Часть 25
22 апреля 2017 г., 13:34
— Как вы можете заметить, параметры женской красоты эпохи Барокко разительно отличаются от предшествующей ей эпохи Ренессанса. Красота или то, что считалось таковым, всегда было явлением моды. Взгляните например на работы Рубенса…
Монотонный голос профессора Скотта не просто навевал тоску, он буквально клонил в сон. Была конечно более веская причина, почему Кларк не была в состоянии следовать словам преподавателя. Причина сидела рядом, скорее полулежала на столе, благополучно игнорируя окружающий мир, и млела под руками своей девушки, лишь изредка открывая один глаз, чтобы посмотреть очередную картинку отражающуюся проектором на стене. По сложившейся за две недели привычке, Кларк нежно перебирала мягкие пряди под рукой, мысленно находясь совсем не в аудитории.
Прошло две недели. Две недели, как они официально считали себя парой. Две недели безоблачного счастья. Кларк никогда не думала, что она может чувствовать так глубоко и много. У неё словно второе дыхание открылось. Чем-то это напоминало катание на качелях. Кларк помнила, как в детстве визжала от восторга, взмывая в воздух всё выше. Только сейчас у неё было ощущение, что она взмывает до самых небес. Вместе с Лексой они купались в их обретённом счастье, ныряя в него с головой, особенно когда находились наедине и выныривали в те редкие случаи, когда им приходилось на какое-то время расстаться. Ночи они проводили теперь исключительно вместе, чередуя место ночлега между домом Кларк и Лексы.
Сёстры Кларк по-разному реагировали на влюбленных голубков. Кейлен не могли налюбоваться бесконечно милующейся парочкой. С Кей Лекса сразу нашла общий язык. Им в радость было обмениваться шутками или дразнить Хелен и Кларк. Хотя в меру их безопасности, Кейлен старались не так часто одновременно находиться в доме, когда там была Лекса. Смены в больнице успешно этому содействовали. Отношения между Лексой и Хелен были тёплыми, но скорее вежливо -дружескими. Хелен была более осторожна в отличии от Кей.
С Арией же дела обстояли иначе. За две недели Лекса видела её всего раз пять. Чему она была рада. Уже после первого ужина с Арией, позже в теплой постели Лекса призналась, что старшая сестра Кларк её немного пугает своим мрачным видом без намёка на улыбку. По крайней мере в сторону Лексы. Кларк и Кейлен она неуловимо, но иногда улыбалась. Тогда Лекса буркнула, зарываясь носом в тёплую кожу шеи Кларк, что Ария её должно быть ненавидит. Кларк постаралась, не сильно вдаваясь в подробности, передать сложную и скрытую натуру сестры, успокоив Лексу, что так Ария относится ко всем мало знакомым ей людям и попросила дать Арии время.
После первого их совместного ужина Ария в основном скрывалась в своём кабинете или, как на этот раз, уехала по делам на три дня и к выходным обещала вернуться, так как им всем предстоял поход в клуб, на котором Кей настаивала ещё две недели назад. И наконец Ария дала согласие на один выходной, так как сдала проект заказчику.
Последние минут десять Кларк заметила неодобрительные взгляды профессора в их сторону.
— Лекса, — шепотом позвала Кларк, продолжая наблюдать за Скоттом.
— М-м… — Лекса повернула голову на другой бок, чтобы сонными глазами посмотреть на Кларк.
— Тебе лучше сесть поровнее, Скотт на нас косится, — наклоняясь ниже и оставляя поцелуй на покрасневшей щеке, предупредила Кларк всё тем же шепотом.
— На меня Споки всегда косится, — фыркнула Лекса, с неохотой, но всё-таки села ровно. Взяв руку, только что перебирающую её волосы, в свою, обратила свой взор на отражение проектора.
Кларк не удержалась от нежной улыбки. Она обожала такую Лексу — сонную, бурчащую, по милому требующую ласки и нежностей. Такой она бывала часто по утрам. И только после первой порции кофе становилась обычной Лексой — задиристой, жизнелюбивой и бойкой.
Через короткое время Кларк заметила, как Лекса, задумчиво сдвинув брови и вертя головой, смотрит то вперёд, то косится на грудь Кларк. Усердно размышляющий вид заставил Кларк тихо рассмеяться.
— В чём дело? — поинтересовалась Кларк.
— Хм… — прежде чем ответить, Лекса ещё раз посмотрела в вырез футболки Кларк и ещё внимательней на изображение проектора перед ней, где на этот момент менялись картины известных художников 16 века. — Ты бы тоже могла носить такие платья, — с хитрой улыбкой наконец ответила Лекса. — Они выглядели бы очень впечатляюще в корсете, — она бесцеремонно глазела на декольте.
— Лекса, куда ты смотришь? — Кларк смущённо захихикала и закатила глаза.
— Это не я на них смотрю, Кларк. Это они на меня смотрят! — словно защищаясь, Лекса подняла руки и сделала самый невинный вид. Кларк опустила глаза, отмечая, что вырез её футболки сегодня действительно довольно откровенный. Хмыкнув, она скрестила на груди руки, в попытке частично прикрыть привлекающий внимание вид. — Боже, Кларк! Теперь они не просто смотрят на меня, они таращатся самым бесстыдным образом! — зелёные глаза в шоке расширились.
— Лекса! — шепотом постаралась возмутиться Кларк, еле сдерживая смех.
Вдруг Лекса резко вскинулась, выставляя вверх указательный палец.
— Тш… — с совершенно серьёзным видом Лекса прислушалась. — Ты слышишь это? Стоны…
— Что? — попавшаяся на удочку Кларк встрепенулась и тоже попробовала прислушаться. — Я ничего не слышу, — недоумённо она оглядела аудиторию.
— Подожди, — Лекса наклонилась, прикладывая ухо к предмету их разговора. — Кларк, — прошептала она, — я отчётливо слышу их жалобные стоны. — Они, — Лекса оставила лёгкие поцелуи на светлой коже выпирающих полушарий, — однозначно соскучились по мне.
Больше не в силах себя сдерживать, Кларк засмеялась в голос, чем привлекла внимание преподавателя.
— Мисс Гриффин, может поведаете нам, что вы нашли смешного в картинах Рубенса? — голос профессора сквозил явным недовольством.
— Простите мистер Скотт, — Лекса, становясь абсолютно серьезной, моментально выпрямилась, частично закрывая Кларк спиной, — это моя вина. Мисс Гриффин и я обсуждали параметры женской красоты и их влияние на общество. — Кларк закусила губу, чтобы снова не рассмеяться.
— Вот как, — губы преподавателя презрительно поджались, — в таком случае поделитесь и с нами вашими соображениями.
— Мы пришли к выводу, что мне не пришлось бы соперничать с Рубенсом за внимание милых дам. В отличие от него, я предпочитаю более высокое соотношение площади к объёму.
Кларк не видела выражение лица Лексы, но могла себе представить с каким самодовольным видом та смотрела на Скотта.
— Прекрасно мисс Роули, теперь, когда ваши сокурсники знают, что вам нравятся тощие девушки, мы можем вернуться к лекции? — надменно парировал профессор. — Мисс Гриффин, очень надеюсь, что общение с мисс Роули не навредит вашим успехам в нашем учреждении. — Под пристальным взглядом Кларк вжала голову в плечи и расслабилась только тогда, когда Скотт отвернулся и продолжил свой нудный монолог.
— Скучная, заносчивая задница, — буркнула Лекса, поворачиваясь к Кларк. — И вовсе ты не тощая, — она притянула хмыкнувшую девушку к себе за плечи и поцеловала в волосы у виска.
— Почему он тебя недолюбливает? — нежась в объятьях, поинтересовалась Кларк, подняв, голову, чтобы посмотреть на Лексу.
— Считает меня выскочкой, — Лекса пренебрежительно фыркнула. — По его мнению, меня слишком высоко ценят и слишком много мне прощают.
— Он тебе завидует, — подбодрила Кларк свою девушку, прижимаясь к ней теснее.
— Угу. Он, скорее всего, тоже глаз на тебя положил и сейчас бесится, что самая лучшая девушка досталась мне.
Их взгляды встретились, и, как это часто бывало, они позабыли всё вокруг.
Встающие со своих мест студенты вывели девушек из их погружения в души друг друга.
— Наконец эта пытка закончилась, — Лекса поднялась и, по обычаю, закинула свой рюкзак и сумку Кларк на плечо и, беря свою девушку за руку, повела её по лестнице вниз на выход.
С глупой улыбкой на губах Кларк шла следом, чувствуя себя опьяненным первой любовью подростком. Они, на самом деле, иногда себя так вели. Лекса неизменно носила её сумку или рюкзак. Если у них были пары по отдельности, она встречала Кларк перед дверью. Каким-либо образом, но между девушками всегда был телесный контакт. Они или держались за руки, или Лекса собственническим жестом закидывала руку на плечи Кларк, притягивая к себе, или во время паузы устраивала голову на коленях и блаженствовала, пока Кларк перебирала её волосы.
Первые дни друзья и знакомые ухмылялись неспособности влюбленных быть по раздельности. Они закатывали глаза, когда взгляды девушек вдруг встречались, и они в один миг словно погружались в свой собственный мир, полностью игнорируя других.
Но через какое-то время все привыкли, не без помощи Карима, который в такие минуты отвлекал внимание на себя, и студенческая жизнь потекла своим обычным ритмом.
* * *
— Брр… — Кларк поёжилась, плотнее запахивая полы джинсовой куртки, и посмотрела на затянутое тучами небо. — Завтра же достану зимнюю одежду. — Мерзлячка моя, — Лекса притянула Кларк к себе. — Приедем домой, я тебя согрею, — поиграв бровями, Лекса широко улыбнулась, заметив загоревшиеся глаза и ответную улыбку полную предвкушения. — А пока быстрее к машине. Подходя к парковке, Кларк ускорила шаг, опережая Лексу. — Лекса, можно я поведу? Я так давно не сидела за рулём… — прокричала Кларк, оглядываясь через плечо. — Всё что захочешь, — не раздумывая, ответила Лекса и с брелока открыла машину. Радуясь, словно ребёнок, получивший новую игрушку, Кларк запрыгнула на место водителя. Садясь на пассажирское место, Лекса не могла перестать улыбаться восторгу, искрившемуся в голубых глазах. Она не соврала, что готова сделать для Кларк всё, что та захочет. Она и делала всё возможное, чтобы постоянно видеть этот блеск в её глазах. С Кларк Лекса ощущала совершенно новые для неё эмоции. Такие всепоглощающие, что иногда ей становилось страшно, как человек вообще способен столько чувствовать. Кларк была её солнцем. Её источником жизни. И Лекса боялась себе представить, что случится, если Кларк исчезнет из её жизни. А что это когда-то произойдет, Лекса знала. Знала и насильственно подавляла в себе отравляющее их счастливое время мысли. Она хотела выжать из отведённого ей времени по максимуму. Наслаждаться каждым часом, каждой минутой, каждой секундой. Лекса жила и умирала одновременно, как и все люди. Только она умирала немного быстрее. Она понимала, что скрывать от Кларк правду, было чистой воды эгоизмом. Но ничего не могла с собой поделать. Она пыталась держаться в стороне. Пыталась оградить Кларк от предстоящей боли, но у неё ничего не вышло. И сейчас, вкусив запретный плод, на полную мощь ощутив безграничное счастье, Лекса не хотела больше его себя лишать. Ведь это нормально, хотеть быть счастливой? Хотеть напоследок оторвать у жизни прекрасные моменты, которые светлыми воспоминаниями будут освещать её последние шаги в этом мире. — Милая, ты о чём задумалась? — Кларк внимательно следила за дорогой, но боковым зрением заметила, что Лекса уже несколько минут смотрит в одну точку. — О тебе, — с нежной улыбкой, Лекса повернулась Кларк. — Я всегда думаю о тебе, — увидев, как от её слов Кларк вся засветилась, все мрачные мысли улетучились. Кларк всегда так на неё действовала. Одна её искренняя улыбка и Лекса забывала обо всём на свете. Вот и сейчас, она взглядом ласкала до мелочей любимый профиль, от избытка чувств сильнее сжимая доверчиво вложенные в её руку пальцы. Держаться за руки в машине стало их маленьким ритуалом. Как только обе оказывались в салоне автомобиля, ладони машинально находили друг друга и, благодаря автоматике, всю дорогу не разрывали контакт. — Не поверишь, но со мной происходит то же самое, — Кларк поднесла тыльную сторону ладони Лексы к губам и, поцеловав, нежно потерлась об неё щекой. От таких маленьких невинных жестов со стороны Кларк, сердце Лексы каждый раз начинало трепетать, наливаясь ещё большей любовью, где, казалось бы, для большего уже не было места. И тогда любые сомнения исчезали без следа. На полпути начался дождь, и по прибытии на место, снаружи лил настоящий осенний ливень. Кларк резво выбралась из машины и, не желая намокнуть, побежала к дому Лексы, ожидая, что та следует за ней. Но она ошиблась. Оказавшись под крышей, Кларк развернулась и увидела, что Лекса вовсе не спешила укрыться от дождя. Она стояла на тротуаре, расставив руки в стороны и подняв лицо к небу, улыбалась своей самой счастливой улыбкой. — Кларк, это всего лишь дождь! — весело воскликнула Лекса, кружась на месте, ничуть не смущаясь промокшей одежды. — Да, очень холодный дождь! — закатывая глаза, прокричала ей в ответ Кларк и не смогла не улыбнуться. Иногда поведение Лексы было таким по-детски беспечным, заражая всех вокруг своей жизнерадостностью, тогда Кларк с особой ясностью осознавала, почему окружающие Лексу люди, так сильно к ней тянулись. Они словно заряжались от неё силой жизни. — Лекса, ты заболеешь. Если ты не заметила, на улице октябрь. — Но ты ведь обо мне позаботишься? — всё ещё смеясь, Лекса загадочно подмигнула своей ворчащей девушке. — Предпочту заботиться о тебе, без того, чтобы у тебя поднялась температура или ещё хуже, воспаление лёгких. — Кларк сделала грозный вид. — Алекса Роули, сейчас же иди сюда. — Что мне за это будет? — не унималась Лекса, продолжая кружиться, немного при этом покачиваясь. — Весёлое времяпровождение в душе вдвоём? — услышав многообещающее предложение, Лекса замерла и с самодовольным видом присоединилась к Кларк на крыльце. — Боже, Лекса, ты вся продрогла! — Кларк обеспокоенно оглядела Лексу с ног до головы. Та стояла, обнимая себя руками, чтобы унять дрожь во всём теле. Её губы тряслись. Намокшие волосы свисали сосульками по бокам. Склеенные влагой ресницы придавали ещё более жалостливый вид. Но Лекса смотрела взглядом верного нашкодившего щенка, и Кларк не смогла долго оставаться серьёзной. С нежной улыбкой она обхватила намокшее лицо в ладони, вытирая большими пальцами побледневшие щёки. — Оно того стоило, — стуча зубами, неровно выговорила Лекса, с радостью принимая тепло рук. — Стоило того, чтобы заболеть? — Нет, — Лекса энергично потрясла головой, — того, чтобы ты обо мне заботилась, — и так мило улыбнулась, что у Кларк больше не осталось доводов. Не обращая внимания на мокрую одежду, она прижала дрожащее тело к себе и поцеловала начинающие синеть губы. — Идём в дом, — тихо сказала Кларк, самостоятельно вытаскивая из кармана куртки Лексы ключи. Та, в её теперешнем состоянии, даже в замок бы не попала. — Ты обещала мне душ вдвоём, — сбитым от холода голосом напомнила Лекса, в то время, как Кларк уверенно подгоняла её к лестнице, вверх на второй этаж. — Я от своего обещания и не отказываюсь. — Сегодня, тебе придётся меня согревать. И не только в душе, — от однозначного намёка, Кларк добродушно хмыкнула, затягивая Лексу в комнату. — Дурашка ты моя, — горячее дыхание обожгло заледеневшие губы. — Я готова греть тебя всю жизнь. — Мокрая куртка первая упала на пол.
