Невилл и все, все, все

Наконец, СТУПА пошла на снижение и мягко приземлилась на большую поляну, рядом с чуднЫм строением в виде бревенчатого домика, водруженного на громадные куриные ноги. Строение испуганно пустилось наутек, но чей-то грозный окрик заставил домик замереть на месте. Тем временем СТУПА открылась, и пассажиры потянулись к выходу. Первыми оттуда выскочили домовики, которых хозяева решили не оставлять в пустых домах. Они шальными глазами оглядели густой лес, окружающий зеленую лужайку размером с два футбольных поля, и, восторженно попискивая, повалились в траву, обнимая землю ручонками. Хозяева, выходящие следом, с удивлением заметили, что домовики стали стремительно молодеть. — Это Лукоморье, ваши малыши ведут себя так странно потому, что почувствовали место силы. Но, чтобы с непривычки не окосели, надо их в избу отправить, — сказала страшная, косматая, почти беззубая старуха, встречавшая гостей на полянке. Впрочем, старость ничуть не помешала старухе в одно мгновенье очутиться около СТУПы. — Ух, ты! — Дадли толкнул локтем брата. — Баба Яга! Настоящая! — С костяной ногой! — вторил ему тот, во все глаза разглядывая родственницу, о которой им не раз рассказывала бабушка Делла. — Повезло нам ее такой увидеть, она редко превращается! А тем временем Баба Яга продолжала командовать: — Нафаня! Пока малыши силой переполнены, вложи им в головы знание нашего языка — усвоят мигом. А потом покажи им, где они теперь проживать будут. Ну и уши у них, прямо как у кроликов, — и она удивленно покачала головой. — Здравствуй, тетя! — Василиса подбежала к Бабе Яге и кинулась обниматься. — Встречай гостей, только прими нормальный вид, а то мои друзья испугались, увидев твою костяную ногу и торчащие зубы! — Ой, — мгновение, и на месте жуткой старухи оказалась красивая женщина средних лет, одетая в старомодный сарафан, — мы с Лешим утром браконьеров гоняли, приняла такой вид, чтобы сильнее запугать, да забыла назад превратиться. А я как знала, что гости пожалуют: велела Нафане самому обед не затевать, а скатерку приготовить. — Жив дедушка Нафаня, — обрадовался Кузя и кинулся к Делле, — давай, неси лапоток скорее, я домой вернулся… — Кузя, — окликнула его Василиса, — ну какой лапоток? Это же твоя изба родная, а не чужой дом. Шагай к дедушке здороваться, да передай ему, что гости пожаловали… — Делла! — узнала Наина гостью и не поверила своим глазам. — Это и вправду ты? А где Аленушка? В Англии осталась? — Нет больше Аленушки, — сурово нахмурив брови, ответила Делла, — внук есть, сын Аленушкин и приемная дочь есть, Петунья, за эти годы мы с ней столько пережили! Пойдем, я тебя со своими внуками и остальными детьми познакомлю. Она подвела Наину к притихшим мальчишкам: — Это Дадли, — толстенький мальчишка благовоспитанно наклонил голову, — родной сын Петуньи, любитель подраться и поесть. А вот этот черноволосый лохматик — Гарри, сын Аленушки, бессовестный проказник, который умеет после очередной каверзы делать круглые невинные глазки. Вот этот «малыш», — она указала на рослого паренька, у которого от смущения заполыхали ярким румянцем щеки, — Невилл, между собой, мы называем его Вилли. Василиса, после превращения в жабу и перемещения во времени, очутилась в пруду возле его дома, ее нашел дядя Вилли, и подарил племяннику. Все годы Лисса проживала у Невилла, занималась его обучением и очень к нему привязалась. На его застенчивый вид внимания не обращай: он хитрец и озорник. А вот этот светленький мальчуган — Драко, он слегка обидчив и высокомерен, и обожает копировать своего отца. Дети уже успели подружиться и прекрасно ладят между собой, что не мешает им ссориться по сорок раз на дню. А твоя племянница Василиса… —Да знаю я эту историю с превращением в лягушку, и о ссоре Василисы с отцом знаю, — сказала Наина, — но вмешиваться не стану: двое ругаются — третий лишний, сами разберутся... Пойдем-ка лучше с остальными гостями знакомиться, да и успокоить кое-кого не мешает … вот, посмотри на эту волшебницу… — Не преувеличивай, — влезла в разговор Василиса, — гости почти все делом заняты, им пугаться некогда. А перепуганной волшебницей займись сама, ее страх быстро пропадет. Перепуганной волшебницей была Нарцисса. Она никогда не видела такого страшного леса и такого странного строения, напоминавшего пресловутую «Нору» Уизли, так что она остановилась недалеко от СТУПы, и наморщив хорошенький носик, брезгливо разглядывала избушку, переступающую от смущения с ноги на ногу. Остальным гостям пугаться было некогда: Антонин деловито левитировал больных, аккуратно расставляя их кровати около СТУПы, Августа помогала устраивать их поудобнее, а Вальпурга успокаивала растерянную племянницу, которая никак не могла сообразить, сон это или явь. — Знакомство может подождать, — решила Наина, — сначала отправим больных в дом. -Это же место силы, сама сказала, — возразила Делла, — больным будет полезно поспать здесь, на свежем воздухе. А ты успокой нашу приятельницу, я знаю, как хорошо ты умеешь это делать. Нарцисса не только испугалась, ей пришлось оставить мужа в окружении врагов. — А своего мужа увидеть не хочешь? — вкрадчиво спросила Наина, — столько лет в разлуке… — И видеть его не желаю, — ледяным тоном отрезала Делла, — и слышать о нем не хочу! И как додумался до такого жестокого наказания! Уму непостижимо: заколдовать дочь и забросить в чужое время! — Это ты зря, — прищурилась Наина, — за дочку он очень переживал, да и по тебе, сколько лет убивался… — Что значит, «убивался»? —маска равнодушия осыпалась, показав лицо разгневанной женщины. — Успел забыть? Замену мне нашел? — Там такая загадочная история, — махнула рукой Наина, — что ни в сказке сказать, ни пером описать. Расскажу, когда от дел освобожусь. А сейчас беги, помогай Василисе, а я пойду утешать вашу Снежную королеву. — с этими словами Наина направилась к Нарциссе, в гордом одиночестве стоящей недалеко от СТУПы. — Ну, красавица, давай знакомиться. Я Наина, сестра Кощея, и тетя вот этой супротивной девчонки, — она кивком головы указала на Василису, которая в этот момент одним движением руки отлевитировала Сириуса из СТУПы на лужайку, а следом за ним отправила туда же Люпина. — Очень приятно, благодарю за гостеприимство. Я — Нарцисса Малфой. Вон тот светловолосый мальчик — мой сын Драко. — А о чем ты так печалишься, Нарцисса? — Наина спросила так участливо, что леди Малфой сразу почувствовала доброту и искренность этой женщины. — Мы скрылись, позорно сбежали от опасности, а муж остался, — ответила она, — вот и не могу успокоиться, только и крутится в голове одна мысль: как там он… — За мужа не переживай раньше времени, — сказала Наина, — все образуется. Я умею грядущее чувствовать, все будет в порядке. Ободряющие слова подействовали, и Нарциссе стало значительно легче. А Наина весело продолжала: — Только думаю, у тебя на душе кошки скребут не только по этой причине: может быть, тебя наша избушка испугала? — Ну, — нервно передернула плечами Нарцисса, — конечно, мне страшновато: огромные, когтистые, живые ноги, так и кажется, что они сейчас тебя схватят. Я теперь и за сына беспокоюсь: кто знает, на что способна такая страшная избушка, а он — любитель приключений. — Заброшенную кем-то избушку братец мой нашел, оживил ради шутки, наколдовал ей куриные ноги. Мне она понравилась, и приспособила я избушку под гостиницу: мало ли кого застанет ночь в пути, тайга все-таки, не такой лес, как в Англии. Чужаков ей изгонять без надобности: Лукоморье место волшебное, сюда простому человеку без сопровождения волшебника ходу нет. А уж детей в избушке столько перебывало с древних времен! Когда у простых людей волшебное дитя появлялось, не всегда родители такого ребенка принимали. Вот и приходилось его забирать сюда, в Лукоморье. Здесь он жил, пока на ноги не становился. Так что не волнуйся, на избушку специальные чары наложены: она не может зла причинить ни детям, ни волшебникам. — А еще тут волшебные звери на свободе… — Ручные они, увидишь — не пугайся, — терпеливо объясняла Наина, — у них хозяин есть, он за ними приглядывает. Он сейчас здесь, среди деревьев прячется. Леший! — позвала она. — Я тебя заметила, выходи. Дети тоже заметили странного человека, который был ростом с самое высокое дерево, но чем ближе он подходил к людям, тем меньше становился, и, наконец, стал ниже травы, укрывшись ею с головой. — Ты бы еще, по старой привычке, похохотал, поаукал, посвистел, или поплакал, — осуждающе сказала Наина, — прекращай свои шутки, и познакомься с моими гостями: среди них есть и обычные люди, не стоит их обижать и подшучивать над ними. И зверье свое предупреди, чтоб гостей не напугали. — Ну, будем знакомы, — сказал внезапно появившийся из травы дух, принявший образ человека, и отличающийся от людей лишь тем, что вместо волос на голове его росла длинная, густая, зеленая трава. — Гости Наины — мои гости. Шутить, стало быть, над вами не стану, гостите спокойно. Как звать вас, я уже прознал: лесной владыка тоже способен творить колдовство. Да, прямо щас познакомлю всех с моим зверем, чтобы обнюхал и признал вас, — и Леший показал рукой на огненного пса, который с упоением гонялся за облаками. Догнав облако, пес разевал пасть, и оно начинало медленно таять, превращаясь в теплый дождик. — Рыжик у меня ученый, приучен по сигналу на землю опускаться, — добавил Леший и громко свистнул. Дурсли и Долохов, привлеченные свистом, заметили приближающегося к полянке громадного, объятого пламенем, крылатого пса размером с хорошего медведя, и помчались спасать детей. Летучий пес приземлился в центре поляны, недалеко от того места, где стояли мальчишки. Леди Малфой замерла от ужаса, поняв, что огненный пес находится совсем рядом с Драко. — Не бойся, Нарцисса, — сказал Леший, — Рыжик — славный пес, и он очень любит детей. А пламенем он пышет только в случае опасности, да когда за тучами гоняется. Сейчас пламя погаснет… — Ничего себе песик, — удивился Дадли, — разве бывают собаки с крыльями? — Это симаргл, волшебный крылатый пес, мой верный друг и помощник, — пожал плечами Леший, — он умеет вызывать дождь. А хотите, он вас покатает? — Нет, — рванулась к сыну Нарцисса, — Драко, я запрещаю! — Ну, мам, — заныл Драко, — ну пожалуйста… А двоюродные братья и Невилл уже направлялись к симарглу, довольному суматохой, поднятой вокруг него: — А втроем можно? — Залезайте, он и четверых выдержит, — развеселился Леший, глядя на крылатую собаку, которая радостно скалилась от предвкушения полета с детьми. — Огнем не пользуйся, да летай аккуратно, — предупредил пса Леший, и задумался, — а может, их привязать, чтоб не упали? — Да что я, дурак? — обиделся симаргл, — покатаю ак-ку-рат-но и не обожгу, — слово «аккуратно» он выговорил с видимым трудом… — Говорящий пес из пламени, — ахнула Петунья, — никогда бы не поверила, что такое возможно… — Ма-ам, — Драко заныл еще жалобнее, видя, что Невилл тоже решительно шагает к летучему псу. — Все идут на нем кататься, только мне нельзя… — Иди, — сдалась Нарцисса, — только держись крепче, а то упадешь! Да не обожгись! Дождавшись, когда дети устроятся поудобнее и приказав им держаться за шерсть, которую дети просто намотали на руки, Леший приказал симарглу: — Дальше поляны не улетать и к Горынычу не приставать, дай ему хоть раз спокойно поохотиться. И не забывай… — Знаю, знаю, — проворчал летучий пес, — ЭТОЖЕДЕТИ! — и, расправив крылья, взмыл в небо. Мальчишки восторженно визжали, наслаждаясь экзотическим полетом. Сделав несколько кругов, симаргл пошел на посадку. — Обычных птиц я предупредил, — тем временем информировал гостей Леший. — Гаганы и грифы здесь не появятся без моего разрешения, Жар-птицы поближе к Хозяйке Медной Горы перебрались, Леснь-птице и Сирин запрещу завораживать гостей пением, а Финиста я и сам давным-давно не видывал, да и не опасен он людям. Ну а если Кагана кто повстречает, так это хорошо: он счастье приносит. Теперь о зверях: Горгонии давным-давно в теплые страны переселились, Василиски ушли в пещеры, подальше от людей, чтоб петухи им не вредили, Ламий мы с Кощеем повыбили. Остался Горыныч, но он далеко в горах обитает, сюда не показывается. Уж больно он на людишек обижен: сами лезут в драку, головы ему отрубают, а того им в башку не приходит, что у него на месте одной головы две вырастают — он же Лернейской Гидре троюродным внуком приходится — и корми потом лишние головы. Как отросло у Горыныча шесть голов, так он и сбежал в высокие горы, а сюда прилетает только поохотиться. Если в колодце или в ведре с водой увидите что-нибудь необычное — не пугайтесь, это водяной так шутит. Русалки вас не тронут, моих гостей и гостей Наины они обидеть не посмеют. Привычка у них дурная: любят ночью на ветках деревьев качаться, — пояснил он присутствующим, — свесят рыбьи хвосты и людей распугивают, забавницы мокрохвостые. А Лихо Одноглазое еще лет десять назад сбежало поближе к Лысой горе. Да, забыл сказать: ядовитые ягодные кусты я колючками утыкаю, чтоб не отравился кто ненароком. Ну, прощевайте пока, — и Леший исчез вместе с симарглом. — А еще в русских сказках бывают богатырские кони, — мечтательно сказал Невилл, — вот бы на них посмотреть! Богатырский конь — он такой: может скакать на огромные расстояния, говорить человеческим голосом и вовремя предупреждать хозяина об опасности, спасая его от гибели. —Лукоморье со всех сторон лесами окружено, а богатырские кони скакать по лесу не любят: попробуй, проберись через деревья и кусты, — ответила Василиса, незаметно примкнувшая к стоявшим. — В Малахитовом дворце есть такие красавцы у отца в конюшне, так что увидишь, это я тебе обещаю. — А когда? —поинтересовался Драко. — Как здесь дела закончу, так и отправимся во дворец. — А какие дела? — теперь заинтересовались остальные дети… — Ну, — задумалась Василиса, — запас живой и мертвой воды сделать, перьев у Жар-птиц набрать, чтоб освещение обновить в избушке, молодильных яблок добыть в подарок названой сестрице и зятю... Много дел. — А помощники тебе не нужны? — дети смотрели на волшебницу горящими глазами. — Там видно будет, может, и возьму помощников… Да вы не волнуйтесь, скучать вам будет некогда, — сказала Василиса, посмотрев на унылые мордашки и догадавшись, чего боятся дети, — жизнь в Лукоморье — это сплошные приключения! — Ну, что, пошли в дом? — предложила Наина.— Давайте я вас избушке покажу, чтобы каждого из вас запомнила. Гости подошли к Избушке На Курьих Ножках, которая мигом повернулась к лесу задом, к людям передом, и вдруг перед ними появилась лесенка, приглашая пройти в дом. Дети шагнули на ступеньки, которые неожиданно начали поднимать их вверх… — Как эскалатор в супермаркете, — шепнул Гарри брату, — помнишь, мы на такой катались, когда ездили с родителями в Лондон? Наина, странным образом оказавшаяся в дверях раньше всех, встречала гостей у входа. — Возможно ль! Ах, Наина, ты ли! — процитировал классика Долохов, звучно поцеловав волшебницу. — Давай поздороваемся, наконец, а то все какая-то суматоха: то одно навалилось, то другое… итак, сколько, лет мы не виделись? — Дай подумать… с сорок восьмого, кажется. Как Кощей тебя с собой в Англию забрал, так с тех пор и не виделись. Ладно, будет время поговорить, давай гостей расселять. — А в какую половину поселить решила, — ухмыльнулся Антонин, — для дорогих гостей или для незваных? — Хоть и незваные, но дорогие! — улыбаясь, ответила Наина.- Надеюсь, жилье гостям понравится, — избушка умеет угождать…