Микаэлы. Все посмотрели на внезапно появившегося белокурого члена семьи, в руках которого был бумажный пакетик с принесенными овощами. — Мика-кун… — ошарашено произнесла девочка, когда мальчишка стал разбирать пакет, вытаскивая все его содержимое и выкладывая на дряхленький стол. — Вау! Братик Мика, откуда столько еды? — воскликнул один из младших ребятишек. — Господин Ферид наградил меня, за то что я дал ему своей крови. — Улыбнулся Мика. Желая поскорее перевести тему и чтобы хоть немного угомонить восторг ребят, блондин заговорил: — А где же Юи? Как бы он, со своим вспыльчивым характером, на неприятности не нарвался. — Он был здесь минут десять назад… — принимаясь за дело с принесенными овощами, ответила Акане. — Мика-кун, ты не должен был идти на такое… — все-таки продолжила девочка. — Все хорошо! Я в полном порядке. И к тому же, господин Ферид очень щедро меня наградил, согласись. Брюнетка еще раз осмотрела взглядом своих карих глаз картофель, пару плодов редьки и несколько моркови и, согласившись, с улыбкой промычала. — Найди Юи-куна и приходите на ужин. — Произнесла девочка в догонку, когда Мика отправился к выходу. — Хорошо! — Мальчишка вышел за дверь. Найдя своего сводного братишку, голубоглазый живо оказался рядом с ним. — Юи! Ты все тут… — уперся он руками в кирпичное перило. — А сегодня у нас отменный ужин! Акане уже готовит что-то очень вкусное! — Все-таки ходил к вампирам? — стальным голосом холодно хмыкнул зеленоглазый мальчик. Улыбка мгновенно исчезла с лица Микаэлы. — Ненавижу это место! — сам себе под нос фыркнул Юи, сокрушенно свесив голову. К вечеру стол уже был полностью готов. Малыши с радостью расселись по своим местам, с нетерпением ожидая свою драгоценную порцию от старшей сестры. — Братик Юи и братик Мика! — воскликнула маленькая девочка, после вся ватага, забыв на некоторое время про ужин, бросилась к старшим. Акане, расставляя порции на стол, тоже радостно смеялась, наблюдая, как малыши облипили вошедших и что-то с большим восторгом и горящими глазищами громко говорили тем. Ужин сегодня прошел особенно весело. Все с большим аппетитом съели приготовленное Акане и теперь довольно и мирно сопели в свои подушки. Даже Мика и Юи давно уснули. А Акане все думала о поступке самого доброго члена ее семьи. Мика просто настоящий герой. Ведь наверняка это неприятно и даже больно, когда у тебя пьют кровь. Девочка посмотрела в сторону спящего блондина. «Господин… Ферид, вроде…» — пронеслось в ее голове прежде, чем девочка, наконец, уснула. Брюнетка внезапно проснулась от каких-то криков с улицы. Видимо, было еще совсем раннее утро, так как остальные члены ее семьи крепко спали, даже Мика и Юи. Девочка, оглядев и убедившись, что вся семья на месте, решила, что этот крик ей просто приснился и уже собралась продолжить свой сон, но звук повторился. Кто-то определенно прокричал, и этот кто-то определенно… ребенок! Девочка поспешила аккуратно спуститься на пол и, обув тапочки, выскочила на улицу. Как и ожидалось, какого-то ребенка, случайно забрегшего в их райончик, схватил один из патрульных вампиров и безжалостно, непонятно за что, сдавливал маленькую шею. Малыш, уже отчаявшись, из последних сил пытался добиться для себя глотка воздуха, что не смогло оставить без внимания Акане. — Что вы делаете… — подбежала брюнетка и в отчаянии схватила вампира за ткать черного плаща. — Перестаньте! Пожалуйста! Он же умрет! — испуганно молила она. Еще мгновение, и девочка с визгом отлетела в ближайшую каменную стену, больно ударившись об нее спиной. — Молчать, скот! — прорычал патрульный. Лишь когда малыш перестал сопротивляться, тот бросил его на землю и продолжил свой путь, словно ни в чем не бывало. Придя в себя, Акане, забыв про боль в спине, подбежала к бедному ребенку и сразу же прислушалась к его сердцу. Бьется! Слава Богу! Девочка осторожно позвала его, на что малыш, слабо дыша, сквозь полуприкрытые веки посмотрел на нее. Слеза скатилась по нежной щеке брюнетки. Разве можно так жестоко обращаться с детьми! Не выдержав всего пережитого, Акане горько заплакала. Ей было так тяжело на сердце, что она совсем не заметила чужого появления. Если, конечно, таковое вообще можно было заметить. — Доброго утра. — Вдруг раздался непривычно мягкий, бархатный и до мурашек приятный томный голос неподалеку. Резко повернувшись на обладателя такого голоса, Акане приоткрыла рот в немом удивлении, широко распахнув еще полные слез карие глаза. Незнакомец, разумеется, вампир, но совсем не обычный. Когда тот подошел ближе, девочка разглядела его столь утонченные и аккуратные, изящные черты лица, длинные пепельные волосы, собранные в хвост с помощью атласной ленты, особую форму одежды. Похоже, что это аристократ. Мужчина, так по-доброму улыбаясь, присел напротив растерявшейся девочки, которая больше была удивлена такой доброжелательной улыбке вампира, нежели тому определению, что перед ней сейчас настоящий аристократ, с которыми она еще ни разу не встречалась до этого момента. Именно его внешность может твердить лишь об одном, не говоря уже о столь мелодичной манере общения. — Кто… вы, господин? — неуверенно спросила Акане, все еще тяжело дыша от приступов рыдания. Незнакомец лишь сильнее улыбнулся и выпустил легкий смешок, лаская своим голосом слух девочки. — Давай лучше я узнаю твое имя, милая девочка. — Акане… — незамедлительно ответила она, не желая рисковать проверками на прочность столь огромное великодушие этого вампира в одном только обращении к ней, как к человеку. — Акане, замечательно! Милая, этот ребенок уже мертв, не стоит тебе лить слезы напрасно. — Что?.. — трагично воскликнула она, резко переведя взгляд на малыша. Не может быть! За что?! Захотелось закричать, обнять этого несчастного и просить, чтобы он вернулся к жизни. Но, боясь сделать лишнее движение, которое этот господин может не одобрить, она лишь сильнее распахнула свои темные глазенки, не в силах сдержать потоки слез. Мягкое прикосновение холодной руки вампира к лицу заставило ее посмотреть в его, все так же мило улыбающееся. — Тц, тц, тц… — с наигранной жалостью прощелкал аристократ языком, и поднявшись на ноги, исчез в ближайшем переулке. Кажется, теперь можно и поплакать вслух, и свободно шевелиться, дабы покрепче обнять тельце несчастного ребенка.