Первобытные времена

После недолгой, томительной, для Джуди, паузы, она буквально выдавила из себя: — Ник, давай не будем об этом, пожалуйста, — крольчиха умоляюще посмотрела на лиса. — Прости, но мне все-таки придется настоять. — Ну. Я не знаю, что на меня нашло. Ник, ты мне правда очень дорог и я боюсь потерять тебя, но пойми я серьезно не хочу об этом сейчас говорить. — Хоппс виновато отвела взгляд от собеседника. — Давай лучше поскорей уйдем отсюда. Ты вообще знаешь, где мы? — Хорошо, но потом тебе придется объясниться. Я не знаю где мы, но я думаю, что смогу найти нашу нору по запаху голубики. Пойдём, — после этих слов лис попытался встать. У него это, конечно, получилось, но он еле-еле держался на лапах. Он пытался не подавать виду перед крольчихой, что ему тяжело, но боль взяла верх и он упал, не сделав и шага, — Ох! Прости, Морковка, но я не могу идти, я слишком сильно ранен. — Что же делать? — Джуди запаниковала. Она не знала, как ему помочь, — я могу тебе как-то помочь? — Вот-вот её глаза начнут наполняться слезами. — Да, ты можешь донести меня до дома, — он помолчал пару секунд, наблюдая за расширением глаз крольчихи, а затем убрал серьёзное выражение с морды и, ухмыльнувшись, добавил — да шучу я. До нашей норы, как я полагаю, мы сегодня не дойдем, поэтому предлагаю обустроить ночлег здесь. — Шутник, блин. — недовольно фыркнув ответила ему Джуди. — В джунглях? На месте, где мы чуть оба не погибли? Ты чего, головой ударился? — У тебя есть другой вариант? — Ээ… Н-нет. Видимо, ты прав. Придется нам копать нору тут. — Морковка прости, но тебе придется копать нам дом одной. Я не могу. Все тело болит. — Эх. Ничего страшного. — и принялась крольчиха рыть нору одна. Рыла она не сильно глубокую, ведь в ближайшее время они отсюда уйдут, да и одной ей тяжело долго копать.

***

Приблизительно через час нора была готова. Глубиной где-то в районе двух с половиной метров. Да, она маленькая, но они поместятся в ней. Будет тесно, конечно, но это на руку крольчихе, ведь она будет так близко прижата к лису, к его теплому меху. — Ник, я закончила! — Позвала его Джуди. — Хорошо. Сейчас приползу, — лис попытался встать. Болело меньше, поэтому ходить, а точнее ковылять, он мог, но с большим трудом. Пропустив Джуди первой, Ник залез следом. Уже начинало темнеть, но Джуди не спалось. Через пару часов стало совсем темно, а Джуди всё еще не могла уснуть. Она думала о Нике. Кто она для него? Друг? Она не хотела бы так думать, но, по-видимому, это было так. Но мы ведь не выбираем, в кого нам влюбляться. «Джуд, ты кролик, а он лис. Вы не можете быть вместе» — говорил ей внутренний голос. «Я понимаю… Но… Почему мир так суров?» — ответила она сама себе. Тут ей вспомнились слова Ника, которые он сказал тому маленькому оцелотику: «Я думаю, что ты понимаешь, кролики не могут любить лисов, а лисы — кроликов. Ведь они совсем разные!» От этих воспоминаний на глазах крольчихи навернулись слёзы, а затем она просто начала плакать не в силах сдержать себя. Её всхлипы услышал Ник. — Морковка, ты что, плачешь? — послышался сонный голос лиса. — Нет, Ник, что ты, — она пыталась сдерживаться, но получалось плохо. — всё нормально. — Так! А ну рассказывай, кто тебя обидел? Она не знала, что ему ответить, поэтому просто отвернулась. — Не забывай, что у меня есть ночное зрение, и я тебя отлично вижу. Ты чего плачешь? — Ответом было лишь молчание и тихое сопение. Она не хотела ему ничего рассказывать. — Морко-о-овка?! Можешь не притворяться спящей, я видел, что у тебя глаза были открыты. — Успокойся, Уайлд. У меня всё в порядке, — стараясь не всхлипывать и делать голос как можно злее, ответила ему Джуди. — Уайлд? Так-так. А чего это мы вдруг фамильничаем? — Опять пауза, которая на этот раз продолжалась довольно долго, секунд двадцать, — ладно, Хопс, не хочешь — не надо, — сказал Ник с акцентом на фамилию крольчихи, после чего закрыл глаза и уснул.

***

Утро выдалось, мягко говоря, не очень: шёл дождь, гудел сильный ветер, Нику, да и Джуди тоже, безумно хотелось есть. Они ведь не ели сутки. Первой проснулась крольчиха. Посмотрев на своего друга, она напугалась. Видимо питательные вещества начинали покидать его. Он исхудал, но пока не сильно. Джуди стала будить его. — Ник! Ник! Эй, Вставай! — Мммм, Морковка, можно ещё немного поспать? — умоляюще протянул лис и отвернулся от нее. — Ник, тебе нужно поесть! Желательно мяса. — не сдавалась крольчиха. — Да вставай же ты, спящая красавица! — Джуди ударила Ника лапой по плечу, но тот даже не пошевелился. Видимо кролики действительно очень слабые. — Я. Хочу. Спать. Я не пойду сейчас на охоту. Ты вообще погоду видела? — продолжая недовольно ворочаться, отвечал ей лис. — Ну ладно, ладно. Спи уже, так и быть. — окончательно сдалась Джуди. Вскоре дождь стих, и он пошёл охотиться. Перед тем как уйти, ушастая спросила: — Ник, помнишь? — Обещание? Конечно помню. Сегодняшняя охота выдалась более удачной, нежели в прошлый раз. Ему пришлось идти обратно в лес, так как окрестности джунглей он знал плохо, поэтому не хотел рисковать. Он поймал косулю, которая, видимо, была глухой и не слышала, как лис неосторожно крался по траве, и съел её прямо на месте. Но этого было мало и он пошёл искать добычу ещё. Найдя отбившуюся от стада корову и вдоволь насытившись вкусной говядиной, Ник довольный побрел обратно к Джуди. Придя в нору, Ник хотел задать подруге только два вопроса: когда будем возвращаться домой и, что случилось вчера вечером. Он решил начать с первого вопроса: — Когда пойдем домой? — Да хоть сейчас. — Прекрасно, но перед тем, как мы уйдем, хочу задать ещё один вопрос: что случилось вчера вечером? Почему ты плакала?