Он просто любит

Обычный летний вечер. Нанами очень любит это время года, когда тепло не только на душе, но и на улице. Когда можно сходить с друзьями на пляж и не волноваться о школе, ведь в летние каникулы можно спать дольше. Нанами любит лазурный цвет, а ещё терпеть не может грибы шитаки, не только это, а ещё и многое другое знал о своей, теперь уже, хозяйке Мизуки. Зачем он заключил контракт с этим недобогом? Богом-человеком, который ещё не в силах защитить себя самостоятельно; Бог который обременён людскими обязательствами, как, к примеру, школа или бездарный и не нужный поход по магазинам? Капризная, наглая, да что там говорить - глупая девушка! На кой чёрт она сдалась мудрому демону-змею? Сила? Безграничная власть. Ведь если обычный демон находит себе хозяина и заключает с ним контракт, он получает силу, о которой даже не подозревал; силу достойную Бога. Нет. Дом? Демон, живший в иллюзии, живший воспоминаниями, захотел вновь найти себе новое пристанище, обзавестись домом и «семьёй»? Нет. Он просто её любит. Это судьба сильных и стойких мужчин, великих демонов - влюбляться в девушек, которые скрасили их жизнь, добавили в их душу капельку света, в которой они нуждались. А ведь Мизуки нуждался. Такой светлый снаружи и такой тёмный внутри. А эта девушка его спасла. Такого сильного, такого гордого, такого хитрого. - Нанами… Он часто шептал её имя в тишине. Сжимал мягкий футон и думал о ней. С упоением представлял её губы, лицо, улыбку, руки, шею. Так хотелось её прижать к себе, так хотелось обнять крепко-крепко, но постоянно что-то держало. Словно она отдала приказ: «Держи дистанцию». И он держал, чисто подсознательно с того самого момента, когда заключил с ней контракт. Он добрался до рая всего за несколько секунд в тот самый момент, когда их губы слились, и сердце стучало слишком быстро. - Нанами-чан, я тебя люблю. Махнув длинными белыми, словно снег ресницами демон-змей поднялся на ноги и, не потрудившись выйти через дверь, выпорхнул в окно, оказавшись у заднего дворика. Была ночь. Тёплая ночь. Он пришёл сюда, чтобы решить, что же ему делать дальше. Сможет ли он жить, смотря на эту девушку каждую минуту, и довольствоваться этим. Сможет ли он подавлять ревность к лису? Она стояла у колодца и глядела в него с интересом, будто увидела что-то неописуемо красивое. - Госпожа, Вам не спится? – наигранно весёлым голосом, подходя к возлюбленной, прошипел змей. Резко отпрянув от колодца и встревоженно обернувшись, девушка с облегчением вздохнула: - Ох, Мизуки, ты меня напугал. А он молчал и просто смотрел. Хотя… Нет, он не смотрел, он любовался. Щёки чуть порозовели, а глупая до невозможности улыбка расползлась по всему лицу. Девушка, не выдержав такого пристального взгляда, отвела свои карие очи и неуверенно пробубнила: - Мизуки… Так ты что-то хотел? Хранитель Бога земли вернулся в реальность, улыбка слетела с лица и, сделав медленный, плавный шаг вперёд, пепельный блондин, наконец, заговорил: - Нанами, Ты знаешь, что я чувствую к тебе? Девушка, конечно же, была ошеломлена такими разговорами. Сердце её жаждало любви, пусть не от демона змея, но то, что от демона – точно. - Ты.. – голос звучал неуверенно и ломано, щёки у девушки покраснели, как спелые помидоры, но она договорила, - Влюблён в меня? - Нет, - вполне серьёзно и резко отчеканил Мизуки, от чего кареглазка пришла в полный ступор, щёки заалели ещё больше, теперь краснота перешла и на уши, а демон улыбнулся, не скрывая своего ехидства. Воспользовавшись замешательством девушки, тот сделал ещё один шаг вперёд, прижав девушку к колодцу и, наконец, вновь почувствовав этот сладкий аромат сакуры от волос, ёкай, не боясь, приобнял свою хозяйку за талию, а другой рукой мягко приблизил её подбородок к себе. - Я в тебя не влюблён, я тебя люблю. Честно, искренне, по-настоящему, Нанами... Сказав это, змей извиняюще взглянул на девушку, та была смущена и удивлена одновременно, кажется, ещё минута и она взорвётся от негодования и злости. - Давай заключим с тобой ещё один контракт. После этих слов их губы соединились, это было не так, как тогда, когда её жизни угрожала опасность, а ему требовалась помощь, дабы спасти ситуацию, да и девушка была сейчас в здравом уме и твёрдой памяти, и сегодня от неё пахло не солью, а сакурой. Он старался растянуть момент поцелуя как можно дольше, попытаться подгадать момент, когда богиня начнёт упираться и отпустит, но она была спокойна: растаяла в руках, поддалась эмоциям в руках своего смиренного хранителя. Поцелуй стал глубже. Объятья стали грубее, наконец, он ощутил талию девушки, скрытую за её мешковатой одеждой, наконец, он чувствует её ритм сердца. Услышав сладкий стон из губ любимой, тот поспешил прекратить всё, что сейчас происходит, ведь змеи не такие стойкие, как чёртовы лисы и могут не устоять от такой близости. Когда поцелуй закончился, девушка была в состоянии «Держите меня семеро, я пушинка» красная, как рак, обмякшая, как двадцатипроцентная сметана. Донеся это притворяющееся в отключке тело до её комнаты, Мизуки направился к выходу. - Стоять! Это был голос его госпожи. Кажется, она кое-что поняла. - Зачем ты всё это сделал? Говори мне и не смей врать, Мизуки! - Я хотел уйти со спокойной душой, не жалея о том, что не сделал этого. Молчание. Шорох одеяла. Тонкие ручки обвили талию пепельного блондина. - Как ты посмел подумать об уходе? Ты ведь… Ты ведь мой хранитель. Тебе ведь нельзя уходить, так? Кажется, она начала плакать. Голос дрожит, а пальчики сжимают Юкату. - Если Вы прикажите, то я останусь. Я ведь не могу не послушать свою любимую госпожу, какой тогда из меня ёкай? - Останься, – словно проверяя на правдивость слова змея, буркнула девушка. - Хорошо, моя госпожа, я останусь. Она отступает назад, а Мизуки вновь спускается с небес на землю. Это всё закончилось быстро. « Мизуки, как ты мог подумать об уходе!?» - крутится в голове у обоих. - Я… - Нарушая неловкую паузу, девушка запинается, не зная, что сказать, но хранитель приходит на помощь. - Просто знай, что я люблю и буду тебя любить до потери пульса, я буду тем, кто тебя защитит ценою жизни и успокоит тебя в любое время суток. Просто знай это, моя госпожа. Улыбнувшись, тот разворачивается и уходит к себе в комнату, оставляя юную девушку саму с собой, предоставляя выбор. Быть богиней для одного. Или заключённой для другого.