Всегда буду рядом

      Первые лучи солнца пробрались ко мне в номер, заставив меня проснуться. Подойдя к окну я распахнул шторы и открыл окно. Легкий ветерок пробудил во мне бодрость. В метрах тридцати от меня виднелось тихое Черное море, поблескивающее от солнечного света. В небе щебетали чайки и, казалось, что день наконец-то начался прекрасно. Прервать такое утро могло лишь…       — Телефон? — я обернулся, услышав, как, надрываясь, начал вибрировать мобильный, лежавший на тумбочке у кровати, — Опять фанатки? — предположил я, — И чего им не спится в такую рань?       Я подошел к тумбочку и взял телефон. Это была подруга Али — Наташа. И с чего ей мне писать? Пролистав откровенный спам от нее, типа кучи злых смайликов и без связанного набора букв, я увидел следующие:

«Ната•Эй, ты! Фигурист хренов!!!!!!!!!! Почему ты Алю обидел???? Она к тебе со всей душой, а ты ей нож в спину! Разве можно так поступать? Беги, извиняйся перед ней!!!!!!!!!»

      Я обидел Алю? Чего она несет?.. Мне некогда тратить на нее время, тем более мне пора на тренировки.       Отключив звук, я кинул телефон и закинутые под кровать коньки в рюкзак, затем, одевшись, отправился в столовую. После умятых в втихаря паре булочек я поспешил на каток. Там меня уже дожидались Лилия, Яков и… Итсу?!       — Что ты здесь делаешь? — грубо спросил я, сверля взглядом блондинку.       Она скорчила невинное личико и уже хотела что-то пропищать, но ее опередила Барановская:       — Итсу хотела бы посещать твои тренировки, чтобы более пристальное внимание уделить теории.       Только один человек посещал мои тренировки. И это была Аля. Ради этого я неделю уговаривал Якова, тот в свою очередь примерно столько же уговаривал Лилию. А эта пищалка просто захотела больше времени уделить теории? Ага, как же. Аргх!       — Юрочка? — с наигранным волнением спросила блондинка, — Ты разве не рад?       О, сколько бы я сейчас хотел сказать, но, хорошо обдумав вчерашний разговор с Барановской, я стиснул зубы и прошипел, улыбаясь:       — Что ты, Инта, конечно, рад.       — Итсу, — коротко поправил Яков, на что я только закатил глаза.       Переодевшись, я вступил на каток и начал разогреваться. Когда я был готов тренироваться, с трибун донеслась команда Барановской:       — А теперь прогоняем все программу. И учти, мне нужно Агапе, а не Эришизмос*, — немного сфальшивила она.       — Вот гречанка хренова, — прошептал я, скользя по льду, — Я сейчас тебе такое Агапе покажу, кровь из носа пойдет, — все также тихо шипел я.

***

      — Это что, Бильман?! — восклицала тренер, — Такое вращение никуда не годиться!       — Юрочка! Ты молодец! — верещала блондинка, перекрикивая Барановскую.       — Юная леди! — строго сказала Лилия, — Не мешайте занятия, иначе вам придется их покинуть, — стараясь как можно вежливее, заткнула она Итсу.       Да заткнитесь вы обе! Так… Сейчас по программе следует прыжок — это будет не сложно… Но что же все-таки случилось тогда с Алей?       Звон в ушах не прекращался, в глазах было темно и только где-то в дали я слышал гул. Но некоторое время спустя я начал различать в них голоса. Это Яков с Лилией пытались привести меня в чувства. Приподнявшись, я уже смутно видел их очертания. Послышался возглас Барановской:       — Зови доктора, Яков. Это определенно вывих, а может и еще что-нибудь, — она посмотрела на меня, — Юра, ты меня слышишь? Сколько пальцев я показываю?       — Это все из-за Итсу, — промямлил я, наконец поняв, из-за чего обиделась Аля.       — Юрий, не говори бред! В том, что ты вместо тренировок где-то летаешь, только твоя вина, — нравоучительно констатировала очевидное Лилия.       Я не должен это так оставить… *Эришизмос (от греческого Ερεθισμός) — раздражение.