Часть 22
8 апреля 2017 г., 20:19
«В кого ты превратилась? Что ты творишь?»
Отражение в зеркале продолжало смотреть на неё пустым, лишённым жизни взглядом. Лекса не узнавала себя в зеркале, откуда на неё смотрела незнакомка с залёгшими под глазами большими тенями и плотно сжатыми губами, отчего они сейчас больше напоминали две бледные полоски. Растрепанные волосы сосульками свисали вдоль измученного лица. И за прошедшие двадцать минут, за которые Лекса изучала своё изображение напротив, ничего не изменилось.
Лексу пугало не только собственное отражение. Она ужасалась своей сущности. Кем она стала.
Проснувшись час назад, она, в первую очередь, с удивлением обнаружила себя в собственной постели. Вторым удивлением стало её физическое самочувствие. Ни тошноты, ни головных болей, ни трясущихся конечностей. Как будто она не пыталась вчера залить в себя, как можно больше алкоголя. А то, что он был, Лекса не сомневалась. Кусочек за кусочком, она начала восстанавливать события последних часов, хотя многое оставалось, как в тумане. Но часть воспоминаний были настолько ясными, что накрыли трезвый разум волной раздирающих чувств. Вина и сожаление отдавались в груди болезненными ударами. С прижатыми к животу руками, Лекса скрутилась на боку и, зажмурив глаза, молила, чтобы земля поглотила её. Но никакие мольбы не помогали. Реальность сокрушительной силой нахлынула на нее, не оставляя в голове ни одного, даже крошечного кусочка, где можно от неё спрятаться. В первые минуты было острое желание вскочить, добраться до первой попавшейся бутылки спиртного и с её помощью отключиться, чтобы не было возможности думать. Но в следующий момент Лекса ожесточённо подавила это желание. «Больше никакого алкоголя!» — поклялась она себе. Лекса была в ужасе от самой себя. На что она готова пойти под его действием. Она и раньше пила, но никогда не становилась такой невменяемой, что готова была ударить собственную сестру или швырять об стены бутылки и оскорблять друга. Нет, алкоголь ей больше не поможет.
Но тогда что? Бежать? Вчерашняя попытка побега доказала, что и это невозможно. Лекса помнила, как давила на газ, несясь на бешеной скорости по магистрали, лелея ложную надежду, что увеличивающееся расстояние решит все проблемы. Но скоро обнаружила, что всё становилось как раз наоборот. Чем дальше она гнала машину вон из города, тем сильнее становилась потребность развернуться. Нарастающее сопротивление напоминало растягивающуюся пружину и в один определённый момент, достигнув максимума, тянуть уже было некуда, вот тогда и произошло то, что случается, если пружину отпустить.
Лекса со звериным рыком при первой возможности развернула машину. Салон наполняли истошные крики. Она кричала до боли в горле, выплёскивая наружу всю безысходность и отчаяние, пока не охрипла. После из ее глаз полился поток слёз, делая дорогу впереди такой размытой, что Лекса едва видела, куда едет. Она просто не понимала, что с ней происходит. Почему она не может исчезнуть из этого проклятого города? Кто и какими канатами привязал её к нему? Или к кому?
Где-то глубоко внутри Лекса знала к кому. Кларк. Кларк. Кларк. Кларк. Пять букв — одно слово непрерывно повторялось в сознании, настойчиво напоминая о единственной потребности. Быть рядом с Кларк. Лекса отчаянно не понимала своей одержимости. Это было совершенно ненормальным. Но в тот момент, когда она развернула машину и снова была на пути в город, ближе к Кларк, это одновременно казалось таким правильным. И чем ближе она подъезжала, тем легче становилось дышать.
Мысли о Кларк снова напомнили о событиях прошлой ночи. Лекса помнила, как где-то в центре города машина отказалась двигаться дальше и тогда она обнаружила, что бензин в баке закончился. В ярости она просто бросила автомобиль посреди дороги и пошла в первый попавшийся бар. Вот с того момента Лекса уже не могла сказать с точностью, что произошло потом.
Почему-то в голове обрывками всплывали образы с голубыми глазами и до боли знакомым голосом. Но было ли это реальностью или плодом её воображения, Лекса, при всём своём желании, не могла вспомнить. И сколько бы она сейчас не всматривалась в своё отражение, воспоминания не желали выстраиваться воедино.
С отчаянным рычанием Лекса вцепилась в волосы, сжимая голову с обеих сторон изо всех сил, словно это помогло бы вытеснить не желаемые мысли. Она недоумённо замерла, когда её пальцы застряли в слипшихся от засохшей крови прядях. Наклонившись ближе к зеркалу, Лекса попыталась рассмотреть в чём были измазаны волосы на затылке и только тогда заметила, что и правая рука была покрыта тёмными разводами. Недоумение Лексы только возросло, когда она увидела в них засохшую кровь. На ощупь она начала лихорадочно осматривать голову в поисках повреждений, хоть каких-то. Но кроме слипшихся волос ничего не обнаружила. Затем она полностью разделась, думая, что может рана где-то на теле. Но ничего. Ни одной царапины. Лекса долго таращилась на свои колени, где ещё вчера были синяки и ссадины, но и от них не осталось ни следа. Это повергло её в состояние ступора, а через мгновение ей стало страшно. Страшно за себя, за свой разум. Неужели она на самом деле начинает сходить с ума. Видеть галлюцинации? Если это так, то её личный ужас только начинался. Или? Как тогда ещё всё это объяснить? Лекса не понимала, как такое возможно.
«Во что я вчера ввязалась?! Откуда на мне вся эта кровь, чёрт возьми, если у меня нет ни одного повреждения?» — и чем усерднее Лекса пыталась вспомнить, тем больше приходила в отчаяние. Она чувствовала себя морально опустошенной, потерянной и совершенно не знала, как ей быть дальше. Такой безысходности Лекса ещё никогда не ощущала. Мысли, словно карусель, вышедшая из-под контроля, вертелись в голове, запутав всё больше.
Из последних сил она взяла себя в руки. Сделав пару глубоких вздохов, которые помогли немного успокоиться, Лекса решила сперва принять душ, чтобы стереть следы ночных походов. Тёплые струи воды, под которые было направлено осунувшееся лицо, частично сняли напряжение. Но даже тогда мысли о Кларк не покидали ее ни на секунду. Сильнейшая потребность видеть Кларк, чувствовать её присутствие рядом, просто быть с ней, никуда не исчезала. Напротив. С ясным разумом невероятная тяга лишь набирала обороты.
Насильно заставляя себя хоть на короткое мгновение не думать о Кларк и как ей поступить с ней дальше, Лекса для начала решила извиниться перед сестрой и другом.
После душа, набравшись смелости, она написала сообщение Кариму, в котором извинилась за своё поведение. В ожидании ответа, Лекса оделась и морально подготавливалась встретиться с сестрой. Ответ от Дэвиса заставил Лексу нахмуриться. Карим написал, что примет извинения от неё, но только лично и для этого будет ждать её у себя в мастерской в школе. С тяжёлым вздохом Лекса засунула телефон в карман куртки. Ехать в школу не входило в её планы. Там она могла встретиться с Кларк, и эта мысль отдавалась в голове тревожным звоном. Но деваться было некуда и пересилив себя, Лекса снова достала телефон и коротко ответила, что приедет.
Пока Лекса спускалась на первый этаж, чтобы наконец встретиться с сестрой, она в голове проиграла несколько сценариев, как ей лучше всего извиниться и объяснить своё поведение. И все они были отброшены. Как она должна кому-то что-то объяснить, если сама не понимала себя. Если она честно всё расскажет Алише, та вообще может принять её за психически не стабильную и потащит к врачу, к какому-нибудь мозгоправу. Даже если Лекса сейчас на самом деле чувствовала, что сходит с ума, она изо всех сил пыталась подавлять эти чувства. Но ей это плохо удавалось. По телу прокатывали волны панической дрожи и на лбу выступила испарина.
Доброе утро сестрёнка. Хотела с тобой позавтракать, но меня вызвали на работу. Буду вечером и надеюсь, мы сможем спокойно поговорить. Я люблю тебя и не злюсь. Я просто беспокоюсь. P.S. если повезёт, то блины будут ждать тебя ещё тёплыми. P.P.S. Я с Каримом забрала твою машину и заправила. Ты должна мне 65 баксов.
После последнего слова был нарисован улыбающийся смайлик. И Лекса не удержалась, чтобы не улыбнуться в ответ на записку, которую она обнаружила на кухонном столе вместо сестры. Лекса испустила вздох облегчения. Она знала, что разговор неизбежен, но была рада, что сейчас ей дали небольшую отсрочку. На тарелке рядом с запиской её ждали, хоть и остывшие, но свежие блинчики на завтрак и ключи от машины, от чего в глазах защипало и чувство вины накатило с новой силой. Лекса всё никак не могла себя простить, что была на волосок, чтобы совершить непоправимую ошибку. Она содрогнулась про воспоминании, как замахнулась на сестру и сглотнула ком в горле. Если бы она ударила Алишу, Лекса бы себя никогда не простила. Несмотря на моральное истощение, сумбурный водоворот мыслей, проявляющий себя короткими атаками паники, Лекса впервые за несколько дней с аппетитом поела. Часы на стене показывали десять утра и для поездки в школу настало самое время.* * *
— Кей, оставь её в покое. Пусть отдыхает, пока сама не проснётся! — Я беспокоюсь. — Нет, ты просто слишком любопытная. — А ты нет? Мы до сих пор точно не знаем, что произошло. — Вот проснётся и расскажет. — Я всё равно беспокоюсь. Её телефон уже три раза звонил, а она даже не пошевелилась. Шушуканье сестёр всё-таки разбудило Кларк. Ещё не открывая глаза она поняла, что находится в своей постели. Чувствовала она себя слабой, но вполне отдохнувшей. — Можете больше не шептаться, — хриплым ото сна голосом произнесла Кларк, поднимаясь на руках и оглядывая комнату в поисках Кейлен. Близнецы моментально оказались рядом с Кларк. — Как ты себя чувствуешь? — первой задала вопрос Хелен, то и дело переглядываясь с Кей. — Вроде нормально, — не совсем уверено ответила Кларк, выше подтягиваясь на постели. — А это ещё было зачем? — она удивлённо посмотрела на белый пластырь на изгибе правого локтя. — Что случилось? — её немного испуганный взгляд бегал от одной сестры к другой. — Это мы у тебя хотели спросить, сестрёнка. Ты отрубилась на кровати Лексы. Чем вы там занимались? — с лёгкой ухмылкой сказала Кей. Несколько секунд Кларк с непониманием смотрела на Кей, пока события прошлой ночи полностью не восстановились в сознании и она судорожно втянула воздух. — Лекса! — Голубые глаза широко распахнулись и дыхание участилось. — Что с Лексой? Где она?! — второпях Кларк начала выбираться из-под одеяла. — Хей, хей, Кларк, помедленней, — Кейлен, не спрашивая, начали воздействовать на слишком взбудораженную сестру. — С Лексой всё нормально. Она дома и скорее всего отсыпается. Давай сначала разберемся, что вчера произошло? И почему ты отключилась? Успокоенная близнецами Кларк оставила попытки подняться. — Кларк, что из вчерашнего ты помнишь последним? — спокойным голосом спросила Хелен, беря Кларк за плечи и поворачивая к себе лицом. Кларк закрыла глаза, мысленно возвращаясь на несколько часов назад. — Мы привезли Лексу домой. Ария оставила нас в комнате Лексы. Я раздела её и накрыла одеялом. Лекса ещё говорила со мной, — сердце Кларк болезненно сжалось, как только она вспомнила слова Лексы. В них было столько боли и сожаления. В тот момент Кларк хотелось прижать её к себе, утешить и принять на себя всё, что мучило Лексу. — Я начала её исцелять! — резко раскрыв глаза, выдохнула Кларк, понимая теперь, что произошло. — Лекса отключилась. Я держала её за руку и думала о ней и потом… Я сама не знаю, как это случилось… Я заметила, что исцеляю её, только когда увидела сияние. У неё на голове была рана… Кровь… Я… Я не могла это контролировать… — сбивчиво Кларк пыталась донести до сестёр свои воспоминания. — Всё хорошо, Кларк, — Хелен прижала Кларк к себе и начала успокаивающе поглаживать растрепанные со сна волосы. — Ария так и подумала, когда нашла тебя полулежащей на кровати Лексы. — Что было потом? — Кларк отстранилась и посмотрела на сидящую по другую сторону кровати Кей. — Ничего, — Кей небрежно пожала плечами. — Ария забрала тебя оттуда. Алише мы сказали, что ты вымоталась. Ночь была на самом деле тяжёлой. А для тебя, так и несколько дней. Та вроде поверила. Кларк удовлетворённо покачала головой. — Дома нам правда пришлось тебя снова подсоединить к капельнице, — кивая на пластырь на руке Кларк, добавила Кей. — Ты вообще не реагировала. — Я думаю, виной тому твоё истощённое состояние, в котором ты была все эти дни, — высказала своё мнение Хелен. — Меня больше беспокоит, почему ты не смогла контролировать себя? В комнате повисла тишина. Каждая обдумывала поставленный вопрос. — Я не знаю. Наверное, потому что мне было больно на неё смотреть. Видеть её такой, — с тяжёлым вздохом ответила Кларк и посмотрела на Хелен, желая услышать её мнение. — Может быть, — задумчиво ответила та. — Она вроде как твоя родственная душа, и может быть твоё подсознание пытается её оградить от всего, что может ей навредить. — Как бы там ни было, сейчас с вами обеими всё в порядке, — вмешалась Кей, поднимаясь. — А теперь, дай мне рассказать ей главную новость. — Она обошла кровать, и оттеснив Хелен в сторону, заняла её место. — Что ещё за новость? — Кларк подозрительно покосилась на Хелен. — Оказывается мы, — Кей пальцем указала на Хелен и себя, — знакомы с Алишей. Точнее, для нас она доктор Роули. Сперва Кларк продолжала испытующе смотреть на близнецов, осмысливая новую информацию. — Оу, — удивлённо выдохнула Кларк, осознав, что это значит. — Хочешь сказать, вы с ней работаете в одной больнице? — Больше, — потирая переносицу, ответила Хелен. — Мы, можно сказать, частично её подопечные. — Спешу тебя поправить, милая, — хмыкнула Кей. — Не мы, а ты. Официально у них один интерн. Она даже не знает о моём существовании, не говоря уже о том, что мы делим эту должность. Так что… — Так что, что? — повторила Кларк. Может из-за прошедшей ночи или потому что она ещё не совсем проснулась, но до Кларк ещё не дошел весь риск создавшейся ситуации. — Что, что… — передразнила Кей. — Сама подумай. Скажу только, что Ария не очень довольна. Зная Кейтлин, Кларк с уверенностью могла предположить, что слова «Ария не очень довольна» скорее всего сильно преуменьшают действительное настроение старшей сестры. — Хелен? — Кларк выбралась из постели и встала перед Хелен, зная, что та расскажет настоящее положение дел. — Ты ведь знаешь Арию и её паранойю, — после глубоко вдоха начала объяснять Хелен. — И сейчас она чувствует себя утверждённой в своих опасениях. — Ага, я слышала, как она что-то там себе бурчала, мол всё выходит из-под контроля, нам не стоило уезжать из Анкориджа, там мы были в безопасности и бла, бла, бла… — Кей беспечно махнула рукой, заканчивая свой монолог. — Думаешь, она будет настаивать уехать домой? — Кларк с опаской посмотрела на близнецов. Её охватила лёгкая дрожь, представив себе, что её разлучат с Лексой. — Нет, — твёрдо сказала Хелен. — Ария понимает, что вам с Лексой суждено быть вместе. В конечном итоге, мы всё равно вернёмся, ну, сама знаешь, когда Лекса будет посвящена во все наши тайны, но не сейчас. Не волнуйся. — Нам, а тебе особенно, придётся теперь ещё больше следить за своими словами, — подпрыгивая с постели, Кей подскочила к Кларк и ободряюще прижала её к себе. — И стараться, чтобы твоя Лекса больше ничего не сделала с собой, чтобы твоя способность снова не взяла контроль на себя. Об этом Ария больше всего беспокоится. Их разговор прервал очередной звонок на телефон Кларк. — Лучше прими звонок. Он уже всё утро трезвонит, — Кей подошла к креслу, на котором лежала куртка и, достав из кармана мобильный, передала его Кларк. — Это Карим, — сердце Кларк застучало в разы быстрее, и она испуганно посмотрела на сестёр. В памяти возник вчерашний звонок Дэвиса, не принесший хороших новостей. — Ответь, — в один голос сказали Кейлен. Кларк неуверенно глянула на телефон в руке, прежде чем принять звонок. — Карим? Что случилось? — Привет, Кларк. Ничего не случилось, — поспешил успокоить девушку Дэвис, услышав её немного дрожащий голос. — Хотел тебе сказать, что скоро приедет Лекса и подумал, тебе может тоже стоит подъехать. — Конечно! Куда? Ты где? — волнение Кларк усилилось от предстоящей встречи. — Мы встретимся в моей мастерской. Приходи туда же. — Да, да, я скоро буду, — Кларк была так взволнована, что начала натягивать стоящие рядом с кроватью кроссовки на голые ступни. — Постой, а где твоя мастерская? — За столовой, есть лестница, ведущая на нижний этаж. Спустишься, а там ориентируйся по звукам. У меня всегда музыка играет или услышишь, как я работаю. — Хорошо. — Не торопись, Кларк. Я её задержу, если надо, пока ты не объявишься. — Спасибо, Карим, — тепло сказала Кларк. Она действительно была признательна парню за то, что подумал о ней. — Будем тебя ждать. До встречи. Карим сбросил звонок, и Кларк, кинув телефон на постель, осталась стоять посреди комнаты. Кейлен дружно рассмеялись. Кларк выглядела довольно-таки комично в майке, коротких шортиках, кроссовках и волосами, торчащими в разные стороны. — Кларк, может сперва в душ? Или ты прям так к своей наречённой ехать собралась? — скрещивая руки на груди, со смехом сказала Кей. Кларк оглядела себя и смущённо посмотрела на Кейлен. — Точно, — кивнула она, — сначала душ. — и скинув с ног обувь, побежала в ванную комнату. — Будем ждать тебя внизу. Мы отвезём тебя, — крикнула ей вдогонку Хелен.* * *
Как обычно из мастерской Карима по всему коридору раздавались звуки рока. Подойдя к открытой двери, Лекса увидела друга целиком поглощённого работой. Вокруг него во все стороны летели искры от сварочного аппарата. Губы Лексы растянулись в тёплой улыбке. Всё было таким знакомым и родным, и на секунду она забылась, погружаясь в привычную атмосферу. Но уже через мгновение реальность нагнала и заставила поёжиться. Стереосистема находилась сбоку от входной двери. Не желая пугать Карима, Лекса убавила громкость, чтобы привлечь внимание на себя. Так и случилось, стоило музыке стать тише. — Привет, — со скромной улыбкой произнесла Лекса, когда Карим задрал вверх сварочную маску и посмотрел на неё. — Привет, — Лекса облегченно выдохнула, увидев на лице друга искреннюю улыбку. — Ты чего там на месте топчешься? — Карим снял маску и специальный фартук и, вытерев руки об измятую рубашку, расставил их в стороны. — Иди сюда. С тихим всхлипом Лекса бросилась в объятья друга. Спрятав лицо у него на груди, Лекса с трудом подавляла рвущиеся наружу слёзы, судорожно втягивая воздух, вдыхая при этом запах железа, сварки и почти выветрившегося одеколона. — Ну, ну… Тише, милая, — приговаривал Карим, поглаживая Лексу по спине. — Прости меня, — пробормотала Лекса в рубашку. — Я сама не знаю, что со мной происходит, — тяжело дыша, Лекса отстранилась, вытирая мокрые дорожки с щёк. Она ничего не могла с собой поделать. Всевозможные эмоции подавляли и не давали дышать. Всё, что она с таким трудом сдерживала, грозило вот-вот вырваться наружу. Только этого Лекса до ужаса боялась. Она боялась сломаться. Потому что не знала, что с ней тогда случится. — Ну, думаю, я знаю, — как можно осторожней начал Карим. — Любовь заставляет нас делать иногда странные вещи. — Какая любовь? — начав дрожать всем телом, Лекса отошла от Дэвиса на несколько шагов. — Твоя, милая. Твоя любовь к Кларк, — тон Карима напоминал тон человека говорящего с ребенком, не желающего его напугать. — О чём ты вообще говоришь? — Лекса обхватила себя руками и зажмурилась, словно это поможет ей уйти от разговора. — О том, что тебе пора уже признаться, что ты хочешь быть с Кларк. Что у тебя сильные чувства к ней. — Нет, — Лекса отчаянно покачала головой, показывая другу, что не желает ничего такого слышать. — Я не могу быть с ней, — нервно покусывая губы, как можно твёрже ответила она. — Почему не можешь? — Потому что это не правильно! — взгляд зелёных глаз начал метаться по комнате. Лекса сделала ещё несколько шагов назад и уперлась в столешницу рабочего стола. Карим взъерошил свои волосы, подбирая правильные слова. — А что правильно? Чтобы вы обе страдали? Вас же тянет друг к другу, как магнитом. Любой, кто находится рядом, чувствует ваше напряжение. Я, если стою между вами, прямо на себе ощущаю, словно я влез и разделяю невидимые нити, что вас связывают. — Это не важно! — выкрикнула Лекса. С каждым словом, она чувствовала нарастающее давление в грудной клетке. — Я не имею права! Кларк заслуживает быть счастливой, а со мной она такой не будет! Я не могу быть с ней. — Лекса резко развернулась и до боли в пальцах вцепилась в край стола. — Да почему не можешь? — Карим тоже не удержался и повысил голос. — Только не говори мне, что ты думаешь, что она до сих пор видит в тебе Алекс. — Да! Да, именно поэтому, — громко выпустив воздух из сжавшихся лёгких, Лекса снова посмотрела на парня. — Она видит во мне Алекс. Понимаешь? Она хочет быть с ней, а не со мной. — Как за спасательный круг, Лекса уцепилась за эту отговорку, чтобы убедить Карима, который желал ей только лучшего. Но он не понимал, на что уговаривал. Он не знал правды. Никто не знал и не должен узнать. — Но это бред, Лекса! И ты сама это знаешь! — в сердцах воскликнул Карим. — Вы созданы друг для друга! И ты будешь дурой, если не примешь то, что тянется в твои руки. В этот момент Лекса испугано распахнула глаза и устремила взгляд к входной двери. Предчувствие неизбежного охватило с такой силой, что колени подогнулись и рукам, покоившимся на столешнице, пришлось принять на себя весь вес. Её показалось, словно по помещению прошло цунами свежего воздуха. — Она уже давно не видит в тебе Алекс, — более спокойным голосом добавил Карим, не заметивший изменений в подруге, которая продолжала загнанным взглядом смотреть на дверь, раз за разом заглатывая ком в горле. — Он прав. Я уже давно не вижу в тебе Алекс.
