Слишком идеальный

Резкий толчок.       Чимин почувствовал снег у себя под головой и руки, которые его сжимают. Но вскоре эти неизвестные руки пропадают.       Он пытается подняться и видит перед собой его. Как всегда, такого спокойного и теплого. Это тепло можно почувствовать на расстоянии. Юнги протягивает руку и помогает дойти до скамейки. - Ты же обещал. – тихо прошептал Юнги то ли себе, то ли Чимину. - Что обещал? - Быть сильным. - Ах, быть сильным… - Чимин истерически засмеялся. – Но это край! Лучше бы я завалил эти чертовы экзамены, нежели это! Как с этим справится? – он останавливается и выдыхает. Слезы сами начинают подступать, и Чимин не выдерживает. Он падает в объятия к Юнги, которые сейчас так нужны.       Так необходимо это тепло, которое он дарит, эта нежность, забота. - Иди домой, ты замерзнешь – шепчет Юнги Чимину на ухо. Тот послушно встает, берет свои альбомы, которые валялись в снегу и плетется домой, иногда опираясь на Юнги.       На этот раз он все же заходит к нему домой. Так пусто и одиноко, но с появлением здесь Юнги, само собой стало спокойнее. Чимин заварил чай, достал свое печенье, о котором и вовсе забыл. Юнги лишь наблюдал за всем.       Вот они сидят за столом, пьют чай. Чимин уже протрезвел и понял, что действительно замерз тогда. Пальцы рук больно покалывали, когда он брал в руки теплую чашку. - Почему ты хотел сделать это? - Я хотел показать маме рисунки – Чимин тихо засмеялся от самого себя. А ведь могло случится действительно непоправимое. Юнги тоже слегка улыбнулся. - Почему мы видимся только раз в несколько месяцев? Это странно, не находите? - Говори со мной на ты, пожалуйста, так будет легче. - Хорошо. – как-то слишком легко соглашается Чимин. – Тогда почему я так жду с тобой встречи, но все равно вижу тебя только раз в несколько месяцев? Я безмерно благодарен тебе за все, потому что, вспоминая свое прошлое, самые живые моменты у меня были только с тобой.       Алкоголь все-таки вышел не до конца.       Сейчас Чимин был готов сказать, что угодно. А Юнги лишь спокойно смотрел на Чимина, словно знал, что тот скажет подобное. Чимин так любил этот взгляд. Да и не только этот. Только сейчас Чимин понял, что вообще любит глаза Юнги. Они несут в себе столько теплоты. - Мне нужно выговорится, но я не знаю кому. Не знаю, кто был бы готов все выслушать. - Позвони Тэхену. - Кому? - Тэхену, твоему одногруппнику. Вы ведь сдружились, верно? Сам посуди, он принял тебя таким, какой ты есть, он готов выслушать тебя и поможет. – Юнги встал из-за стола и протянул мобильный телефон. – Не делай глупостей и позвони ему прямо сейчас. Он все равно один, потому что только что расстался с девушкой. Вы оба поможете друг другу.       Юнги просто развернулся и вышел. Из дома. Чимин еще немного посидел, но потом подскочил и побежал к выходу. Как и думал, он его не застал. Нигде. Как испарился.       Чимин все же позвонил Тэ, когда вернулся в дом. - Привет, Тэхен, это Чимин. - Привет, Чимини. – как-то грустно отозвалось в телефоне. - Не хочешь поговорить?

***

Вроде можно продолжать жить.       Чимин перестал пить, сделал наконец ремонт в доме и снова начал готовится к повторным экзаменам. Но на этот раз он будет поступать на художественный, по совету Тэ, когда он увидел его блокноты. Вместо мамы на должность вступил Намджун, который очень ответственно подошел к внезапно навалившейся задачей. Когда в доме никого нет, к нему приходил Юнги, и они разговаривали. Бывало не спали ночами и что-то обсуждали.       В один из таких вечеров Чимин внезапно понял, что ему не просто нравится проводить время с Юнги. Ему нравится сам Юнги. Он такой красивый, заботливый, учтивый, интересный и… такой родной Юнги. - Почему ты никогда не рассказываешь о себе? – внезапно спросил Чимин, осознав, что ничего не знает о его жизни, прошлом, да и вообще… Совершенно ничего не знает о нем. Как можно было это упустить за такое большое время, проведенное вместе. Юнги не напрягся, но перестал улыбаться и поставил кружку на стол. - Я ждал этого вопроса. Не думаю, что сейчас время это рассказывать. В твоей жизни только все начало налаживаться. - Меня это напрягает. Ты ведь не преступник какой-нибудь? Юнги лишь улыбнулся. - Конечно нет. Прости, но возможно я хуже. - Всмысле? - Меня не существует, Чимин. Это стало походить на какой-то глупый розыгрыш, поэтому Чимин не выдержал и засмеялся. - Ладно, раз это такая тайна, расскажешь как-нибудь потом. – продолжал улыбаться Чимин, когда Юнги встал и отнес свою кружку в раковину. - Но я серьезно. – спокойно продолжил Юнги, ожидая реакции Чимина. Прозвучало это слишком правдиво, поэтому Чимин встал, к Юнги, взял за руку и поднял ее вверх. - Ну как же не существует? Я ведь держу сейчас тебя за руку и прекрасно чувствую. - Это только для тебя. Другие меня не увидят и не почувствуют, даже если захотят. - Что ты несешь. Такого ведь не бывает. - Бывает, Чимини – нежно произнес Юнги и провел рукой по его лицу, заглядывая в глаза.       У Чимина неосознанно всплыло в голове, как еще в детстве, когда он переходил дорогу, остановился посередине не из-за того, что его остановил Юнги, а потому что заболела мазоль на ноге. Как на рассвете в 15 лет он сидел на лавочке один и поедал печенье. Как на новый год сошел с электрички просто захотел посидеть на своем любимом месте. Как перед экзаменом перестал волноваться, потому что на его любимом месте просто стало хорошо, особенно тогда, когда к нему подсела та самая кошка, которую он рисовал. И как в ту зимнюю ночь сам отскочил от поезда, потому что жить хотелось сильнее.       Он снова вернулся в ту комнату. Напротив все так же стоял Юнги. Но выглядел он уже по-другому. Теперь понятно, почему он бы таким идеальным. Это объясняло все. Даже то, что они редко виделись. И то, что это происходило всегда, когда не было рядом людей. - А как же блокнот? Это ведь ты его подарил. - Да, это сделал я. Но пускай в твоей жизни это будет единственным, что я для тебя сделал. - Нет, нет, нет. Так не пойдет. – голос предательски дрожал, голова перестала соображать. – Скажи мне, кто ты? Нельзя быть никем. - Это сложно объяснить. - Я могу помочь. Ты что-то типа ангела?       Юнги лишь одобрительно кивнул, не отрываясь от Чимина и от его глаз, из которых потекли слезы. Он аккуратно смахнул их, отчего Чимин заплакал еще больше, но все так же бесшумно. - Вот почему ты такой идеальный – совсем тихо произнес Чимин и отпустил его руку. – Но ведь я тебя чувствую. Чувствую. Ты настоящий. Как такое может быть? - Прости, это моя вина. Я не должен был вмешиваться в твою жизнь. Это запрещено, но… - Правильно, ты не должен был. Если бы я тебя не знал, я бы не влюбился в тебя, как дурак. Молчание. Такое тихое, непривычное. Слышно биение только одного сердца. - Это запрещено – продолжил Юнги, подходя к Чимину почти вплотную – но что я мог поделать, если ты так запал мне в душу.       Чимин смотрел в глаза Юнги, который был так близко. Он чувствовал его дыхание. Такое ровное и спокойное. Он чувствовал его руки в своих руках. Он был живым и никак не мог быть ненастоящим. Он был очень реальным и нереальным одновременно. Он почувствовал его губы. Такие теплые и нежные. Сам поцелуй был такой. Он нес в себе это любимое и уже необходимое тепло и такую осторожность. Чимин почувствовал что-то сладкое. Когда поцелуй разорвался, хоть это было и сложно, Чимин увидел, как из глаз Юнги текут слезы. Это они были сладкими на вкус. - Прости меня, Чимини… Юнги отпускает руки и делает шаг назад, облокотившись на столешницу. - Прости меня, пожалуйста, я не хотел, это моя вина…       И снова эта тишина. Чимин молчит и просто смотрит на Юнги. Внутри него сейчас происходит что-то непонятное. Голова пытается переварить информацию, которая никак не хочет восприниматься, и произошедшее секунду назад.       Юнги выдыхает и медленно начинает идти к выходу. - Юнги, не уходи! – разворачивается Чимин и никого не находит. Ни в гостиной. Ни на улице. Он ушел.       Как такое может быть? Чимин уже несколько дней подряд сидит вечерами на кухне и пытается вспомнить каждый диалог с Юнги. Но почему-то все чаще ему начинает казаться, что его действительно не существовало. Единственным доказательством служил первый блокнот и его записка. Такой идеальный подчерк. Как и сам Юнги.       Теперь кухня тоже его любимое место. Чимин продолжал приходить на скамейку и железной дороги, но на кухне все-таки стал засиживаться дольше. Вот кружка, из которой он пил чай. Ведь действительно пил. А здесь он поцеловал его. Так нежно. А ведь это был первый его поцелуй.       Так как времени у него до экзаменов достаточно, он отрабатывает свои навыки, постоянно рисуя какие-то моменты из памяти, иногда придумывая что-то свое.       Вот сейчас один из таких вечеров. Чимин рисует тот давний рассвет на скамейке, который так и не смог нарисовать, потому что закончился альбом. В тот день он второй раз в жизни повстречал Юнги.       Внизу послышался стук. Такой настойчивый звук в дверь. Чимин заинтересован и спускается из своей комнаты, чтобы открыть дверь. Этого он не ожидал.       На пороге стоял Юнги, тяжело дыша и смотря прямо в глаза Чимину. Сейчас он не похож на себя совсем. Юнги уверенно заходит внутрь, заставляя Чимина сделать шаг назад. Чимин закрывает дверь и все еще удивленно смотрит на Юнги, а в это время неосознанно начинают наворачиваться слезы.       Юнги, вздохнув поглубже, оборачивается и снова замирает, глядя ему в глаза. Он выглядит каким-то потрепанным, измотанным и немного напуганным. - У нас есть 24 часа. С рассветом все вернется обратно. – неожиданно говорит Юнги. А голос уже не такой спокойный и умиротворенный. Он взволнованный и наполнен каким-то воодушевлением. - Ты о чем? – сдержанно спрашивает себя Чимин, останавливая себя, чтобы не набросится на Юнги с объятиями. Но его опережают. Юнги резко подходит ближе и впечатывает Чимина в дверь, которая находилась за его спиной. Он наклоняется ближе, утыкается своим лбом в голову Чимина, запускает свои пальцы в его волосы. - Я так скучал – выдыхает Юнги прямо ему в рот, от чего желание растет еще больше. Первым сдается Чимин, который делает этот первый шаг в пару миллиметров, давая понять, что чувствует тоже самое.       Этот поцелуй не такой нежный. Он более настойчивый, грубый, такой желанный. Юнги сам углубляет поцелуй, а Чимин лишь поддается. Он уже не может трезво соображать. Ноги подкашиваются сами собой, но Юнги его ловит и относит на диван, не разрывая поцелуй, нависает над ним сверху.       Чимин старается запомнить все. Его губы, волосы, руки. Его прикосновения и его взгляд, который он так любит. Еще он понимает, что может исчезнуть в любой момент. С этим осознанием, Чимин прижимает его к себе еще сильнее. Юнги запускает руки под его футболку, а Чимин расстегивает его белую рубашку. Ненадолго Юнги останавливается, как бы спрашивая разрешения, и получает еще один поцелуй в ответ. Он спускается к шее, а Чимин понимает, что такое точно нельзя выдумать. Юнги самый настоящий. И сейчас больше нет никого, кроме Юнги.