Часть 1
13 января 2017 г., 00:08
— «Тысячи флейт», — прочел Аоба на обложке. На немецком он до сих пор читал медленно и неуверенно, хотя регулярные занятия с Нойзом давали о себе знать. Честно говоря, немецкий Аоба предпочел бы учить самостоятельно или с репетитором, лично в нем не заинтересованном, но Нойз был непреклонен. — Что это за книга?
— Германо-скандинавская мифология, — ответил Нойз, развязывая галстук.
Аоба искренне удивлялся, как это Нойзу удается так легко управляться с галстуками. Сам он никак не мог привыкнуть. Нойз говорил, что ему и привыкать не следует, что он может не работать. Он был прав: пособие по безработице в Германии составляло астрономическую, по меркам Аобы, сумму, да и сам Нойз был парнем далеко не бедным.
Но сидеть на шее у чужого государства, а тем паче любимого человека, Аобе не хотелось. В конце концов, у него была гордость.
— А почему такое странное название? — Аоба нахмурился, пытаясь вспомнить все, что знал о германо-скандинавской мифологии. Вроде бы о флейтах там нигде не упоминалось.
— Чтобы лучше продавалось, — объяснил Нойз без единой запинки. — Принципы маркетинга. Это же книга для иностранцев, чем звучнее название — тем лучше.
Аоба посмотрел на него с сомнением:
— Что-то мне подсказывает: это не шибко увлекательное чтение.
— Зато на нем ты освоишь язык куда быстрее, чем тебе кажется. Заодно и скандинавские названия запомнишь. Может, прочитаешь когда-нибудь «Старшую Эдду» в оригинале, — Нойз определенно насмехался. Потом в его глазах появился блеск, которого Аоба в данный момент предпочел бы не заметить: — По этой Эдде есть опера в четырех действиях. По части Эдды, вроде как.
— Опера? — Аоба ничего не понимал. Нойз раньше не особенно интересовался музыкой, если кого и можно было назвать меломаном из них двоих, так это Аобу.
— «Кольцо нибелунгов», — Нойз даже вспомнил название. — На эту оперу ходят четыре вечера.
— Тебе… нравится опера? — поинтересовался Аоба осторожно.
Нойз зашвырнул галстук куда-то за спину.
— Ты только представь, — сказал он медленно и с напускным равнодушием, — театр. Музыка. Голоса. В зрительном зале темно. У нас — отдельная ложа… Выкупим все билеты. И в ритме музыки…
— Все, хватит, — торопливо перебил Аоба. Щеки покраснели так, будто их кипятком ошпарили — Аоба прекрасно это чувствовал. — Никакой оперы, никакого ритма музыки, никакого секса в общественных местах.
— Скучно, — заключил Нойз и вправду поскучнел. И отвернулся.
Аоба счел за лучшее его не утешать.
…Через пару недель Аобу ожидала расплата.
Ему удалось устроиться на работу в оперный театр. Билетером.
Разумеется, в театре немедленно появился Нойз, и ритма музыки избежать не удалось.
Но это уже другая история.
