Охотник

      Среди просторов Эквестрийской Пустоши, под завывание слабого и прохладного ветра, а именно среди развалин одного довоенного скромного городишки, шла одинокая фигура синей единорожки. Взгляд молодой кобылы был перепуган, она с опаской и долей отвращения рассматривала окрестности. От всеобщей разрухи вокруг её хватал озноб, а от каждого шороха или слабого звука она чуть ли не подпрыгивала от испуга и едва не пряталась за мусорной урной или почтовым ящиком.       Эта неизвестная пони была одета в синий комбинезон, характерный для каждого жителя Стойла. На передней левой ноге красовался новенький Пип-Бак, а при себе она имела лишь десятимиллиметровый пистолет и пачку патронов к нему. Она не покидала родное Стойло Одиннадцать по собственному желанию... её выпнули оттуда по той причине, что она единственный, у кого есть хоть какие-то способности в обращении огнестрельным оружием. Ну или хотя бы умела держала его в своём поле леветации. И вот, с какой целью её выпнули — в её Стойле произошла чудовищная беда — сломался водный талисман. Что значит, что у неё не так много времени на его поиски, иначе в её родном Стойле, где она родилась и выросла в полной безопасности, закончатся запасы воды...       Отбросив излишне плохие мысли по поводу того, если она не успеет добыть столь необходимый водный талисман, она решила проверить местную бакалею, которую увидела перед собой, и где вполне может ещё была хоть какая-нибудь еда или вода.       — Чудно, — проговорила она, войдя в помещение, проверив его на наличие врагов с помощью своего Л.У.М.а в Пип-Баке. — Здесь никого... Не знаю, печалит это меня или нет, но мне не привыкать.       Эта одинокая кобыла не помнит ничего о своих родителях. С отношениями и друзьями у неё были постоянные проблемы. Её сверстники всегда унижали и оскорбляли, упрекая говорили кем были её родители — пьяницами, умершие от рака печени. Они умерли практически в одно и то же время сразу после рождения этой синей кобылы. Поэтому, быть одной она привыкла и нисколько не расстроилась, что поблизости никого нет.       Может это даже и к лучшему, подумала она.       Пошарив внутри некоторое время внутри бакалеи, наша маленькая вышла оттуда расстроенной, поскольку не нашла внутри ничего хорошего...       — Что ж, не нужно унывать, — подбодрила она себя, говоря вслух. — Я ещё не настолько голодна, чтобы огорчаться из-за отсутствия еды. Нужно найти где переночевать — уже темнеет.       Она уже готова была двинуться дальше по улице, как внезапно небо разразились громом... и она упала на холодный тротуар замертво, а из её головы начала обильно вытекать кровь. Красная жидкость стремительно покидала свой естественный резервуар, окрашивая улицу в багряный цвет. Кобыла, которая буквально и часа не провела на поверхности уже лежит мёртвой в луже собственный крови. Стойло так и не получит свой новый водяной талисман. Пустошь была жестока... как собственно, ей и подобает быть.       Причина внезапной смерти оказалась относительно неподалёку, в виде грифона с винтовкой, беззаботно курящий сигару и глядящий через прицел на мёртвую пони. Этот грифон расположился на крыше одного из домиков и был на расстоянии примерно пятидесяти метров от только что убитой пони. Он отодвинулся от прицела винтовки и, вальяжно вытянув своей передней лапой сигарету, приговорил: — Чёртовы выходцы из Стойла. День проходит впустую, если ты не убиваешь хотя бы одного из них, — проговорил он и отвращением сплюнул. — Чтоб вас. Приходите в Пустошь, пытаетесь изменить что-то в ней... Нахуя? Мы все жили тихи и мирно, все смирились с таким образом жизни... до тех пор пока вы не приходите и не провоцируете масштабные кровопролитные конфликты. Нам уже и так хватает Красного Глаза, Литлпип и Блэкджек... и им подобных. — Грифон взглянул в серое и мрачное небо. — Когда-нибудь я до всех вас доберусь... Всё в этом мире катится в тартарары из-за вас. Как же вы всех нас затрахали!       Охотник на выходцев из Стойла, со шрамом через всё лицо, в потрёпанной и грязной кожаной броне, заботливо посмотрел в даль, за горизонт.       — Не волнуйся, Пустошь, — проговорил он, обращаясь к кому-то и нежно улыбнувшись, — придёт время и я избавлю тебя от всех этих подземных чистоплюев из Стойл, которые, словно подкожные паразиты, так и лезут из-под земли на поверхность, стремясь подмять тебя под себя. Я им этого не позволю.       Охотник докурил сигарету, подобрал свою винтовку и отправился искать следующего выходца из Стойла, пытаясь успеть убить его до того момента, как он наломает дров.