Идеальная пара.

— И когда мне можно будет уйти? – прохныкала я, смотря на Изуми, которая присела за один столик рядом со мной и Хайчиро. Хайчиро, к слову, был в самом отвратном расположении духа. Его не уволили, но все-таки он получил выговор. Ну это ладно. Этот тип, свято верил, что получил выговор из-за меня, и вообще, что я являюсь камнем на его шее, который тянет его под воду и рано или поздно он вообще утонет, опять же, из-за меня. Кей сейчас сидел напротив меня и гипнотизировал бокал с шампанским, видимо в надежде, что тот лопнет. Смотрел, не моргая, и, кажись, даже не дышал, что не могло не пугать. — Как только познакомитесь с Пасукасу-сан, — улыбнувшись ответила Изуми. — Пасукасу-сан? Это что за овощ? — Это мой дед, — мрачно откликнулся Хайчиро, а я смиренно вздохнула: — О’кей, Паскуаса-сан, Так Паскуаса-сан. — Пасукаса-сан, идиотка. — Что в лоб, что по лбу, — отмахнулась я, игнорируя злой взгляд Кея. В этом треклятом зале мы торчали добрых три часа. Ладно первый час – я объелась морепродуктов, напилась коктейлей. Второй – мы шастали с Хайчиро по залу и знакомились с какими-то там дядями и тетями. Но вот третий час мы просто сидели за столиком – Хайчиро, таращась на бокал, я – таращась на людей, Изуми – мило улыбаясь. Пели приглашенные оперные певцы и певицы, некоторые пары мирно вальсировали посередине зала, а я пыталась понять, в чем смысл надрывать этим певцам глотку. Даже ритм нельзя уловить, не говоря уж о том, чтобы наслаждаться музыкой. Да, мне, поклоннице рока не понять пристрастий зрелых людей. Когда в зал вошла очередная пара, я прищурилась. Где-то я этого парня видела. Только вот где…? Точно! Это же тот самый, Йоширо, няшный ювелир, который однажды спас меня от папарации. Ба-а-а-а, все-таки не зря я сюда пришкандыбала и лучик надежды, в образе няшного ювелира-таки греет душу. Не то, чтобы он мне нравился, и вообще он мой принц, но он какой-то такой миленький, что порой за щечки потрепать хочется. Не то, что этот сноб, который к слову, даже не заметил появление друга. Я пару секунд колебалась, но затем, все-таки вытянула правую руку, не решаясь завопить на весь зал. Только сейчас я заметила, что вслед за Йоширо вошла хорошенькая такая (насколько позволяло мне видеть зрение) девушка, с темно-рыжими волосами, которые были завиты как у барана. Пардон, которые кудрями струились, по плечам. Кажется так сейчас описывают эту картину? Нет, вы только представьте само слово «струились». Волосы, у них агрегатное состояние все-таки не жидкое, твердое оно, так какого же черта в рассказах пишут именно «струились»? Струи…короче, шла девушка, со струящимися волосами (уподоблюсь я авторам многострадальных фанфиков), точнее не шла, а пританцовывала за Йоширо красивой такой походкой, до которой мне, как на корячках до Африки. Наконец, мою вытянутую руку заметил сам Хайчиро, и совершенно безэмоционально поинтересовался: — Тебе совсем плохо, да? – наконец он проследил за моим взглядом, и увидев приятеля надулся, аки лягушка и демонстративно отвернулся в сторону. Йоширо же напротив, увидев нас, улыбнулся в стопяццот…извиняюсь, в тридцать два зуба, и почапал со своим бараном…точнее с девушкой, чьи волосы струились по плечам, к нам. Я приветливо помахала новоприбывшим лапой и грубо ткнула Кея в щеку: — Тут твой друг пришел, как бы. — Друг? Какой друг? – не поворачиваясь осведомился Кей, а я мрачно покрутила пальцем у виска: — В дет. садике кашку хорошо кушаешь? Тебе же, как ни крути двадцать…двадцать…а сколько тебе лет-то? — Тридцать восемь. — Что, серьезно? Педофил, — фыркнула я, потеряв надежду добиться от моего спутника что-то вразумительное. — Йоширо-са-а-а-а-ан, — пропела я, и расплылась в улыбке, — Здрасти. — Мичио, — вот! Вот что должен делать джентльмен! Сдержанно улыбнуться и кивнуть в знак приветствия. Учись у своего друга, Хайчиро. – Рад встрече. В прошлый раз все прошло удачно? — Вы знакомы? – наконец-то доперло до Хайчиро, а я, проигнорировав его вопрос, деланно безмятежно махнула рукой: — Да все охре…очаровательно прошло, — прикусив себе язык чуть ли не до крови, наконец закончила я. – Присядете к нам? – все с той же улыбкой проговорила я, кивая на пустые стулья. Йоширо, покосившись на Хайчиро, затем на меня, и кивнув, рукой пригласил барана…да что ж я оговариваюсь!... Свою девушку сесть напротив меня и Кея. Оный в свою очередь отвернулся в другую сторону, игнорируя тем самым и друга, и его девушку и меня в том числе. — Пришла познакомиться с дедушкой Хайчиро? – храбрец-Йоширо решил разрядить обстановку. — Нет, блин, она пришла познакомиться сюда со мной, тормоз! – огрызнулся Кей, прежде чем я открыла рот. Я зло посмотрела на этого придурка, и, надувшись, отвернулась от него, залпом осушив бокал с шампанским. — Кей, — Йоширо, уж не знаю, как его фамилия, серьезно посмотрел на Хайчиро, — Может поговорим? — Я занят. — Этой не займет много времени. — Я занят. Тем более, вон явился мой дед. Такахаши, отрывай свою пятую точку от стула и шагом марш к деду, — так мрачно, что позавидует Сами-знаете-кто, буркнул юноша и схватив меня…блин, не за руку, не за локоть, а за рукав платья потащил меня вон от столика. Я бросила печальный взгляд на Йоширо, на его барана и смиренно почапала, словно на ходулях к его деду. Когда мы почти подошли, я, наконец, смогла разглядеть Пакусасу-сан. Или Пасукаку-сан. Не суть. Это был крепенький мужичок, в самом расцвете сил. Волосы — едва тронуты сединой и тщательно зачесаны назад. Глаза же — маленькие и узенькие, с большими зрачками. Такими большими, что не поймешь, существуют там в принципе белки глаз или нет. Завидев меня и внука, он расплылся в улыбке…Хоспадя, в такой жуткой улыбке, что у меня подкосились ноги. Этакая ухмылка с оттенком маниакальности. И с такой улыбкой он смотрел непосредственно на меня. Мама, спаси. — Дорога-а-а-а-ая, — взвыл дедуля и с распростертыми объятиями, протаранил всю толпу, разделяющую нас, а после – сгреб меня в охапку. Я жалобно покосилась на Хайчиро, а тот еле кивнул, мол, ничего, он всегда такой. — З…здра-а-а-а-асти-и-и-и-и! – на манер дедули провыла я и широко улыбнулась, возможно, такой же маниакальной лыбой. О боги, я поняла, откуда у Хайчиро такая жуткая ухмылка и леденящие кровь глаза. — Дорога-а-а-а-а-ая! – снова взвыл он, а я, снова взвыла: — Здра-а-а-а-асти-и-и-и-и! — Дорога-а-а-а… — Дед, — строго шикнул Хайчиро, — Она вроде тебя. Ее этим не возьмешь, — дедуля тем временем поник, и жалобно посмотрел на меня, а я спохватившись протянула ему руку: — Я Такахаши Мичио, Пукаса…Пасукас….Папуас… — Новой Гвинеи, — хихикнул Хайчиро, а я быстро собрала всю мозговую жидкость в голове: — Пасукаса-сан! – наконец выдала я, а дед мило хлопнув глазками снова завизжал: — Дорога-а-а-а-а-ая!!! – таким тоном, не терпящим возражений. Ну, дорогая, так дорогая. Я и не спорю. Я вопросительно посмотрела на Хайчиро, а тот отрицательно покачал головой. Ну, блин, Хайчиро, ты мне своим покачиванием та-а-а-ак много прояснил! Но теперь дед решил разнообразить свою речь: — Я столько о тебе слышал, столько о тебе слышал! Весь город только о тебе и говорит, только о тебе! — Только обо мне, только обо мне? – вылупила я глаза на Пасукасу-сан, и, спохватившись, быстро поправилась, — То есть как, только обо мне? — Ну, ты же та, что совратила моего внука! Мама мия, я думал, этого никогда не случится! Дорога-а-а-а-а-ая, ты просто молодец! Так окольцевать этого обалдуя, это надо иметь особый талант, дорога-а-а-а-ая! – я поперхнулась воздухом, и мое лицо начало потихоньку вытягиваться: — Со…совра…тила…? — Ах да, извиняюсь, юная леди, я так груб, так груб! Скажем, очаровали, вот так! – дедуля жертвы моего очарования все крутился возле меня, оглядывая с ног до головы. Гости уже начали обращать на мою скромную персону внимание, поэтому Хайчиро протянул: — Ну, деда-а-а-а-а. Даме не нравится твоя назойливость. — Ох, джентльмен нашелся! – фыркнул Папуас Новой Гвинеи и отмахнулся ручкой. Боже упаси иметь такую семейку. И мужа, вроде Хайчиро. Три месяца, что же вы так долго длитесь?! — Кстати, вы живете вместе? — Деда! — Нет, ну а что, спросить нельзя? Неужели порознь? Тебе сколько лет, юная леди? – учтиво, но не совсем тактично поинтересовался дедуля. — Восемнадцать, — оторопело выдохнула я. Не-е-ет, если меня к нему захотят поселить, пусть горит все синим пламенем, сдамся в рабство к Хамиде-сан даже, но не с этим типом, не-е-е-ет. Вдруг извращенец, а? Моя бурная фантазия нафантазировала все в деталях и красках, вплоть до суда, и я усердно замотала головой. Нет, нет, нет, не буду, не хочу, не желаю! — Мда. Маленькая еще, — уныло проговорил Пасукаса-сан, — Это что это, детей в ближайшие два года не будет? — Их вооб…, — начала я, но громкий бас Хайчиро меня прервал: — В ближайшие два не будет! – отрапортовал он, а я грозно зыркнула в его сторону а ля «вообще никогда, ни при каких обстоятельствах и даже если от нас будет зависть продолжение рода на всей планете». — Ну, тогда желательно вам двоим дома не оставаться, — проникновенно заметил дедуля, а я облегченно выдохнула. Мне хватает и полутора часов, которые я через день провожу в его замке одна одинешенька, наедине с чашкой чая и служанками, с которыми и поговорить-то толком нельзя. Вернее, поговорить с ними, разумеется, можно, но этот разговор будет приравниваться к разговору с самим собой. Таким образом, проводить больше времени с моим ненаглядным у меня не было никакого желания, я же, в конце концов, не моральный мазохист. -Кстати, — радостно взвизгнул он, а мы с Кеем дружно дернулись, — Дорогой, я приезжаю к тебе. Знаешь ли, с возрастом, все тяжелее и тяжелее находиться одному, с мыслями, что можешь умереть, а о тебе никто и не вспомнит, — мечтательно протянул он, словно мысль о безвременной кончине прельщала его больше всего на свете, — А стены давят, тишина становится невыносимой, да и родители твои оставили тебя на меня. И знаешь, я решил исправно выполнять свои обязанности дедушки, ведь в детстве мы проводили мало времени вместе. Но зато когда проводили, как нам весело было, правда? Помнишь, когда тебе было двенадцать лет, мы ходили в игровые автоматы? — Ага, и были мы там пятнадцать минут, а потом мы пошли в стриптиз-бар, — скептически поддакнул Хайчиро, а мои глаза тем временем приобрели форму двух кофейных блюдец. Дедулька этот – не промах! — Ну не утрируй, Хайчиро. В стриптиз баре был только я, а ты ждал в гримерке! — Ну да, а толпа голых девиц шастала передо мной и сверкала попами, — поморщился Хайчиро, вспоминая эти, несомненно, ужасающие минуты в его жизни. – Но не суть. Деда, у тебя есть жена… — Была жена, — мягко поправил Пасукаса-сан, — Мы недавно расстались, я ее выгнал, а дома так одиноко, дорогой, так одиноко! Поэтому, ты же не будешь против, если… — Буду! Дед, это бесчеловечно лишать внука свободного пространства! – воскликнул Кей, а я начала потихоньку отползать от этой парочки, они, к слову, меня даже не заметили, и, слава Богу. Я тем временем походила по залу, попробовала все закуски по второму разу, наелась – аж до тошноты. Посидела за столиком, поболтала с Йоширо и его девушкой (кстати, довольно милой, слова про барана забираю, так как ближе к вечеру ее кудри малость распрямились), обсудили надвигающийся апокалипсис, потом они обсуждали оперу – я же, смотрела на них и кивала, кивала, кивала…Через полтора часа, я опять покосилась на Хайчиро и его деда – те все еще беседовали на повышенных тонах, усердно жестикулировали, все также привлекая внимание окружающих. Что ж за напасть такая, когда отсюда смыться можно будет? Не-из-вест-но! Наконец-то объявили о завершении этого прекрасного вечера, а Пасукаса-сан оперативно сграбастал меня с Хайчиро в охапку и потащил нас к машине, радостно объявив, что требует продолжения банкета в виде чая с конфетами. Таким образом, я была вынуждена в 11 часов ночи ехать не домой, чтобы спать в теплой кроватке, а к моему ненаглядному пить ЧАЙ. Вот так вот. Пока мы ехали в машине, дед Кея неустанно расспрашивал меня о моей жизни, учебе, маме, папе, замужем ли мама, ревнивый ли папа, на что я чистосердечно отвечала. В общем, ни в машине, ни тем более дома, личность, в образе Пасукасы-сана мне покоя не давала, суя лишнюю порцию конфет, ласково говоря, что я какая-то не пухленькая, и вообще должна делать пластическую операцию на все части тела под параметры 90-60-90. Учтиво брякнув, что с моим ростом, параметры 90-60-90 смотреться будут, мягко говоря, не ахти, я уже собиралась откланяться, как в домофон позвонили и служанка, до смерти перепуганная ворвалась в гостиную: — Господин, там люди…много людей…с оружием…в черном и… — С собачкой-мопсом? – живо поинтересовалась я, за что получила подзатыльник от Кея. — И чего хотят? – грубо поинтересовался он. — Вас. — Меня-я-я-я-я? – удивленно протянул Хайчиро и покачал головой, — Ну запустите, раз меня хотят, что ж поделать. Только всех охранников позовите, а то эти люди в черном доверия мне не внушают, — я, не на шутку заинтригованная ждала появления людей икс, и наконец, в широкую дверь вошло, по крайней мере человек двадцать, действительно в черном, и действительно с оружием. Только вот выглядели они не круто, неуверенные, испуганно озирающиеся и смотрящие на Кея, как на чудовище, убившее, по крайней мере, сто человек. Тот же, в своей наглой манере уселся на кресло, и, закинув ногу на ногу, величественно спросил: — Ну и? Что вас сюда привело? – он только хотел поправить челку, но от его жеста все люди в черном вздрогнули. Мы с Пасукасой-сан заинтересованно за всем наблюдали, изредка попивая чаек, и заедая все это конфетками. — Мы…мы эти…эти…ну как его…, — начал самый смелый, а второй громки шепотом шипел в его ухо: — За фле-е-ешкой! Флешкой! – я пристально уставилась на новоявленных бандитов, и округлила глаза. Флешка. Уж не та ли, с помощью которой Хайчиро решил фотки перекинуть? Ай-на-нэ, как все интересно развивается! — Флешка? Какая флешка? – не понял Хайчиро, а из недр толпы выпинали смугленького человечка с небольшим чемоданчиком. Тот испуганно пискнул, попытался проскользнуть обратно в толпу, но вышеупомянутая толпа, выпинала его обратно, к Хайчиро. Тот, тоже смотрел с плохоскрываемой заинтересованностью, на попытки смугленького коротышки прорваться сквозь стену громил в черном. Наконец, ощутив тщетность своих попыток, коротышка истерично пискнул, и маленькими шажками подбежав к Хайчиро, всунул ему чемоданчик. Тот удивленно взял его в руки, поставил на коленки и снова уставился на бандитов. Те, по видимому, перепугались еще сильней. — Предложи больше, предложи больше!!! – шипел один мужик другому, косясь на Хайчиро, и видимо принимая его, за абсолютно глухого человека. — Ммм, — вежливо промычал Кей, — Так…что же вы от меня хотите? — Мы тут…флешка…вы записку оставили…чтобы мы забрали…а это… — А-а-а-а-а, это вознаграждение? – дружелюбно поинтересовался Хайчиро, а ужасу бандитов, казалось, не было предела. — За что? – испуганно пискнул смугленький коротышка. — Ну…за флешку. Сами же сказали. Кстати, насчет флешки, я вам лучше деньги отдам, — разумеется, Хайчиро имел в виду то, что он хочет купить им новую флешку, ибо старая сейчас в модельном агентстве, но «люди в черном» пришли к логическому выводу: — Вы хотите сказать, что будете торговаться? — За что? – нахмурился Хайчиро. — За флешку. — За какую флешку? – сконфуженно поинтересовался Кей, чувствуя себя все большим идиотом. — Э…обычную…ну…фломастер… — А-а-а-а, вы все об этом! Так ее у меня нет! – радостно, словно говоря о том, что Новый Год наступит раньше, брякнул Хайчиро. Бандиты, тем временем пребывали в полнейшей прострации. — А где же она? – чуть ли не умоляющим тоном поинтересовался один из них. — Не знаю. На работе, наверное, — Кей пожал плечами, а один из них истерично завопил: — ВЫ РАБОТАЕТЕ В ПОЛИЦИИ?! — Что вы, нет, вовсе нет. В модельном агентстве, — судя по выражению лиц всех собравшихся, Кей убил их логику. А я…а что я? Я просто наблюдала за всем этим, размышляя, чем все это закончится. Боялась ли я? Сейчас – нет, так как в комнате были вооруженные охранники Хайчиро. А вот состояние у меня было какое-то странное. Я явно ввязалась в какую-то криминальную историю. Хотя…чего я удивляюсь…это же я!