Идеальная пара.

Нежданчик, чо) Чего я добивался? Собственно, ничего заоблачного, ничего такого, чего я не мог бы сделать. Я всего лишь ожидал. Ожидал лучшего, хотя в глубине души знал, что все хорошее осталось позади, а впереди маячили проблемы, которые ранее обходили меня стороной. Порой, самому противно быть собой. Терпеть ненависть со стороны других…да, к этому я привык, можно даже сказать свыкся, и без этого чувствовал некий дискомфорт, а вот испытывать отвращение к самому себе – это совсем другое. Когда противно просыпаться в своем теле, в горло не лезет и кусок хлеба, а режим дня состоит из сна и работы, это совсем другое. Знаете, что такое ненависть? Это не просто «не любовь», не просто «отвращение», это нечто, тяжелое, словно вся вселенная давит на тебя, дышать почти невозможно, а так называемый «смысл жизни» утратил этот, всем известный смысл. Ненависть. Тяжелое чувство, отнимающее последнее, что осталось: липовую браваду, гонор, гордость, чувства. В общем, все, о чем я мог бы сказать «Ну, хоть это у меня есть». Когда это началось? По правде, не знаю. Сомневаюсь, что все проблемы свалились, как снег на голову, нет, они накапливались, медленно, как-то незаметно, наслаивая на беспокойство в душе панику и горечь, доводя меня до истерики. И, когда я был уже на грани, судьба решила, что пора бы уже меня добить. То ли, чтоб не мучился, то ли ей и вовсе надоело со мной забавляться – своей ошибкой, породившей такой переполох. Мог я что-либо изменить? Возможно. Изменить можно все и всегда, в моем же случае, у меня просто не было времени, вернее сказать, я был его лишен. Всего лишь рывок, вместе с которым я потерял себя. Пафосно звучит, не правда ли? Проще было бы рассказать все, как на духу, но почему-то, есть ощущение, что отсутствие данного пролога, повлияет на восприятие…чего? Опять же, и сам не знаю. Восприятие…истории? Повести? Быть может, шутки или легенды? Черт знает. Скажем так, восприятие атмосферы. Сколько прошло времени с того случая? Кажется, вечность. Все эти пять лет я уверял себя в том, что это произошло, быть может, в прошлой жизни, или во сне, но не ровно пять лет назад. Должно быть глупо, но именно это позволило восстановить мой ритм жизни, хотя…о каком ритме может идти речь? Это вернуло меня к жизни, не более. Саму жизнь и восприятие оной, наладить так и не удалось. До сих пор помню тот вечер, вспоминая о нем, как о кошмаре, который приснился давным-давно. Знаю, что для обычного сна, я помню слишком много деталей, да и во сне не могло быть так дурно. Словно все органы внутри передавили, и, содрав кожу, щедро полили тело спиртом. Хотя, была бы возможность, махнулся, лишь бы не чувствовать. Вообще. Ничего. Никогда. Физическая боль? Да ерунда все это. Знаете, говорят, что душевная боль длится не более двух часов, а все остальное мы сами придумываем. Пытаясь с этим поспорить, я искал утешение в близких, в одиночестве, в физических нагрузках, и, в итоге, победа была за мной. Все это не-воз-мож-но, слышите? Унять боль в душе, этот яд, прожигающий сердце насквозь, от него нет противоядия. Даже не ищите, только зря потеряете время, а оно, как выяснилось, на вес жизни. - Знаешь, что? Пошел-ка ты к черту! Хотя, нет, иди к своему папашке, он может, и похуже будет. Ненавижу тебя со своей жалостью, увижу твою рожу – аж блевать хочется! – я вздрогнул и рассеянно посмотрел на девушку, которая сейчас развернулась на каблуках и направилась к окну, прочь от парня, которого я видел лишь со спины. Хотя, думаю, понятно, кто это. Вообще, знаете, воспоминания – машина времени, который раз в этом убеждаюсь. Отличие только в том, что я ничего не могу сделать и остаюсь лишь незримым наблюдателем. -…ни гроша за душой, ребенок, причем не твой. Я сама, в конце концов, которая в психушке лежала, тебе самому-то не противно, а, Хайчиро? – я столько раз переносился сюда и наблюдал эту сцену, что сейчас равнодушно скрестил руки на груди, ожидая, заранее известную мне реакцию от парня. - Ерунда. Мне все равно, какое у тебя было прошлое. Правда в том, что ты сейчас губишь свое настоящее, причем не только свое. Ну а его, - парень резко кивнул в сторону кроватки, где ребенок заливался диким плачем, - Его тебе не жалко? Думаешь, нищета и ничтожное существование пойдет ему на пользу? Не будь эгоисткой, Харука, хоть раз, хоть раз в жизни думай не только о себе, - парень опустился на потрепанный диван, с напускным безразличием, смотря, как девушка поглаживает оконную раму. Само окно, было усеяно мелкими царапинками – результат вальгот погоды. Кое-где пошли длинные и светлые ручейки трещин,…казалось, стоит только надавить рукой и осколки со звоном упадут на пол. - Не стоило тебе приходить, - несколько обреченно пробормотала девушка, чья рука легко скользила по царапинам на стекле, словно выводя узоры. – В твоем присутствии это будет несколько затруднительно. - Это?.. – я бросил взгляд на парня, который с нарастающим беспокойством смотрел на хозяйку дома. Да, тот самый взгляд отчаяния. Он пока не понимает, что случится, скажем, через пять минут, но предчувствует надвигающуюся катастрофу. Отвратное ощущение. Необъяснимое. Знаешь, что ты прав, что что-то не так, но в то же время пытаешься убедить себя в обратном. Все нормально. Все нормально. - Не хочу тебе мешать, - Харука улыбнулась, и, обернувшись к парню склонила голову набок, - Ты же…не оставишь меня в покое, да? - Чтобы ты угробила сама себя? Изволь. - Может, я сама вольна решать, как управлять своей судьбой? – устало поинтересовалась девушка, снова отворачиваясь к окну. - Со своей жизнью, делай что знаешь. Мне все равно, ты взрослый человек, но тащить в утопию и своего сына – мерзко. Говорила, что он твой стимул жизни, что желаешь для него лучшего, разве нет? – можно было захлебнуться в том яде, который источали эти слова. Я сделал шаг к окну, и облокотившись об оконную раму, лениво смотрел на эту парочку. Что я чувствую, снова и снова пересматривая свои воспоминания? По правде, уже – практически ничего. Лишь усталость и досаду от того, что призраки прошлого никак не хотят оставить меня и дать вздохнуть свободно. Я сбился со счета, сколько раз я бывал в этой комнате. Чуть ли не каждый день, я иду в эту комнату, как на работу, ставя на повтор воспоминания. Что ж, я почти привык. - Ну а ты? Используешь ребенка, как повод, чтобы снова влезть в мою жизнь, по мне, так это еще хуже. Вообще не понимаю, зачем мы тебе сдались, Хайчиро, вроде видный парень, а привязался к тетке, на пять лет старше себя, с ребенком на руках. Ладно, если бы сам по глупости, так нет, он не твой даже…то ли придурок, то ли просто позабавиться решил, все никак не пойму первое или второе? - Ну а тебе не все ли равно? В конце концов, ничего противозаконного не совершаю. Позабавиться? Думаешь, мне так весело - бегать за тобой, как собачка? Да и вообще, я требую что-то взамен? Просто живи по-человечески, а не в этом насквозь пропахшем гнилью свинарнике. Даю слово, если примешь мою помощь, я больше тебя не побеспокою, уеду в Японию, и ты обо мне не услышишь. - Да зачем тебе это нужно? Неужели та самая великая и всепоглощающая любовь? Хайчиро, да ты романтик! - Любовь? Я взрослый человек и в эти сказки с любовью давно не верю. - Так что же? Жалость? Ну, знаешь ли, «любовь», звучит более эпично, - девушка усмехнулась, внимательно рассматривая окно на предмет царапин, - Ну так что, Кей? – парень замолк, а я, горько усмехнувшись, прошел вдоль комнаты, к плачущему ребенку. Малыш надрывал глотку, захлебываясь в собственных слезах и тяня ручки вверх, словно знал, что кроме этих двоих в комнате есть еще один незримый наблюдатель – я. - Хайчиро, ты очень добрый, - внезапно проговорила Харука, а я, отвлекшись от ребенка, повернулся в сторону девушки. Взгляд словно прикован, не могу отвести или хотя бы просто посмотреть в потолок. Хозяйка дома отошла от окна, прошла к двери на балкон, и распахнув ее с облегчением вздохнула: - Такой свежий воздух, - она быстро вышла на балкон, и покружившись, споткнулась, чуть ли не вылетая за пределы перил, которые отделяли девушку от автомагистрали. Парень соскочил с дивана, и, ринувшись к Харуке, резко тряхнул ее за плечи: - Совсем на голову больная, а? Жить надоело? – я все также с неохотой, лениво, последовал за пареньком, внимательно разглядывая сцену, которая была просмотрена мной более тысячи раз. - Как думаешь, если спрыгнуть отсюда, 100%-ая вероятность, что погибнешь? Или все-таки, я могу продолжить влачить свое существование в вегетативном состоянии? - Да что ты несешь?.. - Хайчиро, ты очень мне дорог и ты один из самых дорогих мне людей, честно. Будет эгоизмом обременять тебя своим существованием, - беспечно продолжила Харука, а я услышал, как хлопнула входная дверь: - Харука, я дома! Принесла немного фруктов и детское питание, кстати, безумно вкусное, Наики понравится! – сестра Харуки – Аи, поставила на пол пакеты с продуктами, а я поспешно перевел взгляд на девушку, которая сейчас задумчиво смотрела на дорогу внизу, с рядом магазинчиков и людей, которые, вероятно по ошибке забрели в эту глушь. Сейчас и начнется…шоу. - Не убивай меня своей жалостью, Хайчиро, слышишь? Не убивай. Мне и так больно, - было видно, что парень не сразу сообразил, что случилось. Девушка оттолкнула его, мгновенно забралась на ограду и спрыгнула вниз, широко расправив руки, словно собиралась приземлиться на матрацы, но уж никак не на холодный асфальт. Глухой удар. Неприятный, чуть ли не с хлюпаньем. Именно этот звук и заложил мне уши, а я подошел поближе к парню, который так и не сдвинулся с места, застыв, и, кажется, затаив дыхание. Подойдя к балкону, я перегнулся, увидев внизу, на асфальте, распластавшуюся девушку в луже крови. Возле тела уже начал собираться народ, кто-то уже позвонил в скорую, кто-то в полицию, кто-то недовольно кивал наверх, в сторону того самого парня. Кажется, попытавшись сделать шаг, и, видимо, тщетно, так как он снова застыл, судорожно вдыхая воздух. Через пару секунд на балкон ворвалась Аи, и, перегнувшись через ограду рядом со мной, в немой истерии рухнула на колени, изо всех сил прижимая ладони ко рту. - У…у…ублюдок, - захлебываясь в слезах, прошептала Аи, и, резко поднявшись, с силой ударила парня в плечо, - Это ты, да? Ты снова ее довел? Знаешь же, что тебе лучше не появляться, знаешь же! Знаешь же!.. О чем вы говорили? Скотина, о чем вы говорили, я тебя спрашиваю? Что она тебе сказала перед тем, как спрыгнула? – я присел на корточки, облокотившись спиной о ограду, наблюдая за сценой. Чем больше я прокручивал в голове этот случай, тем фальшивее мне казались его герои, словно дешевая мыльная опера, и актеры, которым не заплатили гонорар, и они решили объявить бойкот своей отвратной игрой. Так и сейчас. Голос ее сестры казался настолько фальшивым, что я воспринимал все это, как какой-то отрывок из пьесы. - «Не убивай меня, мне и так больно» - бесцветно и медленно повторил парень, невидящим взглядом смотря на меня. Хотя, вернее говорить, на ограду. Его глаза ничего не выражали. Ни скорби, ни печали, какое-то холодное равнодушие, вкупе с отчаянием. - Что?.. – Аи задохнулась от вновь накатившей истерики, - Ты…это ты сделал, да? Конечно ты! Моя сестра не могла покончить жизнь самоубийством, ее же вылечили, мы недавно с ней говорили, она сказала, что никогда, никогда, никогда не станет…, - остальная часть потонула в рыданиях, громких криках, обвинениях, угрозах. А ему, этому парню, кажется было все равно. Он медленно побрел в гостиную, захватил свою куртку, с вешалки и, дойдя до прихожей начал обуваться. Я, посчитал своим долгом последовать за ним, все-таки, как-никак это…я? Что было дальше, рассказывать не имеет смысла. В основном потому, что смутно помню, что же было потом. Этакий провал в памяти. - Значит, вы утверждаете, что подозреваемый угрожал убитой, я правильно Вас понял? - Да, Ваша честь. Суды…да, было разбирательство, дело уладили, решив подстраховаться еще и деньгами. Так говорил отец, «подстраховаться», на самом деле я сам слышал, как он разговаривал с матерью о моем психическом состоянии, и о том, правда ли Харука покончила с собой, как мы пытаемся доказать, или все-таки я помог ей? Прислуга, коллеги, сокурсники, такое ощущение, что все они испытывали ко мне особую неприязнь. Так мне казалось. Почти каждый день можно было встретить парочку, обсуждающую, как «этот чокнутый вконец свихнулся». Агентство сказало, что это неплохой пиар. Очаровательно, не правда ли? Было бы лучше, если бы я отсидел, как за убийство. Не знаю, мне кажется, было бы лучше. По крайней мере, на душе не было бы так противно, и я бы не ненавидел сам себя. В итоге, я сам начал задумываться «А не убил ли я?» Поддержка со стороны родителей? Не смешите. Они забыли об этом инциденте уже через день, уверенные в моей вине, но не показывая виду, слали мне психологов под видом папиных друзей, а я просто притворялся, что живу и, что все в порядке. Не могу точно сказать, какие чувства преследовали меня на протяжении года, знаю только, что было невыносимо…больно? Противно? Если бы я знал, было бы легче. Просто какая-то опустошенность, словно выкачали всю душу, а осталась лишь оболочка, способная соображать. Помню, когда впервые встретился с Йоширо после этого случая… - Это ведь не ты сделал? - Не я. - Так и знал! Понимаю, конечно, Аи, все-таки ее сестра, но валить на тебя – это уже перебор. Такой переполох устроила!.. Всего лишь два слова «не я», и он поверил. Тогда, казалось, это был единственный человек, с которым я мог нормально общаться, без чувства вины, которое мне буквально внушали своими диалогами, мог просто поговорить, на какую-нибудь тему. Йоширо был одним из тех, кто не боялся спрашивать о Харуке, он знал, что мне важно было говорить о ней, от этого мне становилось легче. Что же касается Наики, ребенка Харуки,…его сдали в детский дом. У Аи не было ни должных средств, ни времени, так как девушка и без того с трудом сводила концы с концами. Оттуда его усыновила моя тетка, живущая в Нью-Йорке. Долго мне пришлось уговаривать тетушку. Она была добрым человеком, но боялась брать на себя такую ответственность, так как была довольно слаба здоровьем, да и возраст был не тот, но все-таки, это свершилось. Мальчик рос здоровым, хорошо развивался, в общем, ни в чем не отставал от сверстников. После смерти Харуки я еще больше к нему привязался, переезд в Японию переживал тяжело в основном из-за него, что оставлял его там. В любом случае, спустя максимум полгода я планировал вернуться туда и остаться, уже, навсегда. Все эти пять лет мне часто снилась Харука, она просто молчала, смотря на меня спокойно и умиротворенно. Почти каждый день, один и тот же сон, каждый день эти воспоминания. Они мне так…надоели. Устал от них. Я давно отпустил ее, еще пять лет назад, так почему же она не оставляет меня в покое? Тоже считает меня виновным в ее смерти? Этими вопросами я, опять же, задаюсь, чуть ли не каждый день, отчаянно пытаясь найти успокоение в работе, и вроде бы, у меня это начало получаться. До этого момента, вот уже недели три, я не видел снов с ее участием, о том событии вспоминал редко, и то, вскользь. Кажется, пришло и мое успокоение, в виде этой странной девчонки. *** Я в прострации посмотрела на Хайчиро, впервые в жизни не зная, что сказать. Уж чего-чего, но я не могла предвидеть, что следом за моим вопросом последует такое откровение. Он говорил долго, спокойным голосом, иногда понижая тон до шепота, так что иногда мне приходилось наклоняться, чтобы четко все расслышать. Я не перебивала, да и он сам не останавливался, монотонно повествуя об этом отрезке своей жизни. С виду не скажешь, что этот рассказ причиняет ему особую боль, но вот глаза…знаете же, у него злые такие глаза, черные-черные, как два угля. Впервые я увидела их настолько грустными, и вообще, настолько отчаявшегося Хайчиро я видела впервые. Так вот что за девушка выбежала тогда из толпы и обвиняла его? Аи? Вдруг я нервно дернулась и чуть не стукнула себя по голове, за те мысли, что тогда барахтались у меня в голове. Как я могла подумать, что Хайчиро убил человека? Он, конечно, не подарок, не принц-блондин с белоснежным конем, но человек явно не плохой. Если бы не старался выглядеть злым, крутым и неприступным, я бы, вообще, быть может, влюбилась! Хотя нет…чего-то я погорячилась с этим. Я бы…я бы просто присвоила ему звание «добрый няшка», да. А вот насчет Йоширо, я, товарищи, даже не сомневалась. Понятно, почему он дорог Хайчиро, но непонятно, отчего эти два обалдуя поссорились. А хотя, Хайчиро как-то упоминал про девушку…уж не того ли накрученного барана, на приветственном вечере Пасукасы-сан? Я впервые почувствовала себя Рюзаки, Шерлоком Холмсом, раз уж на то пошло, и решила собрать все эти сведения в кучку. Да, если мои подозрения верны, значит, они поссорились из-за… - Бандитка, сделай морду попроще. Задумчивое выражение лица тебе не идет, - хмуро буркнул Хайчиро, а я тут же уставилась на него. Черт, как много вопросов-то, но если я хоть один из них озвучу, то есть вероятность, что он пойдет на убийство и выкинет меня из этой кабинки…стоп…кабинки?! - МА-А-А-АТЬ! – завопила я, падая ниц, и снова с благоговением прижимаясь к ножке столешницы, сердито отодвигая ботинок Хайчиро, который занял все пространство. Уй ты моя столешница, люблю-ю-ю-ю тебя, дорогая! Я так прониклась рассказом Хайчиро, что забыла о высоте, кабинке и моем страхе. Кей, кажется, впал в прострацию, улетел в астрал, так как на мой истеричный вопль никак не отреагировал. - Ке-е-е-ей, - бодренько протянула я, - Если я кое-что спрошу, ты не выкинешь меня за пределы кабинки? – я выглянула из-под стола, смотря на Хайчиро, который в свою очередь, подал признаки жизни только секунд через десять. - Выкину, - ухмыльнулся он, а я деловито фыркнула: - Ну и ладно, больно надо, - я попыталась гордо вздернуть голову, но стукнулась о стол и сердито пискнув, принялась потирать ушибленное место. Все из-за тебя, Хайчиро, все эти беды из-за тебя, и только из-за тебя! Хочет избежать вопросов? А вот не надо было рассказывать ничего, я же не могу молчать. - Харука…она была замужем? Ну…в общем…чей это ребенок, ты знаешь? – осторожно поинтересовалась я, зажмурилась, тем самым заранее готовясь к возможному взрыву со стороны Хайчиро. Взрыва не последовало, наследник семьи Кей оставался невозмутим, и, задрав голову к небу вздохнул: - Знаю. Страшный был человек. До сих пор сидит в тюрьме, если я не ошибаюсь. На его счету пара убийств, изнасилования, кражи, - Хайчиро горько усмехнулся, - Неплохой у нее был вкус, а? Один регулярно избивал ее, а другой не отставал ни на шаг, доставая своей, никому ненужной опекой. - Это из-за мужа, сломилась ее психика? – все еще осторожно, но более смело спросила я, медленно вылезая из-под столика, стараясь просто не смотреть вниз. К тому же, не так уж и высоко было, мы почти приехали. - Да, - коротко кивнул Хайчиро, - Его арест…добил ее. Каким бы он ни был, он приносил в дом деньги, платил за дом. А тут выясняется, что на нем висит куча долгов, а денег требуют от нее. - И ты ей помог? - Да, оплатил ее долг. Так мы познакомились, - Хайчиро подпер рукой подбородок, задумчиво, рассматривая пейзаж за стеклом. - Ну а ты же ее это…ну это… - Что это? – Хайчиро даже отвлекся от созерцания окна, с прищуром уставившись на меня. - Ну это-о-о-о-о, - из головы начисто вылетело это слово…блин, ну как же это…, - А! – внезапно вскрикнула я, а Кей смотрел на меня уже с опасением, - Я хотела спросить…ты же ее…э…любил? – ух сейчас кто-то получит по губам. Но если меня выкинут из кабинки, то лететь недолго, да-да! - Не знаю, - с явной неохотой буркнул тот, а я, приготовившись вылезать из кабинки, округлила глаза: - Как это не знаешь? Люди говорят, что ты должен это чувствовать! – я со всей дури стукнула себя по груди, - А вообще тебе хоть нравился кто-то? - Не знаю! - Что, никто, ни разу? Ни разочка, даже чуть-чуть? – Хайчиро вылез из кабинки, а я увязалась за ним. - Господи, Такахаши, можно подумать ты каждый божий день в кого-нибудь влюбляешься! - Пф, я ни разу не испытывала ни к кому влюбленности, или как это называют? – я фыркнула, - Просто, судя по твоему рассказу… - Ну, так вот нечего, значит, докапываться до меня с расспросами, - меня нагло, бездушно, бесчеловечно прервали. Но я вовсе не собиралась затыкаться: - Значит, тебе неприятно общество прекрасных длинноногих созданий? - Кого-кого? – притворившись, что ослышался, ядовито поинтересовался Хайчиро, а я невозмутимо повторила: - Прекрасных длинноногих созданий! - Страусов, что ль? – сказал он это так искренне, с таким недоумением, что я не сдержалась и ехидненько заржала. Хайчиро, а вокруг него бегает много-много страусов, пытаясь засунуть голову в деревянные полы. А, прямо картина маслом! Был бы холст с красками - зарисовала бы, ей богу! Я уняла последний смешок, из-за того, что Хайчиро уставился в сторону кабинок. Именно уставился. Не погрузился в воспоминания, а ясным взором вглядывался в темноту. Я ждала, мирно так, пока он вдоволь напялиться. В это время в кармане завибрировал телефон. Смс-ка. От Йоширо. А вот это уже интересно. «От: Йоширо-няшка 19.23 Марш к заднему выходу парка, я вас жду. Только быстрее» Я нахмурилась. Что-то не нравится мне это. Я снова посмотрела на Хайчиро, тот все еще, словно загипнотизированный красотой пошарпанных кабинок все еще не мог на них налюбоваться - Что такое? – живо отреагировала я, проследив за взглядом Кея. - Слушай, пошли уже отсюда, - проигнорировав мой вопрос, бросил Хайчиро, и быстрым шагом зашагал прочь от колеса обозрения, - Весь свой день здесь убил, не надо было соглашаться, - и когда я успела нажать кнопку «вкл», что он так завелся? - С заднего хода идем, - оповестила я, - Йоширо сказал оттуда идти, идем оттуда. - Причем тут вообще Йоширо? – недовольно поинтересовался Хайчиро, а я сердито продемонстрировала ему смс-ку. - «Йоширо-няшка»? – ехидно процитировал он, - Вот так дела! А кем я у тебя записан? Ну-ка дай телефон, - я мигом поняла всю опасность ситуации и отскочила от Хайчиро на расстояние вытянутой руки. Ну уж нет, через мой труп он узнает, как он у меня записан! Тем более если узнает, то настанет проблема глобального масштаба – это существо с углями вместо глаз меня убьет. Каким-то невиданным образом, Хайчиро подлетел ко мне, выхватил мой телефон, достал свой, и набрав мой номер, начал спокойно ждать. Я подпрыгивала, чуть не упала, надеясь заполучить обратно это оружие массового поражения, но тщетно. Хайчиро, этот гигант, Халк, раз уж на то пошло, был под два метра роста. И это с моим-то метром с кепкой его достать? Пару секунд Хайчиро молча, вглядывался в экран, прервал вызов. Убедился, видимо, что звонок поступал действительно от него. Он пару раз моргнул, потом подставил мой телефон к моим глазам: - А теперь читай, что здесь написано. Вслух. Громко. - Скажи, скажи это громко!!! – истерично хохотнула я, вспоминая фильм о гламурных вампирах. - Такахаши…не выводи меня…читай… - М…м… - НУ?! - «МАМА», ну а что такого-то?! - Какого черта ты меня так переименовала?! Почему «мама»? Такахаши, ты вообще с дуба рухнула? - Ну, просто понимаешь, - поспешно начала тараторить я, - Если я запишу тебя по имени, то те, кто берет телефон, узнают, что я с тобой знакома, не комильфо это, слухи по школе разлетятся, а то никто же не знает, и меня это устраивает. А если ты мне позвонишь, я могу в любой момент сказать, мол «Смотрите, мне мама звонит, мне бежать надо», и тебе бы не пришлось меня ждать. Видишь, о тебе же забочусь! – я поспешно зашагала к задним воротам, а Хайчиро мрачной тенью увязался за мной. - Такахаши, скажи мне, вот только честно? - А? - Ты больная? Нет, ну реально, человек в здравом уме до такого не додумается! - Я не больная! – обиженно возразила я, - Я предприимчивая! Другие до такого не додумаются, потому, что у них нет такого великого мозга, как у меня! - Ты больная. Я, передразнивая Кея, сгорбившись, почапала за ним, а потом и вовсе обогнала. Не люблю, когда этот олух впереди шествует, слишком много чести! Минут пять шли молча, слышались только наши шаги, гул прохожих, какая-то идиотская музыка, похожая на американскую попсу. Наконец, я не выдержала и недовольно проворчала: - И вообще, лучше бы спасибо сказал, я тоже, между прочим, свой день убила, чтобы отпраздновать твое день рождения. Ни капли уважения, - тишина-а-а-а….молчит сволочь. Игнорирует, предатель. Я выждала пару минут, затем снова принялась нудить: - Теперь еще и разговаривать не хочешь. Хоть бы сказал, что я сделала? «Мама» - это вообще…знаешь, какой высокий это статус?! Нет, ну Хай…, - я резко повернулась, ожидая увидеть недовольную мину Хайчиро, но меня встретила лишь темнота. И куда люди все делись? Мы же вроде по людной дороге шли? Точно, я же к задним воротам свернула. Страшно-то как, черти ходят, барабашки дебоширят…я передернулась и, в тему атмосфере, замогильным голосом провыла: - Хай-чи-ро-о-о-о-оу-у-у-у-у… - Нету здесь Хайчиро, - раздался внезапно голос откуда-то сзади. Я повернулась на звук, но никого не обнаружила. Не на шутку заинтригованная, я с энтузиазмом поинтересовалась: - Ой, а вы кто, дядя-я-я-я? – по голосу это был именно дядя. - Кхех…скажем так, я твой сон. Во всяком случае, скоро буду им…, - жжение в предплечье, я медленно поворачиваюсь в сторону, откуда мне воткнули иголку, вижу незнакомую физиономию какого-то мужика, а тело тем временем наливается свинцом. Шмякаюсь на пол, от удара, или от той дури, что мне вкололи, отключаюсь.