Мой ангел-хранитель

Волны медленно накатывали на берег, заставляя детей, находившихся рядом, заливисто хохотать и отбегать на более безопасное расстояние, обгоняя друг друга. Солнце уже заходило за горизонт, окрашивая небо в нежные цвета, которые раньше так вдохновляли Клэри, ведь больше всего она любила рисовать именно это чудесное явление природы. Вокруг кипела жизнь, бурная и неистовая. Но теперь для нее все изменилось. День за днем Кларисса упорно подавляла желание снова взять в руки карандаш и альбом, потому что с того самого момента, как она пришла в себя, все рисунки выходили темными и безжизненными, заставляя сердце девушки сжиматься от боли и тоски. Она смотрела вдаль, с горечью думая о том, что ей больше никогда не пробежаться по прохладному песку, не почувствовать, как ее ноги нежно окутает прибрежная волна, а она сама больше не сможет насладиться каждым моментом своей жизни. Теперь подобные мысли и мечты остались в прошлом, заставляя девушку лишь вспоминать. Пора было возвращаться домой, но Клэри не спешила уходить. Ей до безумия надоело видеть сочувствующие взгляды мамы и Люка, которые больше не знали, как ей помочь, но всеми силами старались оказать поддержку дочери. Они перепробовали все варианты, которые впоследствии не дали положительных результатов, а все врачи наотрез отказались проводить сложнейшую операцию, что могла бы поставить Клэри на ноги. Это означало лишь одно — шанс на то, что она когда-нибудь снова будет ходить, равны нулю. Только Аврора не нянчилась с ней и не давала окончательно опустить руки, уверяя, что надежда есть и они смогут найти нужного врача. Задумавшись, девушка не сразу осознала, что ее кто-то зовет. Она повернула голову вправо и увидела, что на небольшом расстоянии стоял маленький мальчик и пальчиком указывал на ярко-красный мяч, что приземлился прямо у ее ног. Малышу было не больше 4-х лет и он вряд ли понимал, что Клэри чисто физически не смогла бы ему помочь. Ей оставалось только сочувственно улыбнуться и покачать головой, взглядом указывая на коляску, в которой она сидела. Мальчик сразу изменился в лице, но подойти так и не решился. — Я помогу. — за спиной Клэри неожиданно раздался знакомый голос. Аврора быстро подняла мяч и кинула его мальчику. Тот ловко поймал его и с довольным видом убежал к друзьям, даже не поблагодарив. Когда брюнетка повернулась к Клэри, то заметила в глазах сестры грусть, которую она всеми силами пыталась скрывать от близких, но она совсем забыла, что Аврора читала ее, словно открытую книгу, а Фрэй, в свою очередь, прекрасно знала, как больно Авроре видеть ее такой потерянной, почти уверенной, что надежды на выздоровление больше нет. Но вот только сама Гэрроуэй так не считала. — Как ты себя чувствуешь? — Аврора заботливо посмотрела на сестру, но в ее голосе не было слышно ни капли жалости. И за это Клэри была ей безумно благодарна. Кларисса пожала плечами, наблюдая, как в небоскребах, что находились за мостом, зажигаются первые огоньки. — Как и всегда. Аврора без лишних слов подошла к ней и взялась за ручки инвалидной коляски. — Становится прохладно. — она чуть наклонила голову, пристально разглядывая сестру. Клэри изменилась. Очень сильно изменилась. В ее глазах больше не было того озорного огонька, не исходило той жажды жизни, которой девушка заражала всех вокруг себя.— Может домой? Клэри покачала головой, но в этом жесте не было ничего удивительно. Точно не для Авроры. — Я хочу навестить Саймона, — тихо произнесла Кларисса. — Всего лишь на несколько минут, пожалуйста. Гэрроуэй понимающе кивнула и молча покатила коляску по уже известной ей дороге. … Скрип открывающейся двери заставил Джейса оторваться от своих записей и поднять голову, чтобы встретиться взглядом с неожиданной гостьей. — Иззи! — с улыбкой поприветствовал он подругу. Брюнетка быстро преодолела разделявшее их расстояние, несмотря на то, что она носила очень высокие каблуки, которые делали ее почти одного роста с Джейсом. Вэйланд всегда поражался ее умению так эффектно носить эту деталь гардероба. — Привет, Джейс. — ее губы тронула знакомая улыбка. — Ты хоть знаешь, сколько сейчас времени? Парень перевел взгляд на часы, которые показывали 8 вечера. Да уж, кажется кто-то слишком заработался. Оказалось, что он провел на дежурстве не только ночь, а еще и целый день. Совсем потерял счет времени. Теперь начальство было просто обязано дать ему несколько выходных подряд. — Я пришла сюда, чтобы позвать тебя к нам на ужин. Что скажешь? Заметив, как вытянулось лицо Джейса, Изабель ухмыльнулась. — Расслабься, — брюнетка поспешила успокоить парня. — На этот раз готовила не я. Недавно Лайтвуд открыла для себя новое хобби — кулинария, но, к сожалению, в этом не преуспевала, как ни старалась. В качестве подопытных кроликов она использовала Алека и Джейса, а иногда еще и Роберта, поэтому, чтобы не обидеть Изабель, им приходилось пробовать ее кулинарные «шедевры». Наконец девушка осознала, что готовить — это совсем не ее и все вздохнули с облегчением. — Иззи, я… Брюнетка только отмахнулась. — Да ладно. Пошли уже, а то нас… Не успела Изабель закончить предложение до конца, как входная дверь снова отворилась, пропуская двух знакомых девушек. — Привет, — Клэри улыбнулась уголками губ, а брюнетка, что пришла вместе с ней, лишь кивнула в знак приветствия. — Надеюсь, что я могу проведать Саймона? Всего на пару минут. Как всегда вежлива, подумал про себя Вэйланд. — Да, конечно. Проводить вас? — Нет, спасибо, — за Клэри ответила ее вечно чем-то недовольная сестрица. — Мы знаем дорогу. — Прекрасно, — процедил сквозь зубы Джейс, совсем не понимая, за что эта девушка так на него взъелась. Он заметил, как изменилось выражение лица брюнетки, но она промолчала, тем самым вызывая у парня улыбку. Когда девушки ушли, Джейс снова повернулся к Изабель и наткнулся на ее печальный взгляд. — Она ненавидит меня, — произнесла Иззи, отвечая на невысказанный вопрос. — Кто? Клэри? — Джейс был удивлен таким заявлением. — С чего ты это взяла? — После всего случившегося она ни разу не заговорила со мной, — Изабель глубоко вздохнула. — Может я это и заслужила, ведь я просто ужасно обращалась с ней в те моменты, когда… Джейс положил руку ей на плечо. — Эй, посмотри на меня, Из, — мягко произнес парень, а когда Лайтвуд в знак отказа замотала головой, стараясь скрыть неожиданные для самой себя слезы, он привлек ее к себе, будто защищая от всего плохого в этом мире. — Попробуй поговорить с ней. Я уверен, она выслушает тебя и поймет. Знаю, будет непросто, но со временем все наладится. Изабель кивнула и изо всех сил прижалась к нему, наслаждаясь теплом таких родных объятий. Но все хорошее всегда слишком быстро заканчивалось, поэтому девушка отстранилась от Джейса, демонстрируя полное спокойствие и легкую улыбку на губах. — Прости, я была совсем не готова к такому развитию событий. Она снова, словно по взмаху волшебной палочки, превратилась в ту беззаботную Изабель Лайтвуд, которую все привыкли видеть каждый день, но только самые близкие люди знали, какие трудности ей приходилось преодолевать, чтобы выглядеть именно так. И Джейс был одним из них. — Ты же прекрасно знаешь, что передо мной не нужно притворяться, — произнес он и протянул руку к ее лицу, чтобы смахнуть слезу, что медленно скатывалась по щеке. — Знаю, — уверенно ответила девушка, смотря Джейсу прямо в глаза. — А сейчас мне нужно ненадолго отлучиться, чтобы провести себя в порядок. Не скучай. С этими словами Лайтвуд развернулась и зашагала в сторону уборной, что находилась в другом конце коридора. … Окончательно приведя мысли в порядок и подправив макияж, Иззи хотела было вернуться обратно к Джейсу, но ноги сами повели ее в совсем другую сторону. Остановившись около стекляной двери в одну из палат, девушка поняла, куда же она забрела. Это оказалась палата того парня. Саймона. Около кровати сидела Клэри и держала лучшего друга за руку, не произнося ни единого слова. Сейчас Изабель должна была просто тихо уйти, пока ее не заметили, но что-то непонятное не давало ей сделать и шагу. Она просто молча наблюдала. Несколько минут спустя на губах Клэри появилась нежная улыбка и она что-то прошептала Саймону так, словно он мог услышать ее, а потом подала знак той темноволосой девушке, которая все это время стояла у окна. Быстро догадавшись, что они собираются уходить, Изабель кинулась в противоложную сторону, спрятавшись за первым попавшимся шкафом. Да, она собиралась поговорить с Клэри, но сейчас был не самый подходящий момент. Не заметив ее, девушки спокойно покинули коридор, оставляя после себя лишь приятный запах духов. Больница уже давно погрузилась в тишину, все посетители ушли, кроме одной. Неведомая сила повела Иззи назад. Коснувшись ручки двери, брюнетка секунду постояла на месте, прежде чем повернуть ее и бесшумно проскользнуть внутрь. Что же она делает, черт возьми? Почему вообще пришла сюда? Навестить старого друга? Вряд ли. В школьные годы они почти не общались, вернее не общалась Изабель, а вот Саймон, напротив, пытался подружиться с ней, только ему не удавалось даже заговорить с Лайтвуд, так как девушка считала его парнем не своего круга и всячески отвергала все его попытки. Какой же глупышкой она была тогда. Прошло уже столько лет и Иззи могла с уверенностью заявить, что изменилась. Но кого это теперь волновало? Заметив стул около миниатюрного столика, девушка подвинула его к кровати и присела, наконец решившись посмотреть на Саймона. Бледность его кожи испугала ее, множество синяков, покрывавшие его лицо и руки, бесчисленное количество непонятных трубочек, что поддерживали в нем жизнь, заставляли сердце Изабель сжиматься от жалости к этому добродушному пареньку. Этого не должно было случиться. Только не Саймоном Льюисом. Он не заслужил такого. — Знаешь, без очков ты выглядишь симпатичнее. — Иззи не узнала свой собственный голос. Боже, что она только что сказала? Девушка хотела зарядить самой себе смачную оплеуху, но это было бы в сто раз глупее, чем вылетевшие из ее уст слова. Она где-то читала, что с людьми, находящимися в коме, следует разговаривать, якобы это увеличивает их шансы на пробуждение, но Изабель посчитала это полным бредом, лишь слабым утешением для близких и родных. И что же получается? Теперь она сама руководствуется этим методом, надеясь, что тот сработает. — Саймон, — обратилась к нему девушка. Глупо! Как же глупо разговаривать с тем, кто не тебя не услышит, но от этого почему-то и правда становилось легче. — Мы с того раньше не очень ладили, вернее совсем не ладили. Что же я тогда здесь делаю? Я и сама не знаю, Льюис, хоть убей. Хочу сказать, что ты должен бороться, нет, просто обязан, ведь тебя ждет Клэри. Ты очень нужен ей, а она нужна тебе. Вы как Чип и Дейл, что не могут обойтись друг без друга, поэтому возвращайся, проживи долгую и счастливую жизнь рядом с теми, кто тебя любит. Изабель неосознанно коснулась его ледяной руки, слабо сжимая пальцы. — Я буду звать тебя спящим красавцем, Льюис! — Лайтвуд мягко рассмеялась. В следующее мгновение она осознала, что находится здесь слишком долго и Джейс наверняка уже ищет ее. Изабель медленно отпустила ладонь Саймона и поднялась. Но перед уходом она потянулась к его волосам и немного растрепала их. — Так гораздо лучше. До скорой встречи. … Лайтвуд вот уже 10 минут «гипнотизировал» дверь дома семьи Гэрроуэй, так и не решаясь нажать на кнопку звонка. Стоило ли ему приходить сюда? Безусловно. Тогда почему сейчас он стоял, как истукан, не предпринимая ни одной попытки к действию? Боится, что Клэри выгонит его? Не захочет выслушать? Она может так поступить и будет иметь на это полное право. Но Алек уже принял решение и отступать не собирался. Почти всю свою жизнь он имел дело с риском и разговор с Клэри не был исключением. Глубоко вздохнув, Лайтвуд протянул руку и наконец позвонил. Ему казалось, что прошла целая вечность, прежде чем с той стороны раздался громкий женский голос и быстрые шаги, что слышались все отчетливей. В следующее мгновение дверь отворилась и на пороге показалась миссис Фэирчайлд, совсем недавно ставшая Гэрроуэй. Улыбка, украшавшая лицо женщины всего секунду назад, мгновенно пропала, уступая место удивлению, которое сменилось излишней серьезностью. — Александр… — Здравствуйте, миссис Гэрроуэй. — голос Алека неожиданно охрип. — Можно мне войти? Джослин заколебалась, но все же отступила назад, тем самым давая юноше пройти. Выдохнув с облегчением, Лайтвуд переступил порог знакомого дома и осмотрелся. Внутри практически ничего не изменилось с того самого дня, когда он последний раз был здесь: с кухни все также доносился запах свежей выпечки, на стенах висели старые фотографии, а в углу стоял тот самый мольберт, на котором так любила рисовать Кларисса. Алек вспомнил, как она пыталась научить его этому виду искусства, как смешно надувала губы, когда у него выходили только какие-то жуткие монстры вместо милых животных, как звонко смеялась, когда они носились по всему дому с кисточками в руках, стараясь догнать и измазать друг друга, да так, что потом их не могли узнать даже собственные родители. Губы Александра против воли растянулись в улыбке и это не укрылось от Джослин, что внимательно наблюдала за парнем, сложив руки на груди. — Что тебе нужно, Алек? — строго спросила она. Лайтвуд посмотрел на женщину, готовый с достоинством встретить взгляд, полный ненависти, но в зеленый глазах отражалась лишь суровость и нежелание видеть его здесь. — Я пришел увидеть Клэри. Пожалуйста, позвольте мне… — Зачем? — резко перебила его Джослин. Теперь в ее голосе отчетливо слышалось волнение.  — Я хочу все исправить, миссис Гэрроуэй! — во взгляде Алека читалась нескрываемая решимость. Он и подумать не мог, что ему будет так просто произнести эти слова. — Хочу заслужить второй шанс. — Чтобы снова разбить ей сердце? — почти прошептала женщина, но Алек прекрасно расслышал ее и ему было, что на это ответить. — Нет, чтобы постараться залечить его. Джослин замолчала, пристально взглядываясь в лицо молодого человека, пытаясь уловить хоть малейшие признаки лжи. Но не смогла. — Если она не захочет видеть тебя, ты немедленно уйдешь и больше никогда не появишься в ее жизни. — уверенно произнесла женщина, указывая ему на лестницу, что вела в комнату дочери. Поспешно кивнув, Лайтвуд направился в указанном направлении, больше не намереваясь терять ни минуты. Остановившись около комнаты, из которой доносилась тихая мелодия, Алек постучал в дверь, отметая все пути к отступлению. Сначала он услышал, как затихла музыка, а потом до боли знакомый голос, по которому он так скучал все эти годы. — Войдите. Алек повернул ручку и оказался в довольно просторной комнате, где он провел столько незабываемых вечеров. На двуспальной кровати, с книгой в руках, сидела рыжеволосая девушка. Когда она повернулась к нему, его сердце замерло, а все слова, что он собирался сказать в один миг улетучились из головы. — Здравствуй, Клэри. — на одном дыхании произнес Александр.