Перерождённые. Ангел умирающей крови

      Просторный гостиничный номер осветила очередная вспышка молнии, спустя пару минут, прозвучал оглушительный грохот грома. Ветер беспощадно сносил всё, что не имело прочного крепления. Дождь уже который час заливал улицы Стокгольма. Один из самых сильных ураганов настиг столицу Швеции, и по прогнозам синоптиков он только набирал силу, эпицентр его должен был настигнуть город к полуночи.       Ария потёрла уставшие глаза и откинулась на спинку стула. Она не обращала внимания на бушующую непогоду за пределами своего номера. С самого её прибытия дождь лил не переставая. Её самолёт приземлился утром, и им повезло, что вообще дали разрешение на посадку. Часом позже из-за непогоды все самолёты, направляющиеся в Стокгольм, перенаправляли в города, вне зоны урагана.       Ария закрыла глаза, закидывая руки за голову, и прокрутила в голове события последних часов.       Её адвокат договорился о встрече в ресторане её отеля на два часа дня. К тому времени, как Ария переступила порог своего номера, ей оставалось ещё несколько часов. Она была вымотана и голодна. Напряжение не отпускало с того момента, как стало понятно, если она хочет достигнуть своей цели, ей придётся согласиться на переговоры. Не важно, что будет сказано, так или иначе, это всколыхнёт воспоминания, которые Ария научилась подавлять благодаря выработанным за долгие годы самоконтролю и железной дисциплине.       Но чтобы она могла и дальше держать себя в руках, Арии стоило хоть немного отдохнуть. Она бодрствовала более двадцати четырех часов, сон урывками в самолете был не в счёт. После душа она буквально провалилась в сон, который продлился ровно семь часов, что вполне хватило, чтобы с уверенностью сказать, что ей хватит выдержки провести не самые лёгкие переговоры в её жизни.       — Стол на Эванс, — мужчина за стойкой перед входом в ресторан, без лишних эмоций глянул в список гостей и согласно кивнул.       — Пройдёмте, вас ожидают, — вежливо произнёс он, подавая знак рукой следовать за ним.       Он проводил Арию в отдельное помещение, где столики находились в нишах, предоставляющие своим гостям максимум уединения. Ария сразу узнала женщину сидящую в углу, нервно теребившую салфетку в руках.       — Прошу, — официант придержал стул для Арии, пока та садилась, внимательным взглядом рассматривая миссис Эванс. — Что желаете заказать?       Не намереваясь растягивать беседу и оставаться здесь на долго, Ария заказа бокал воды и после вопросительного на неё взгляда мужчины миссис Эванс поспешно попросила порцию коньяка.       В кабинке повисло напряжённое молчание.       — Вы не та кого я себе представляла, — нарушила тишину миссис Эванс, опрокидывая в себя остатки тёмной жидкости.       — Кого же вы ожидали увидеть? — с лёгким удивлением спросила Ария.       — Не знаю, — глаза женщины бегали по помещению. — Кого-то из конкурентов мужа… Врагов? — после этих слов последовал глубокий вдох. — Я даже не знаю, как вас зовут.       — Ария, — был короткий ответ, на что женщина один раз кивнула и снова замолчала, словно собираясь с мыслями. Ария не спешила с вопросами.       «Она постарела» — подумала Ария и хмыкнула сама себе. «Естественно постарела. Последний раз ты видела её более пятнадцати лет назад.» Но эта женщина отличалась от той миссис Эванс, которую помнила Ария. Это была не та элегантная, уверенная в себе леди, дарящая всем и каждому милые улыбки. Эта женщина явно нервничала, оглядывалась поминутно, словно напуганная лань, руки не находили себе место.       — Ария, — вдруг смело произнесла миссис Эванс. — У меня не так много времени, поэтому перейду сразу к сути. Вы желаете получить пакет наших акций. Я не знаю, что вы намереваетесь делать с ними, но сейчас мне это не важно. Я готова продать их, при одном условии и не сейчас.       Женщина слегка вздрогнула при появлении официанта с напитками.       — Я слушаю, — ровно произнесла Ария, после того как они снова остались одни.       — Я не могу сейчас совершить сделку, но… — женщина опустошила половину бокала, и это дало Арии ясно понять, что разговор даётся миссис Эванс с большим трудом. — Мой муж серьёзно болен, и прогнозы врачей не слишком многообещающие, поэтому мы и здесь. Мой муж не желает верить, что его болезнь не излечима и решил проконсультироваться у европейских врачей.       — Мне жаль, — вежливо произнесла Ария, хотя настоящего сожаления не испытывала. Мистер Эванс ей никогда не нравился. Тогда она называла его «Напыщенный индюк»       — Спасибо, — кивнула на вид не очень огорченная супруга. — Я хочу этим сказать, что пакет будет вашим, только перед неминуемой смертью моего мужа. Как скоро это произойдет, с точностью предугадать сложно.       — Я не спешу и могу подождать сколько понадобится, — правдиво ответила Ария. Она ждала уже столько лет, год или два больше значения не имеет. — Вы говорили об условии?       — Да. Это самое важное, — взгляд миссис Эванс резко изменился. Он стал твёрдым и неприемлемым. — Это касается моей дочери, — после этого взгляд Арии также изменился, став жёстким.       — А что с ней? — медленно произнесла она, отодвигая бокал в сторону.       — Если вы хотите получить акции, вы пообещаете мне, после приобретения пакета, вы проследите, чтобы моя дочь не пострадала. Что бы ни случилось, после смерти её отца, вы обещаете позаботиться о её безопасности.       — Почему я? — резко бросила Ария. — Почему не вы? И что ей может угрожать? — Такой поворот событий она не ожидала, и это сильно выбивало её из колеи.       Миссис Эванс энергично покачала головой.       — Я не смогу, — виноватым голосом призналась она, потупляя взгляд. — Вы кажетесь мне достаточно сильной и уверенной в себе, чтобы противостоять им.       — Им? — под столом руки Арии сжались в кулаки. — Кому им?       — Всем, кому не понравится, что вы прибрали к рукам наше предприятие, — неопределённо ответила миссис Эванс.       Ария заставила себя расслабить пальцы и свободно сложить руки в замке на столе.       — Поэтому вы сами не сможете позаботиться о дочери? Все будут знать, что вы продали пакет, — понимающе кивнула Ария. — Вы собираетесь сбежать.       — Я не знаю, — голос был тихим и печальным. — Я просто хочу подстраховаться.       Про себя Ария метала молнии. Просьба женщины шла наперекор с тем, что она задумала.       — Вы согласны? — миссис Эванс начала снова нервно оглядываться, показывая, что ей не терпится закончить разговор.       — Хорошо, — рявкнула Ария, и её нисколько не волновало, что женщина испуганно дёрнулась. — Хотя, не понимаю, почему вы думаете, что я не нарушу уговор, когда получу пакет.       — Я подумала об этом. В нашем договоре, будет вписан пункт. Пакет передаётся вам на год. После его истечения, Рейчел, — если бы миссис Эванс в этот момент смотрела на Арию, а не на свой бокал, то увидела бы, как та дёрнулась при упоминании имени дочери, — должна будет письменно подтвердить о своём благополучии и только тогда вам перейдет безграничное владение акциями.       — Вы хорошо подготовились, — с толикой уважения произнесла Ария, зная, что ей придётся согласиться.       — Она моя единственная дочь.       Женщина спокойно выдержала на себе испытующий взгляд, доказывая серьезность своих слов.       — Я согласна, — смотреть в светло-карие глаза было мучительней, чем она рассчитывала, слишком они напоминали те, что так часто преследовали её ночами. — Свяжитесь с моим доверенным лицом, когда придёт время, — сказано было более чем достаточно, и Ария решила, что пора уходить.       — Вы знакомы с моим мужем? — спросила миссис Эванс, когда её собеседница поднялась.       — Нет, не лично, — отрывисто ответила Ария, и прежде чем последуют ещё вопросы, широким шагом покинула ресторан.       За окном погода бушевала с нарастающей силой, отдельные ветки, обломанные с деревьев или поднятые ветром с земли, врезались в стёкла, но в комнате было тепло и уютно. «Не так, как дома, но терпеть можно.» — подумала Ария, отвлечённая от раздумий новой вспышкой молнии.       Часы показывали одиннадцать вечера, значит в Нью-Йорке шесть, неудивительно, что спать Арии ещё не хотелось, поэтому она решила занять себя работой, как лежащий рядом с ноутбуком телефон ожил. Узнав номер, Ария с двояким чувством приняла звонок. Она рада была услышать Хелен, особенно после сегодняшней встречи, но, с другой стороны, сёстры никогда без надобности не звонили ей в поездках.       — Хелен?       — Нет, это Кей, — прозвучал дрожащий голос в трубке, и Ария мгновенно выпрямилась.       — Что случилось? — сердце в груди отбивало бешеный ритм, Ария знала, что ничего хорошего.       — Ария, приезжай домой, как можно быстрее, — в голосе Кей слышались слёзы и испуг. У Арии волосы дымом встали. — Это Кларк. Что-то случилось между ней и Лексой. Мы не знаем ничего конкретного, но она, — Кей всхлипнула, — ей очень, очень плохо. Ария, ты должна поторопиться. Мы не знаем, что делать…       Такого отчаяния Ария никогда не слышала в голосе Кей. Она сильнее сжала телефон.       — Кей, — Ария заставила звучать свой голос спокойно, в то время как всё её нутро начинало клокотать, — расскажи всё по-порядку. — Она слышала, как сестра сделала несколько глубоких вдохов.       — Хелен была на работе, я сидела дома… и вдруг… я не могу это описать, как нож в сердце, такая сильная боль, что я задохнулась… меня даже стошнило. Это ужасно, — голос Кей надломился, и Ария стиснула зубы, ощущая на этот момент всю свою беспомощность. — Боль длилась и длилась, и не переставала, меня словно на изнанку выворачивали, а потом…       Даже через расстояние Ария почувствовала, как Кей задрожала.       — Кей? Что потом?       — Потом… потом пустота, это страшно Ария. Пусто. Она…я не знаю…она как в чёрную дыру провалилась, — Кей говорила сбивчиво, и пока Ария только поняла, что с Кларк случилось, что-то крайне плохое.       — Где она сейчас? Что произошло? Что она говорит?       — Она у себя в комнате. Хелен с ней. Сразу, как мы это почувствовали, мы начали ей названивать, но она не отвечала. Хелен уехала из больницы и сразу в школу. Там она её не нашла, Лексу тоже. У Лексы дома ей никто не открыл. Алиши не было на работе, и она тоже не отвечает на звонки. Кларк появилась через пару часов. Мы не знаем, где и с кем она была всё это время.       — Что она сказала? — Ария собирала последние крупицы терпения.       — «Просто игра. Я ей не нужна» — это всё, что мы услышали.       — Я придушу Лексу, — прошипела Ария сквозь зубы, начиная метаться по комнате. — Попробуйте узнать, что там случилось, я вылетаю первым рейсом… — в этот момент она резко остановилась перед окном, и Кей на другом конце вздрогнула от испуга, услышав дикое рычание.       — Что?! — воскликнула в панике Кей.       — Самолёт, мой рейс скорее всего отменён! Здесь ураган и продлится ещё всю ночь!       — Ты не можешь прилететь? — на лепет сестры Ария уверенно распрямила плечи.       — Ничто не удержит меня здесь. Я разберусь, а вы, — короткая пауза, за которую Ария собиралась с мыслями, — вы присмотрите за ней. Я скоро буду.       — Поспеши, — прошептала Кей и закончила разговор.

* * *

Hurricane — 30 seconds to mars

      Мощный автомобиль нёсся по автостраде, рассекая стену из ливня и ветра. Всё тело водителя было напряженно до предела. Ария не отрывала взгляда с дороги, сильнее сжимая руль и упрямо давила на газ.       Как она и ожидала, утренний рейс отменили, сообщив, что, возможно, полёты будут разрешены к вечеру. Но для «возможно» у Арии не было времени. Сидеть и ждать в неизвестности, она не могла физически. Ей казалось, если она и дальше станет торчать в одном помещении, то просто взорвётся от ярости, от бездействия, от собственного бессилия. Это было невыносимо. Ей нужно было действовать. Хоть что-то делать.       Она узнала из какого города быстрее всего сможет попасть на рейс до Нью-Йорка и с рассветом, арендовав машину, на свой страх и риск, рванула в Копенгаген, где в шесть часов утра, следующего дня, она наконец сможет улететь. Возможно, к тому времени она могла бы лететь и из Стокгольма, но сидеть на одном месте и просто ждать Ария была не в состоянии. Она чувствовала, что еле сдерживается. Дорога хоть как-то её отвлечёт.       «Ты, мне не нужна.» — пара слов и весь мир рухнул, затягивая за собой всё живое внутри. Боль от слов, от предательства была настолько сильной, что вытерпеть её Кларк была не в состоянии. Не пролитые слёзы жгли глаза, а из горла наружу рвался крик безумной боли. И тогда сознание отказалось жить, терпеть, и все чувства словно отключились.       Кларк не знала, как попала домой. Наверное, благодаря мистической связи с сёстрами, её автоматически тянуло к ним. Но даже присутствие Кейлен не могло вывести Кларк из её коматозного состояния. Она ничего не чувствовала. Ни тепла, ни холода, ни жажды или голода, ни боли, ни времени суток. Ничего. Пустота. Кромешная мгла окружила со всех сторон. Знакомые голоса рядом, не имеющие значения. Ничего больше не имело значения. И только с наступлением ночи сознание вдруг оживало и начинало сжирать от боли, рвущей на части, пробирающейся в каждую клеточку тела. Кларк кричала, умоляла, чтобы это прекратилось. Она раздирала на себе кожу, пытаясь избавиться от этой агонии. Но ничего не помогало и безжалостные пытки продолжались до самого утра. И тогда снова окутывала спасительная пустота.       Стая воронов кружила в небе. Падальщики, почувствовавшие гнилой запах смерти. И смерть на самом деле приближалась. Лекса чувствовала её всем своим существом. Кости ломило, заставляя её скрючиваться над землёй. Так же как и раздирающий грудь кашель, не дающий вздохнуть свободно. Сначала ей было холодно. Очень холодно, затем стало жарко, пот выступал на лбу. Тело трясло, но Лекса упорно оставалась стоять на месте. Там, где она уже вторую ночь стояла, иногда сидела на земле. Там, в тени дерева, напротив дома, куда ноги сами привели в первый вечер. Там, за окном, с которого Лекса не сводила глаз, была та, кому она причинила столько боли. Та, кто этого меньше всего заслужил. Прошло совсем немного времени и Лекса поняла, что обрекла их обеих. Все её надежды, что чувства Кларк остынут к тому времени, как болезнь отнимет у неё жизнь, испарились. Лекса почти сразу стала ощущать, как проваливается в пропасть, в ад, созданный собственными руками.       Несмотря на боль и слабость, она не могла противиться притяжению, возвращаться к дому Кларк. Только там, рядом с Кларк, она ощущала себя немного живой. Терпя дождь и холодный ветер, Лекса проводила час за часом, глядя в одно единственное окно. Лишь иногда возвращалась к машине, если сил стоять совсем не оставалось. Там она засыпала неспокойным сном на короткое время и после снова стояла в ночи, заглушая рукой рваный кашель, чтобы оставаться незамеченной.       Но сомнения не оставляли. Она не могла умереть и оставить Кларк в неведении. Кларк заслужила хотя бы после смерти узнать правду, о том, что она любила. Любила больше жизни и не предавала.

* * *

      — Кейлен! — ворвавшись в дом, Ария швырнула сумку и, перешагивая через три ступеньки, мигом поднялась на второй этаж.       — Ария! — из комнаты Кларк навстречу ей выскочила Кейтлин и кинулась в руки.       — Я здесь, Кей, — успокаивающе, старшая прижала к себе хлюпающую носом сестру. — Как она?       — Сама суди, — качая головой, Кей оторвалась от сестры и вернулась в комнату, куда следом за ней зашла Ария и застыла, с трудом скрывая ужас в глазах.       — Меня не было всего пару дней… — прохрипела Ария, глядя на то, что осталось от их до умопомрачения счастливой сестры, какой она её видела последний раз. Голубые глаза не светились жизнерадостностью. Стеклянный взгляд был направлен в никуда. Розовая кожа была болезненно серой. Шея и руки перевязаны.       Кларк полулежала на постели. Рядом сидела Хелен и буквально кормила сестру с ложечки.       — Кларк, открой рот, — нежно произнесла Хелен, и Кларк открыла. — Теперь закрой и проглоти. — Кларк снова сделала, как ей велели. После последовала ещё ложка и ещё одна. И Кларк, словно механическая бездушная кукла, повиновалась.       — Что?.. — Ария была в шоке от увиденного.       — Хорошо, Кларк, теперь ложись.       Хелен уложила сестру под одеяло и поднялась, обращая на старшую сестру обреченный взгляд.       — Такая она с тех пор, как объявилась на пороге дома. Я такого никогда не видела, — Хелен беспомощно развела руками. — Она безоговорочно делает, что мы ей говорим. Но ей приходится всё говорить, на самом деле, каждый шаг по- порядку…       — Мы даже в туалет её водим, — вздохнула Кей, устало садясь на постель. — Мне кажется, скажи ей кто-нибудь, чтобы она вышла в окно, она выйдет…       Ария осторожно подошла к постели и села рядом с Кларк.       — Что у неё с шеей и руками?       — Это случилось в первую ночь, — глухим голосом начала рассказывать Кейтлин. — Поздним вечером мы услышали крики, когда мы прибежали, она кричала и корчилась на постели словно её кто-то раздирает изнутри. Царапала на себе кожу. Мы удерживали, как могли. Так длилось до самого рассвета. Она то забывалась коротким сном, то просыпалась и снова кричала, плакала, пыталась навредить себе. Это было страшно. Мы побоялись, что такое снова случится, и Хелен достала на работе успокоительное.       — И не зря, прошлым вечером у неё опять был такой припадок, укол помог, — Хелен с видимым облегчением провела по волосам обеими руками.       — Почему только по вечерам?       — Мы не знаем, мы вообще ничего не знаем! Происходит чёрти что! — Ария могла понять вспышку Кей, она сама еле сдерживала себя, чтобы не взорваться.       — Кларк, — негромко позвала она, — посмотри на меня, — но Кларк не реагировала. — Кларк, поверни голову на мой голос, — вот тогда голова медленно повернулась, но взгляд продолжал смотреть сквозь. — Ты ведь понимаешь меня? — реакции не последовало, и Ария посмотрела на Хелен, стоящую за спиной.       — Она как будто живёт только на физическом уровне. На эмоциональном… — Хелен громко сглотнула, — словно и не живая вовсе.       — Вы можете глушить эмоции, но ведь вы можете действовать и в обратную сторону. Заставьте её! — не сдержалась Ария.       — Скажи ей, — услышала она полный боли голос Кей.       — Что? Что вы мне не говорите?       — Мы перестали её чувствовать.