Северные цветы.

      Прошло пару дней со дня ухода воинов из лагеря на завоевывание Парижа. Все ждали. Напряжение росло. Одна из рабынь уже убежала. Хотела ли я убежать? Да! Меня тянуло в лес… Тянуло на побег… Не хватает решимости, либо я боюсь, что меня убьют. Страх… Главный враг в моей жизни… С начало боялась рабства, теперь побега из рабства… Надо определится… Бежать ли мне??? Я сломала всю голову от этой мысли… Бежать… Как можно дальше, не оглядываясь… Лучше смерть, чем все это… Всем наплевать на меня… Моя жизнь остановилась… Я потеряла всех… Господи, помоги мне… Прошу, помоги… Дай направление, куда мне идти… Укажи мне путь… Что делать дальше? Смерть.Мне поможет смерть… Яд… Держа флакон дрожащими руками, начала подносить ко рту… Все закончится… Не успев сделать даже глоток, услышала голоса людей. Они кричали, звали на помощь. Это были они. Они вернулись. — Быстрее, лекари!!! — Войны забегали в панике. — Александра, скорее! Бьорн ранен. Ему нужно помочь. Освободив середину своей палатки, расстелив ткань вместо матраца, попросила положить его. На нем почти не было живого места. Кровоподтеки, раны… Смотреть было страшно. — Принесите мне воды. Много воды. Горячую и холодную. — Я разрезала его рубаку, точнее то, что от неё осталось. Пытаясь остановить кровь и саму себя от паники, которую наводили окружающие меня люди. — Прошу, оставьте меня с ним. Вы только мешаете!!! — Уже не вытерпев такого напора, заорала я. — Точно, все вон. — Рагнар тоже вышел вместе со всеми. Бьорн отключился от болевого шока, давая мне возможность лучше обработать раны. Когда я закончила, то вышла из палатки. Рагнар с Лагертой ждали возле входа. По ним было видно, что они очень переживают. Интересно, а я переживаю? Почему — то я только, что задала этот вопрос себе. С такой легкостью я обработала его раны, что не успела ни чего почувствовать. Помимо Бьорна, я помогала и другим мужчинам. Многие нуждались в помощи, хоть и малейшей. Постепенно запасы начали заканчиваться. Мне нужно было где-то пополнить их. Не думаю, что меня пустят в ближайший лес. Да и стоит ли идти. По слухам, после выздоровления Бьорна, мы уезжаем домой. Но не думаю, что войско просто так сдастся. Храбрости и наглости им не заменять. Желание здесь оставаться у меня нет. Да и кто меня спросит. Через пару недель Бьорну становится куда лучше. Этому рады все. Честно говоря, не думала я, что он выживет. Раны были такими глубокими, что заживать им ещё очень долго. Мать и отец не уходили от него. Конечно я тоже переживала, но я должна держатся. Лекарь должен быть хладнокровным при лечении. Если буду я его жалеть, то как лечить тогда?! С тех пор, как Рагнар ушел на Париж, мы почти не разговаривали. Про поцелуй я помню. Очень хорошо. До сих пор кажется, что его поцелуй горит на моих губах. Проматывая этот очень короткий момент моей жизни, мне становится легче. Хотела бы повторить этот момент жизнь ещё раз. Надеюсь, он когда-то будет. А сейчас пока я раб, который служит ему…