Перерождённые. Ангел умирающей крови

      Непрерывные басы ритмичной музыки нещадно барабанили по перепонкам. Лекса, вертя в руках запотевший бокал, делала вид, что слушает рассказ знакомого, пытающего перекричать звуки музыки, и ещё сильнее давило на уши. На улице было уже давно за полночь. Лофт Карима был заполнен людьми до отказа. Было ощущение, что весь курс собрался на очередной вечеринке Дэвиса. Проводимые Каримом каждые пару месяцев, они стали уже легендарными. С тех пор, как Дэвис начал учиться в Лиге художников, постоянными посетителями стали и его сокурсники. Встретить там можно было кого угодно, так как Дэвис в определенных кругах был довольно известной личностью. Но в основном это были люди из среды искусства. Вот и на этот раз, в шикарной квартире было полно людей всех сортов и возрастов. — И потом Споки переключился на бедняжку Гриффин, когда и она не смогла ответить на вопрос, досталось всем по полной. На следующей неделе незапланированный тест, — стоило услышать знакомое имя, как брюнетка моментально вернула внимание к собеседнику. — Что с Кларк? — с учащенным сердцебиением Роули наклонилась ближе к парню, чтобы не пропустить ни слова. — Ничего. Она, как и остальные не знала заданной на дом темы, на что Споки пришёл в ярость, — парень с бесчисленным количеством металла на лице, небрежно пожал плечами. — Теперь нам всем тест писать придётся. Так что, готовься. — Ага, — услышав, что хотела, Лекса вновь унеслась мыслями далеко за пределы лофта.       Прошла целая неделя после вечера выступления Карима. Целая неделя беспрерывных раздумий. В тот вечер Лекса ещё долго сидела в машине перед своим домом, не в состоянии адекватно мыслить. В голове творилось настоящее светопредставление из шока и потрясения. Словами было сложно передать то, что Лекса почувствовала при поцелуе. Это было просто нереально. Такое невозможно чувствовать априори. Брюнетка решила, что начинает сходить с ума. Начала видеть галлюцинации. Она знала, что в её состоянии это возможно. И значит, вот оно, началось. Ей мерещатся картины в голове со взрывами и светом. Лекса то и дело проводила пальцами по губам, до сих пор ощущая невесомую нежность поцелуя, понимая, что это невозможно. И от этого каша в голове становилась всё гуще. Брюнетке казалось, что её мозг пропустили через мясорубку, закинули всё обратно и сказали: — Пожалуйста, разбирайтесь. С лёгкой дрожью в руках Роули сильно сдавливала виски ледяными пальцами в надежде, что это поможет унять поток непонятных эмоций. Было бы легче, если бы она была пьяна в тот вечер. Тогда можно было всё спихнуть на алкоголь. Но она не пила, в отличии от Кларк.       Вот с реакцией Гриффин Лексе было легче разобраться. Кларк была под действием алкоголя, поэтому и ответила на поцелуй. А Лекса этим воспользовалась, за что винила себя ещё больше. Они ведь договорились быть друзьями. А друзья себя так не ведут. Они не пользуются моментом, не трепещут от одного мимолётного прикосновения губ и не вводят друзей в состояние шока. А именно так выглядела блондинка, когда они наконец оторвались друг от друга. Секунда слабости и Лекса всё испортила. Зачем? Зачем она поддалась дикому желанию, не покидавшему её весь вечер, узнать, каково это, целовать Кларк. Глупо было надеяться, что от одного раза ничего не случится. Она удовлетворит любопытство, утолит жажду, так сказать, и всё. Но стало только хуже. Та вспышка в голове, как будто разожгла неугасимое пламя. Неуправляемый огонь на нефтяной вышке, с которым ей теперь суждено жить оставшиеся дни. В этом Лекса была уверена, так как погасить этот огонь могла бы только Кларк и её до боли сладкие губы и нежные прикосновения рук. Но об этом Роули запрещала себе думать.       Не важно, что сердце пугающе ныло, терзаясь в груди, она обязана прекратить сближение с Кларк. Сократить их общение до минимума. Лекса видела, чувствовала, особенно во время танца, что блондинку тянет к ней ничуть не меньше. Но она не догадывалась, на что себя обрекает. А Лекса знала и должна позаботиться о них обеих.       Поэтому в понедельник в школе, Лекса сама нашла Кларк во время обеденного перерыва в столовой и, не дав той вымолвить ни слова, сообщила, что она сожалеет о том что произошло, что не сдержала себя, и это не должно повториться. Она видела, как бледнеет и без того светлая кожа девушки. Видела, как потухают её голубые глаза, но превозмогая душевную боль, похожую на адские муки, брюнетка надела на лицо самую бесстрастную маску и произнеся свою короткую речь, развернулась и ушла, не оглядываясь, чувствуя обжигающий взгляд небесных глаз на своей спине. И с каждым шагом, что она отдалялась от блондинки, от неё как будто отрывали кусочек. Сердце вместе с душой кричали словно в агонии, что это не правильно, что нужно вернуться, заключить блондинку в объятья и больше никогда не отпускать. И тогда она снова станет целой. Станет одним целым с Кларк. То что она почувствовала при танце и что Лекса насильно вырывала из себя. Эти воспоминания навсегда останутся в её сердце. Но они так и останутся воспоминаниями.       Прошла всего неделя, но Роули уже сейчас не знала, сколько она ещё протянет. Если бы она могла, она бы забросила школу. Но какая-то неведомая сила тянула её туда, где была возможность увидеть Кларк. Лекса чувствовала себя натуральной мазохисткой. Видеть и не быть близкой с блондинкой, просто разрывало на части, но не видеть её совсем, было подобно смерти. Поэтому она снова и снова шла в школу. Потому что, одно только присутствие девушки, было как спасательный глоток воздуха утопающему. Этот глоток давал Лексе возможность прожить ещё один мучительный день.       В какой-то момент Лекса почувствовала некое облегчение. Будто кто-то открыл окна, впуская поток свежего воздуха и дышать стало легче. С бешеным сердцебиением брюнетка стала оглядывать толпу лихорадочным взглядом, так как это ощущение было ей до боли знакомо. Так происходило каждый раз, когда Кларк оказывалась рядом. И предчувствие Лексы не обмануло. В дальней части помещения она заприметила знакомую фигуру. Кларк, под руку с Торренсом, стояла в проходе и неуверенно оглядывалась. — Ничего себе, — Нейтен, как и Кларк, оглядывал помещение до отказа наполненное людьми. — Я знал, что вечеринки Дэвиса пользуются успехом, но здесь яблоку упасть негде. — Поэтому я дважды рада, что ты согласился пойти со мной, — Кларк нервно теребила в руках только что снятую кожанку. — Где нам тут Карима искать? Карима искать не пришлось. Он сам направлялся к новоприбывшим гостям, улыбаясь им самой добродушной улыбкой. Точнее улыбка была направлена блондинке. — Кларк, я очень рад, что ты приняла моё приглашение. Ты сегодня прелестно выглядишь, — Дэвис приобнял девушку за плечи в знак приветствия. После чего, Кларк немного смущённо поправила и без того идеально сидящее на ней короткое платье и убрала за ухо прядь, выбившуюся из свободно заколотого пучка на затылке. — И даже своего друга прихватила, — изучающий взгляд тёмных глаз устремился на блондина. — Мистер Торренс, добро пожаловать в мою скромную обитель, — парни пожали руки, сжимая пальцы сильнее, чем того требовало обычное рукопожатие. Это Кларк заметила по побелевшим костяшкам Нейта и озадачено нахмурила брови. — Спасибо за приглашение, — опустив свою руку на плечо Карима, блондинка вернула внимание на себя. — У тебя тут весело. — Так и есть, вам срочно нужно присоединиться. Но сначала избавим тебя от ненужной ноши. Пошли, я покажу, где ты можешь оставить вещи, заодно покажу лофт, — одним движением Дэвис поправил свой головной убор. Сегодня, вместо привычного цилиндра, на его голове красовался чёрный «котелок». Услужливо подставив свой локоть, за который Кларк с благодарностью ухватилась, он повёл девушку дальше по коридору. Нейтен держался следом за ними.       Гостеприимный хозяин показал комнату, служившую скорее всего гостевой спальней, где Кларк оставила свою куртку и сумку. После чего они сделали круг по лофту, чтобы гости знали, что и где находится, в первую очередь конечно же бар и туалет. Кларк не без удивления обнаружила, что убежище парня было вполне обычным. Огромный лофт обустроенный по последнему слову техники и без всяких излишеств. Зная вкусы Карима, Гриффин ожидала чего-то более необычного. Но всё выглядело нормальным. — Я принесу вам выпить, — Карим оставил друзей стоять, направляясь за выпивкой. — А где гобелены, хрустальные люстры и мебель в викторианском стиле? — с ухмылкой сказал Нейтен, как только Карим ушёл. Парню пришлось говорить довольно громко, чтобы перекричать грохочущую музыку. — Не думал, что вам нравится такое убранство, но могу показать мою камеру пыток в подвале. Может, вас юноша, она больше заинтересует, — неожиданно вернувшийся Карим и его язвительное замечание, заставило Нейтена покраснеть и с досадой поджать губы. — Я не спросил, что вы предпочитаете выпить, — ехидная улыбка исчезла, заменяясь тёплой при обращении к Кларк. — Мне чего-нибудь не очень крепкого, — девушка улыбалась. Её забавляла ситуация между другом и Каримом. У Кларк было подозрение, что на самом деле Карим нравится Нейтену, но парень не знает, как подступиться к такой неординарной личности, как Дэвис. — Я присоединяюсь к Кларк, — буркнул блондин, не смотря на Карима. — Постараюсь на этот раз не огорчить с выбором, — усмехаясь, произнёс хозяин и, подмигнув Кларк, ушёл за напитками. Нейтен, проследив глазами, чтобы на этот раз его не услышал Дэвис, повернулся к подруге. — Он невыносим, — фыркнул парень, закатывая глаза, на что Кларк широко улыбнулась. — Чем он тебе досадил? — Ничем, — ещё одно фырканье со стороны блондина. — А чего он себя так ведёт? Обращается со мной, как с ребёнком, — Гриффин не смогла сдержать громкого смеха, потому что сейчас парень выглядел и говорил, на самом деле, как обиженный, капризный ребёнок. — Так не веди себя, как ребёнок, — просто сказала девушка. — Покажи ему, что ты взрослый, уверенный в себе мужчина и может тогда и ты ему понравишься, — услышав последние слова, Торренс на миг испуганно распахнул голубые глаза. — С чего ты решила, что я хочу ему нравиться? — словно защищаясь, Нейтен скрестил на груди руки и недовольно посмотрел на подругу. — Да, так. Просто предположила, — небрежным пожатием плечами, Кларк хотела усыпить бдительность Нейта. Она решила оставить на потом дискуссии о скрываемых предпочтениях друга. Ее голова и без того была постоянно занята тяжёлыми мыслями о Лексе.       К слову о Лексе. Где она? Кларк знала, что упрямая брюнетка, по совместительству её родственная душа, находилась где-то рядом. Ещё не войдя в лофт, Кларк почувствовала её присутствие. После коротких и категоричных слов в понедельник во время обеда, которыми Лекса повергла Кларк в состояние невесомости между желаемым и реальностью, девушка, превозмогая болезненное давление в груди, заставила себя мыслить здраво и не впадать в отчаяние. Кларк уже успела немного узнать характер брюнетки и осознавала, что с её упрямством и необузданностью, ей будет нелегко принять очевидное. К тому же, нужно добавить, что Лекса не знала, в отличие от Кларк, что с ней происходит. Не знала, в чём причина невероятного притяжения между ними. С тяжёлым сердцем Гриффин день изо дня наблюдала, как Лекса пытается её игнорировать, отталкивать от себя. Скрипя зубами, блондинка не вмешивалась и держала язык за зубами, когда Лекса в очередной раз при виде её хватала первого попавшего рядом с ней и начинала увлечённо о чём-то рассказывать. Лекса не давала Кларк ни единой возможности заговорить. И Кларк пока терпела, твёрдо веря, что Лекса скоро сдастся.       Если она чувствовала тоже самое, что и Кларк, то у брюнетки также должно сбиваться дыхание при их встречах. Она должна чувствовать похожее покалывание в пальцах, словно требующих прикосновения родной души. И только тогда всё встанет на свои места. Всё станет правильным, когда они будут вместе. А пока, Кларк решила дать девушке ещё немного время. Принуждать, давить или уговаривать не имело смысла. Блондинка была рада, что Лекса продолжает ходить в школу, так как не знала, что бы делала, надумай та всё бросить из-за всего, что навалилось. — Надеюсь, шампанское тебя устроит, Кларк, — подошедший Карим вырвал блондинку из раздумий, протягивая высокий бокал. — Вполне. Спасибо, Карим, — успокаивая напряжённые нервы, Кларк осушила одним глотком больше половины. О чём тут же пожалела, смешно скривившись от щекочущего покалывания в носу. — Если ты намереваешься пить такими темпами, то тебе лучше встать у бара, — хмыкнул Карим и переглянулся с Торренсом, который удручённо пожал плечами. Кларк извиняюще улыбнулась. — У тебя здесь жарко. Это только первый бокал, — допив остатки напитка, Кларк кивнула Нейту в сторону бара, намекая, чтобы он шёл туда вместе с ней. — Мне нужно к другим гостям, а вас я прошу чувствовать себя, как дома и развлекаться, — получив ответные улыбки, Дэвис оставил друзей. Стоя рядом с Нэйтеном у бара и потягивая шампанское из наполненного бокала, Кларк вдруг ощутила лёгкое покалывание на коже. Точно зная причину этого явления, блондинка резко повернула голову и встретилась с пронзительным взглядом зелёных глаз. Лекса стояла на противоположенной стороне помещения и неотрывно смотрела на Кларк. Шли секунды, а девушки продолжали дырявить друг друга взглядами, в которых даже через расстояние могли угадать томящую тоску. — Пойди, поговори с ней, — послышался рядом с ухом мягкий голос Нейтена, заметившего переглядывание девушек. — Ты думаешь, я не пробовала? — с тяжёлым вздохом, Кларк посмотрела на друга и покачала головой. — Что между вами происходит? — Нейтен вместе с Кларк смотрел на Лексу, которая вернулась к своему обычному поведению. Брюнетка стояла к ним боком и разговаривала с незнакомой девушкой. — Ничего, Нейт. В этом вся проблема. Между нами нет ничего. Она меня игнорирует, — тонкие плечи под голубой тканью платья обречённо опустились. — Но вы ведь поцеловались. — Да. И после, она мне сказала, что это было ошибкой и не должно повторяться. Я тебе уже говорила. — Но ты не говорила, хочешь ли ты повторения? — парень внимательно смотрел на блондинку, пытаясь понять, как помочь подруге. Кларк закусила губу, размышляя, сколько она может сказать Нейтену. — Хочу, Нейт. Очень хочу, — правда далась ей легко, словно освобождая. До этого она не говорила своих желаний вслух. — Хм… Почему ты изменила своё мнение? Я рад, что ты наконец признала свои чувства к ней, но интересно, что тебя на это подтолкнуло. — Поцелуй. Я поняла, что могу обманывать остальных, но от себя не убежишь, — сказанное было даже правдой, и Кларк была рада, что ей не приходится обманывать друга. — Уверен, она чувствует то же самое к тебе. Может ей просто нужно немного больше времени, чем тебе. — Блондин забрал из рук опустевший бокал Кларк и заменил его новым. — Его я ей и даю. Но чёрт, она такая упрямая. Она меня игнорирует. Как только я к ней приближаюсь, она или сбегает или начинает с кем-то говорить. — Заставь её обратить на себя внимание. Покажи ей, что ты без неё тоже можешь веселиться? — Как? — Кларк не совсем поняла, о чём говорит Торренс. — Я говорю о сейчас. Ты стоишь тут и смотришь на неё, как преданный щенок. Брось, детка. Заставь эту упрямицу обратить на тебя внимание. Захотеть тебя. Кларк продолжала непонимающе смотреть на блондина, улыбающегося ей широкой улыбкой. — Веселись, Кларк. Давай оторвёмся по полной. Пусть смотрит и слюни пускает. Шестерёнки в белокурой голове ожили. А ведь Нейтен прав. Смирением Лексу не возьмешь. Не тот у неё характер. Она не Алекс. Она привыкла, что девушки на неё вешаются. И Кларк сейчас не лучше их всех. Хватит ждать. Нужно что-то делать. Махом осушив бокал, Кларк схватила Торренса за рукав рубашки и потянула в центр комнаты, где большая компания прыгала под быструю музыку. — Моя девочка! — закидывая голову вверх, воскликнул Нейтен, очень довольный собой.

* * *

      Два часа. Два проклятых часа Лекса глушила в себе острейшее желание разорвать каждого, кто приближается к Кларк, на мелкие кусочки. С кем блондинка так откровенно танцевала или увлечённо общалась. Кларк, словно давно забыла о находящейся в помещении Роули, полностью отдаваясь веселью. И ей это более чем удавалось. Блондинка была красивой молодой девушкой с искренней улыбкой, и наверное каждый в лофте хотел заполучить её себе. Так по крайней мере, казалось взбешённой брюнетке, когда она замечала заинтересованные взгляды гостей в сторону танцующей девушки. Лекса так сильно сжимала бокал в руке, что удивлялась, как стекло под её пальцами ещё не хрустнуло. Пару раз Лекса ловила короткий взгляд голубых глаз на себе и, заметив ответный, Кларк моментально отворачивалась, увлекая за собой новую партнёршу или партнёра. Брюнетке хотелось рвать и метать, но вместо этого она продолжала стоять и сверлить блондинку глазами. — Смотри не закипи, — послышался рядом с Лексой насмешливый голос. Рядом с собой она увидела ухмыляющуюся Джесс. — Я не знала, что ты тоже тут. Где ты пряталась весь вечер? — на удивлённый вопрос Джесс закатила глаза. — Я не пряталась. Просто ты не видишь ничего вокруг, кроме одной белокурой девушки, — Томпсон игривым движением смахнула несколько прядей с лица и, склонив голову, уставилась на брюнетку. — Что? Я просто смотрю на танцующих, — отмахнулась Лекса от назойливого взгляда. — А сама присоединиться не хочешь? — Джесс растянула губы в заманчивой улыбке, предварительно кинув короткий взгляд на танцующую толпу. — Я бы к тебе присоединилась. Обожаю танцевать с тобой, — томно выдохнула Джесс, находясь неприлично близко. Она почти всем телом прижималась к напряженному телу. — Как-нибудь в другой раз, — Лекса сделала попытку отстраниться, но Джессика положила свои руки ей на бёдра и прижала к своим. — Но хотя бы один танец, — преподаватель соблазнительно надула губы. — Мне скучно. — Джесс, не надо. — Лекса мягко, но уверенно убрала чужие руки со своего тела. — Какая ты упрямая, — Джесс не собиралась сдаваться, вдавливая свою грудь в грудь брюнетки. — Но именно это мне в тебе нравится, — последние слова Лекса едва услышала, прежде, чем мягкие губы накрыли её рот. Джесс прижалась к ней губами, одновременно кладя одну руку поверх распущенных волос, не давая тем самым брюнетке увильнуть от поцелуя. — Джесс! Ты что творишь?! — широко раскрытые зелёные глаза выдавали опешившее состояние Лексы, когда она оторвала наконец от себя настырную преподавательницу. — Здесь полно студентов! — Ты беспокоишься, что нас могут увидеть студенты или только одна из них, с белокурыми волосами? — ухмыляясь произнесла Томпсон, подбородком указывая в сторону. Лекса глянула туда же и увидела стоящую неподалеку Кларк, смотрящую на неё глазами полными ярости и обиды. — Твою же мать, Джесс! — в гневе воскликнула Лекса. Она готова была собственноручно придушить женщину. — Ты это специально сделала. Ты знала, что Кларк рядом. Зачем? — в отчаянии Лекса запустила пальцы в волосы, лихорадочно соображая, что делать. Она видела, что Кларк было больно. А это именно то, что Лекса изо всех сил старалась предотвратить. Не причинять боль Кларк! Это была её главная и единственная задача. — Чёрт, Джесс! — Прекрати паниковать. Я тебе помочь хотела. Весь вечер играете здесь драму, не решаясь подойти друг к другу, — закатывая глаза, отмахнулась Томпсон от обвинений. — Ты не понимаешь! — чуть ли не со слезами на глазах, воскликнула Лекса, обращая на себя внимание стоявших рядом. — Понимаю или нет, но мне кажется, тебе стоит пойти за ней, — Лекса непонимающе посмотрела, куда в этот момент смотрела женщина и увидела, прокладывающую себе дорогу меж охмелевших тел, Кларк. Белокурые волосы мелькали в толпе и быстро удалялись. — Твою же мать! — Лекса не находила других слов. Её мысли панически метались, пытаясь понять, как поступить правильно. — Беги уже. Иначе она так и уйдёт, думая, что ты со мной охотно целуешься. — Джесс настойчиво подталкивала девушку к действию. Помедлив ещё секунду, Лекса рванула за блондинкой, отчаянно пытаясь не упустить её из виду.       Кларк ворвалась в комнату, где оставила вещи, со злостью смахивая пробившиеся наружу капельки слёз. Всё её тело трясло то ли от ярости, то ли от боли в груди. Её сердце словно ножом полоснули, когда она увидела поцелуй Лексы. Она весь вечер старалась вести себя непринуждённо. Следовала совету Нейтена и веселилась от души. Даже если приходилось стойко терпеть гадкие ощущения от прикосновений чужих рук на своём теле, зная, что Лекса всё время не сводит с неё глаз. Кларк каждую секунду ждала, что брюнетка наконец не выдержит и подойдёт. Но Роули не подходила, и Кларк, превозмогая себя, продолжала менять собеседников и партнёров по танцам. Позволяла приближаться к себе ближе дозволенного, сглатывая привкус горечи.       Терпению пришёл конец после выставленного на обозрение поцелуя. Вспыхнувшая ярость застилала глаза. Останься она ещё на минуту дольше и Кларк была уверена, она бы вцепилась ногтями в ухмыляющееся лицо Томпсон, а затем отколотила бы саму Роули. Дверь за спиной девушки вдруг распахнулась, впуская во внутрь растрёпанную Лексу. — Надо поговорить, — успокаивая дыхание, произнесла Лекса, закрыв за собой дверь и медленно приближаясь к блондинке. — Ах, теперь тебе вздумалось поговорить? — громко стучащее сердце, отдавало тревожным гулом в ушах Кларк. Рядом с Лексой сдержать себя стало стократ сложнее. Сжав до боли челюсть, Кларк отвернулась и стала искать среди груды одежды свои вещи. — Это не то, что ты думаешь, — Лекса невольно хмыкнула от этой заезженной фразы. Никогда бы она не подумала, что однажды и ей придётся произнести такие слова. — С каких пор тебя волнует, что я думаю? — рявкнула блондинка. Найдя наконец сумку и куртку, она с пылающими яростью глазами смотрела на девушку. — Тебе смешно? — при виде ухмылки на полных губах, Кларк готова была накинуться с кулаками на Лексу. Но решила быть выше этого. В её состоянии, уйти, было лучшим вариантом. Что она и намеревалась сделать, проходя мимо Роули с гордо поднятой головой. — Чёрт, Кларк, — твёрдая рука остановила девушку за локоть, и обе неожиданно замерли, ощутив пробежавший между ними поток напряжения. Девушки с замиранием сердца смотрели друг другу в глаза, не шевелясь ни на дюйм. — Что тебе надо? — первая нарушила молчание Кларк, освобождая локоть из цепких пальцев. Лекса не сразу нашлась, что ответить. Она до сих пор не знала, что сказать. Как объяснить своё поведение. — Послушай, Кларк, а что ты хочешь? С чего ты на меня вообще взъелась? Мы не вместе. — Лекса знала, что произносимое ею ничуть не поможет. Что она всё делает только хуже. Но ничего другого так быстро в голову не приходило. Тем более после того, как полночи наблюдала за развлекающейся блондинкой. — Ты права. Мы не вместе, и я не хочу и дальше тебя задерживать снимать всех подряд на этом вечере, — выплюнула Кларк со злостью, приближая своё лицо ближе. Было невыносимо больно слышать такое от своей родственной души. Девушки, без которой она больше жизни не представляла. — И это говорит мне та, кто успела потереться о большую часть присутствующих! — не осталась в долгу брюнетка, вспомнив всех, с кем так мило общалась девушка, что вызвало в ней ответную ярость. Голубые глаза недобро сузились. Грудь Кларк тяжело вздымалась. Она готова была в любую секунду взорваться и неизвестно, чем это всё тогда кончится. — Да пошла ты, Лекса, — сквозь зубы процедила блондинка, метая молнии голубыми глазами.       Она развернулась, чтобы уйти, но рывок за плечо вернул её обратно. Последовавшая за ним хватка на затылке и горячие губы на её губах, заставили Кларк на секунду растеряться. Но всего лишь на секунду. Страсть вспыхнула между ними словно прорвавшаяся плотина. Сумка и куртка упали на пол. Кларк вскинула руки, вплетая пальцы в шелковистые волосы. С утробным рычанием Лекса впилась в мягкие губы, с жадностью их терзая. Языки сплелись в яростной борьбе.       С гулким стуком тело блондинки врезалось в закрытую дверь. Лекса прижалась к пылающему страстью телу, исследуя его нетерпеливыми движениями. Приглушённый стон вырвался из гортани Кларк, когда руки Лексы сдавили её грудь. От невыносимого томления между ног, она готова была скулить, не то, что стонать. Жар внутри поглощал с головой, принуждая неистовей впиваться в полные губы. Дёргаными движениями, Кларк цеплялась за мягкую ткань футболки на спине Роули, то с силой оттягивая, то прижимая к себе. Больше. Её хотелось намного больше. И Лекса, словно читая мысли Кларк, скользнула горячими ладонями под платье, двигая ими выше по бёдрами. С одобряющим стоном Кларк дёрнулась навстречу, впиваясь ногтями в смуглую кожу спины.       Лекса зарычала от сладкой боли, переключаясь со рта на изгиб шеи, покрывая его жадными поцелуями вперемешку с укусами, зубами оттягивая ткань с плеча и впиваясь ими в молочную кожу. Протяжные стоны сводили с ума. Лекса чувствовала, что она горит. По её телу как будто электрический ток пустили с мощнейшим разрядом. Слизывая капельки пота с ложбинки груди, руки Лексы стянули кружевные трусики с бёдер блондинки, не встречая никакого сопротивления. Напротив. Кларк начала дышать намного тяжелее, стараясь всем телом прижаться ближе. Устранить последние миллиметры расстояния. — О, Боже! — хрипло выдохнула Лекса, когда ощутила под пальцами обильную влагу. Дальше она себя не контролировала, не медля врываясь пальцами в сочившееся влагой лоно. С резким вторжением пальцев, Кларк не сдержала громкого стона наслаждения. Долгожданного удовлетворения так долго сдерживаемого желания. Ускоряющиеся движения внутри и обжигающие губы на коже, это всё, что на тот момент чувствовала Кларк. Ей было плевать, что кто-то может слышать её частые громкие стоны или ритмичный стук тела о дверь. Реальность отошла на второй план. Безумный огонь желания затмил разум, заставляя её с каждым толчком насаживать себя на пальцы Лексы, которая протиснув колено между ног блондинки, усиливала им давление на промежность. Они задыхались от сбитого дыхания. Спина Лексы была исцарапана в кровь от пробравшихся под футболку рук, но она не замечала боли. Рука давно онемела, но и этого брюнетка не замечала. Уткнувшись во влажную шею Кларк и стиснув зубы, Лекса с остервенением вдалбливала блондинку в дверь, заставляя её стонать ещё громче. По конвульсивным сокращением вокруг пальцев, Лекса чувствовала, что Кларк близка к разрядке и сильнее вдавила ногу, буквально приподнимая блондинку в воздухе.       С невероятным фейерверком в голове затмевающим всё, что было у неё до этого, Кларк, закинув голову, испустила пронзительный стон. Вслед за ней по телу Лексы прошла судорожная дрожь, а в голове, словно ядерную ракету взорвали, и брюнетка в первый раз в своей жизни кончила без прикосновения, от чего бурлящие эмоции зашкалили за все имеющиеся границы.       Лекса всем телом навалилась на дверь, упираясь в неё влажным лбом, из последних сил удерживая обвисшую на ней Кларк. Белокурая голова безвольно покоилась на ходившем ходуном плече. Сердце билось так быстро, что казалось выскочит из груди в любой момент. От бурного дыхания было тяжело дышать, заставляя девушек глубоко втягивать воздух.       Успокоив дыхание, Лекса наконец нашла в себе силы твёрдо встать на ноги и очень осторожно вынуть пальцы из ещё пульсирующей плоти. Но Кларк всё же не смогла сдержать слабый стон, судорожно втягивая воздух. Её ноги всё ещё были, как ватные, и она была благодарна Лексе за то, что та продолжала поддерживать. Кларк понадобилось пару минут, чтобы пульс пришёл в нормальный ритм, а ноги уверенно держали тело. — Могу поспорить, что Алекс с тобой такого не делала, — с коротким смешком вырвалось у Лексы.       В один миг Кларк словно отрезвела от происходящего, моментально возвращаясь в реальность. Звонкая пощёчина разорвала повисшую на секунду гнетущую тишину. Лекса приложила ладонь к тут же покрасневшей щеке и словно во сне наблюдала, как Кларк, не удостоив её больше ни одним взглядом, трясущимися руками привела себя в порядок и, подхватив свои вещи с пола, стремительно покинула комнату, не забыв при этом громко хлопнуть дверью.