Тайные желания

- Кларк, ты в порядке? – Рейес потрепала меня за плечо. - Да. - Ага, конечно. – шумно выдохнула подруга, и приземлилась на скамью рядом со мной. – Кларк, я же вижу, что это не так. Ты знаешь, что я всегда готова выслушать тебя, подруга. Я не знала, стоит мне рассказывать Рейес о том, что мне поведал Данте, или все же не стоит. - Хорошо, - все же промямлила я. – Только не здесь… Дверь в главный зал распахнулась, являя нашему взору директора, стремительно идущего к преподавательскому столу. Его осанка, поведение, как я раньше не догадалась? Рейес тихо что-то говорила мне, но я не слышала. Все мое внимание было направлено на Блейка. Красивое лицо как обычно было серьезным, темно-карие глаза привлекали своим таинственным мерцанием. Наши взгляды встретились, лишь на мгновение, уголки его губ дернулись в намеке на улыбку. - Нам лучше идти. – шепнула я Рейес, поднимаясь со своего места. - Но… Не успела она договорить, как я потащила ее к выходу. - Гриффин, Рейес, - остановил нас ледяной тон директора. – Я попрошу вас остаться, как и всех остальных, с минуты на минуту прибудут делегации из Шармбатона и Дурмстранга. Не знаю, как долго бы я продолжала стоять, разглядывая его, если не вновь нахлынувшее чувство опасности, что я испытала совсем недавно, при разговоре с Данте. Хватит, хватит, хватит думать о нем. Хватит терзать себя по тому, кого никогда и не было. Только теперь, когда сердце перестало так отчаянно стучать об ребра, отдаваясь в ушах барабанной дробью, я услышала, как дверь позади нас распахнулась. Первой в зал вошла темноволосая женщина в строгом красном платье. За ней следом вошли еще человек пятнадцать-двадцать в мантиях из голубого шелка. - Привет! – помахала мне рукой брюнетка, проходя мимо. Я недоуменно смотрела в след удаляющейся брюнетке в светло-голубой юбочке и белой блузке. Ее лицо казалось мне знакомым. - Пошли. – шепнула Рейвен. Мы заняли свое место за столом Гриффиндора. - Рад приветствовать вас в Хогвартсе, Алия. – улыбнулся директор. Брюнетка сдержанно кивнула. - Кейн как всегда опаздывает? – оглядев зал, спросила Алия. - Ошибаешься, моя дорогая. Мы все разом повернулись ко входу. В дверях возвышался мужчина в черной меховой мантии. За ним виднелось несколько голов учеников Дурмстарнга. - Дорогой Маркус, рада снова видеть тебя, – мило улыбнулась Алия и чуть тише, но это все рано все слышали, добавила, - с густой шевелюрой. Маркус помрачнел, а Беллами попытался сдержать улыбку. - Прошу вас, - примирительно начал директор, - присаживайтесь за свои места. – и уже ко всем, — Официальное открытие Турнира состоится сразу же после ужина. Блейк опустился на свое место, по обе стороны от него присели Алия и Маркус. - Здесь не занято? – спросила девушка из Шармбатона, это была та самая брюнетка. - Нет, присаживайся. - Я Октавия. – представилась она. - Кларк, - я пожала протянутую мне руку. - Да, я знаю. – улыбнулась она. Только сейчас я вспомнила, где видела ее. Это была та самая девушка, с которой я встретилась в кабинете Беллами. Та, что так радостно бежала к нему со всех ног, та кого он обнимал так нежно. - Это Рейвен, - представила я подругу. Рейес сдержанно улыбнулась и махнула рукой. — Торжественный миг приблизился, господа. – спустя полчаса, говорил директор — Турнир Трех Волшебников вот-вот будет открыт. Я хотел бы коротко объяснить правила нынешнего Турнира. Как известно, участвуют три чемпиона, по одному от каждой школы-участницы. Их будут оценивать по тому, как они справились с очередным состязанием. Чемпион, набравший во всех турах самое большое число баллов, становится победителем. Участников Турнира отбирает из школьных команд беспристрастный выборщик — Кубок огня. При его последних словах, перед преподавательским столом материализовался большой, покрытый грубой резьбой деревянный Кубок. Ничего примечательного — не будь он до краев наполнен пляшущими синеватыми языками пламени. — Желающие участвовать в конкурсе на звание чемпиона должны разборчиво написать свое имя и название школы на куске пергамента и опустить его в Кубок. Им на размышление дается один день. Кубок будет выставлен в холле. И завтра вечером выбросит с языками пламени имена чемпионов, которые примут участие в Турнире Трех Волшебников. Кубок на всю ночь останется в холле и будет доступен всем, кто хочет участвовать в Турнире. К участию в Турнире будут допущены только те, кто достиг двадцати лет. Всем, кто младше указанного возраста, участвовать запрещено, я лично прослежу за этим, и накажу ели таковы объявятся. И последнее: желающие участвовать в конкурсе, примите к сведению — для избранных в чемпионы обратного хода нет. Чемпион будет обязан пройти Турнир до конца. Бросив свое имя в Кубок, вы заключаете с ним магический контракт, который нарушить нельзя. Поэтому хорошенько подумайте, действительно ли вы хотите участвовать в Турнире. А теперь все свободны. - Обидно. – выходя из зала прошептала Рейвен. - А оно тебе надо? – все же спросила я. Рейес не нашлась, что ответить, лишь зло засопела и ускорила шаг. - Опять поссорились? – дернула меня за рукав Майя. - Да ничего, все нормально. – улыбнулась я. – попсихует и успокоится. - Ну да, это же Рейес. – улыбнулась Майя. – Как твои руки? - Заживают. - Это хорошо. – задумчиво пробормотала она. ***** - Кларк, - сквозь сладкую дерму я почувствовала теплое прикосновение к щеке. Что-то теплое разлилось по всему телу, словно приятная истома и легкое удовлетворение от желания. Я насторожилась. Открыла глаза. Беллами сидел на краю моей кровати, приобнимая меня одной рукой. Я вздрогнула и попыталась отстранится. - Профессор? – смущенно прошептала, натягивая на себя одеяло. - Ты до сих пор в этой комнате. – недовольно констатировал он, взирая на не до конца отмытое пятно. – Я распоряжусь, чтобы сегодня твои вещи были доставлены в другую комнату. - Я знаю кто вы. Его брови приподнялись в удивлении. - Данталион.- догадался он. Кивнула. - Кларк, - мягко начал он, - я не хочу, чтобы ты пострадала. Я еще не установил личность покушавшегося на тебя волшебника. И хочу предложить тебе кое-что. Я заинтересованно посмотрела на него. - И что же? Его рука легла поверх моей, пальцы нежно поглаживали ладонь. Сейчас во мне боролись два чувства: счастье и разочарование. - Ты слаба физически, я могу помочь с этим. Стать твоим наставником. Тренировать тебя. На мгновение время остановилось. Я просто не могла поверить в услышанное. Сам Блейк будет тренировать меня?! Моей радости не было предела, я и сама хотела научиться чему-то другому, но… - Мне кажется, ваша девушка не оценит этого. Беллами замер. Недоуменно уставился на меня. - Кто? - Октавия. Лицо Беллами исказила довольная улыбка. Он наклонился ко мне совсем близко, так что я могла чувствовать его дыхание. - Ревнуешь? – совсем тихо. - Еще чего, - я порадовалась тому, что мой голос не дрогнул. Он лишь усмехнулся. Тут я вспомнила о вчерашнем рассказе Данталиона. Правда ли, что у всего наследного рода, на плече есть метка? Любопытство завладело мною, и я, не обращая внимания на страх, потянулась к пуговицам на рубашке Блейка. Он вновь замер, наблюдая за моими действиями. Первая пуговица поддалась быстро, а вот дальше стало сложнее. Руки мелко дрожали и пальцы не слушались. - Кларк, что ты… - Тссс… - прошептала я. Расстегнув рубашку до половины, я обнажила его грудь и замерла. Сердце гулко стучало. - Повернись, - все же выговорила я. Мне стало страшно смотреть ему в лицо, поэтому, не дожидаясь ответа, я сама повернула его. Метка действительно была. Она казалась обычной татуировкой в виде черного дракона на левом плече. Завороженно глядя на дракона, я прикоснулась пальцами к матке. - Данталион говорил о метках, свидетельствующих о наследной крови, но он сказал, что это лишь предположение… Я едва успела договорить, как оказалась скинутой на кровать, а надо мной навис Беллами. Глаза его только сейчас стали принимать обычную нормальную форму и чернота сузилась до состояния зрачков. Я оказалась статично прижата со всех боков. Я ощутила себя загнанным кроликом. - Еще раз ты так сделаешь, и я не ручаюсь за то, что потом последует, тебе ясно? Я испуганно кивнула. Я чувствовала лишь его ярость и гнев. Но вот он впился в мои губы жестким требовательным поцелуем. Это был знак того, что он выказывает власть. Я лишь подчинилась. Затем я поняла, что уже не так скованна, я вытянула руки и обняла его за шею. Ярость переросла в страсть. Но вдруг, Беллами резко отстранился. Его дыхание сбилось, волосы взлохматились, глаза сверкали притягивающей темнотой. - Подумай над моим предложением. Ужин, казалось, никогда не кончится. Может, потому, что праздник длился второй день. И не я одна, все вокруг ерзали на стульях, тянули шеи, вставали на ноги, всеми овладело нетерпение: скоро ли директор завершит трапезу? Кто будет Тремя Волшебниками? Наконец золотые тарелки засияли первозданной чистотой. Зал шумел, гудел и вдруг смолк — Беллами поднялся с места. Сидящие по обе стороны от него профессор Кейн и профессор Серра замерли в напряженном ожидании. — Кубок огня вот-вот примет решение, — начал Блейк. — Думаю, ему требуется еще минута. Когда имена чемпионов станут известны, попрошу их подойти к столу и проследовать в комнату, примыкающую к залу. — Он указал на дверь позади профессорского стола. — Там они получат инструкции к первому туру состязаний. Пламя вдруг налилось красным, взметнулся столп искр, и из Кубка выскочил обгоревший кусок пергамента. Зал замер. Беллами, протянув руку, подхватил пергамент, освещенный огнем, опять синевато-белым, и громким, отчетливым голосом прочитал: — «Чемпион Дурмстранга — Джон Мёрфи». Зал содрогнулся от грохота аплодисментов и восторженных криков. Джон Мёрфи поднялся с места и, ссутулив плечи, вразвалку двинулся к Блейку, повернул направо и, миновав профессорский стол, исчез в соседней комнате. Постепенно шум в зале стих, внимание всех опять приковано к Кубку. Пламя вновь покраснело, и Кубок выстрелил еще одним куском пергамента. — «Чемпион Шармбатона — Октавия Блейк!» — возвестил Беллами. Все, замерев в немом шоке, смотрели на девушку. Она легко поднялась со стула и летящей походкой прошла между столов Гриффиндора и Пуффендуя. По столам прошелся рокот. Все обсуждали неизвестную, до сегодняшнего вечера сестру Блейка. А мне все казалось странным, на вид девушке можно было дать лет семнадцать, не больше, но, тем не менее, кубок выбрал ее, и директор допустил ее до участия в турнире. Я взглянула на Беллами. На его лице все та же непроницаемая ледяная маска. Интересно, его сестра участвует в смертельном турнире, а он не переживает. Все опять повторилось. Огонь покраснел, посыпались искры. Из Кубка вылетел третий кусок пергамента. Блейк поймал его и прочитал: — «Чемпион Хогвартса — Лекса Андерсон!». Взорвался криками стол Слизерина. Все до единого слицеринцы вскочили на ноги, топали, вопили до хрипоты, приветствуя идущею к профессорскому столу Лексу. Аплодисменты не смолкали долго. Беллами стоял и ждал; вот, наконец, зал угомонился, и он, начал вступительную речь: — Превосходно! Мы теперь знаем имена чемпионов. Я уверен, что могу положиться на всех вас, включая учеников Шармбатона и Дурмстранга. Ваш долг — оказать всемерную поддержку друзьям, которым выпало защищать честь ваших школ. Поддерживая своих чемпионов, вы внесете поистине неоценимый вклад... Беллами внезапно остановился, и все сразу поняли почему. Кубок огня вдруг покраснел. Посыпались искры. В воздух взметнулось пламя и выбросило еще один пергамент. Директор не раздумывая протянул руку и схватил его. Поднес к огню и воззрился на имя. Повисла длинная пауза. Беллами смотрел на пергамент, весь зал смотрел на него. Наконец он кашлянул и прочитал: — «Кларк Гриффин».