Вечность, которую дарует смерть.

Да, уже завтра финальная серия Шерлока, и поэтому я решила порадовать фанатов, да и простых подписчиков новой историей в это субботнее утро. Жду вашей критики. Люблю! *Неделю назад.*

* С Днем Рождения, Мистер Холмс. ИА. * Джон раскрыл вас. ШХ * Нас. ИА. * Услышал звук смс и догадался, что я спас Вас тогда. ШХ * Видимо, времяпровождение с Вами пошло ему на пользу. Он не так уж и глуп. ИА. * Джон говорит, что я болван, если не отвечаю Вам. ШХ * Что же, нужно было поблагодарить мистера Ватсона за ваш ответ. ИА. * Он сказал сделать что-нибудь, пока есть шанс, потому что ничто не длится вечно. ШХ * Вечно? После стольких лет Вы заговорили о вечности, мистер Холмс? ИА. * Я отвергаю любые человеческие эмоции. ШХ * Но Вы ведь тоже человек, как и я, окружающие нас. Все мы люди и имеем права на свои чувства и желания. ИА. * Вы все еще верите в сантименты и то, что глупые люди называют любовью. Мне жаль Вас. ШХ * А мне жаль Вас. Сдерживаться столько лет. Просто знайте, что мои чувства к Вам не изменились. Ничего не изменилось, кроме того, что Вы тот еще гад, мистер Холмс. ИА. * Я высоко функциональный социопат, убийца, отвергающий всякие чувства и эмоции, который каждый день подвергает себя опасности, потому что дедукция для меня замена синтетическим наркотикам. ШХ * В первую очередь Вы человек. Мне кажется, сегодня Вы увеличили дозу морфия или это был кокаин? ИА. * Всего лишь новое дело, которое я раскрыл. Серийный убийцы такие непредсказуемые и с ними столько хлопот. ШХ *Вы вновь подвергли себя опасности? ИА. * Мои почки могли отказать. ШХ * Я волнуюсь за Вас, но с Вами был Джон, и это успокаивает меня. ИА. * Доминантка признала свое поражение. К чему Вам беспокоится? ШХ * Вы сказали, что глупые люди называют это любовью. Видимо, я глупая. Так, что сказал вам Джон Ватсон? Вы сохранили ту забавную шляпу? ИА. * Я ходил в ней в кафе. ШХ * Жениться на убийце. ШХ * Джон сказал жениться на убийце и то, что Вы именно то, что нужно социопату. ШХ * Последнее слово всегда будет за Вами, Мистер Шерлок Холмс. ИА. * Вы знаете, где я буду ждать Вас. ШХ * Встретимся в вечности, Мистер Холмс. ИА. * Вы ведь вылетите в Лондон первым же рейсом? Я прав? Влюблённые люди настолько предсказуемы. Все те же сантименты. Сантименты погубят вас. ШХ

**** Сейчас. Лондон. Аэропорт. *** В руках небольшая черная сумка из натуральной кожи. Идя по лондонскому аэропорту, Ирен Адлер ни сколько не сомневается, что в этот раз даже такая стерва, убийца, чертовски опасная женщина, как она, заслужит права быть счастливой. Она настроена серьезно, и сегодня ей плевать на всех тех мужчин, что смотрят на нее, а ведь взгляды мужчин самое ценное, что есть у женщины. Сегодня ей наплевать, что она даже не придает значение женщине, с которой столкнулась в дамской комнате. Обе засмеялись,, посмотрели друг другу в глаза, когда собирали с пола личные вещи. Разговорчивая и улыбающаяся женщина, которая извинялась за случившееся, коснулась ее плеча, не привлекла внимание осмотрительной Ирен Адлер, которая обвела стольких мужчин, имела влияние на самую влиятельную семью Британии и само правительство. Хорошая маскировка и отвлечение, что даже Ирен Адлер не заподозрила ничего. — Грядет восточный ветер. Он уничтожит все на своем пути, - шепчет незнакомка, прежде чем покинуть ее в одиночестве. — Восточный вечер, - бурчит сама себе Адлер. Восточный ветер уничтожит все на своем пути, и Мисс Адлер только в такси замечает пятно засохшей крови на рукаве платья. Видимо, укол в правое плечо восьмилеметровой иголкой, как предположила она, но та, кто желал напасть на нее, просчиталась с местом укола, и она не только почувствовала боль, но и заметила кровь. Кому понадобилось нападать на нее? Кому понадобилась пачкать руки ее кровью? Как она сразу не заметила и не остановила незнакомку? Не остановила и не добилась правды. Уже слишком поздно. Не разговаривает с таксистом, а только повторяет один и тот же адрес: « Бейкер стрит 221Б». Перепуганный мужчина видит, как немеют ее губы, и та, кто всегда была сильной, прикрывает глаза, отбрасывая голову на сиденье. Лучше бы было ему развернуться и отвезти ее в госпиталь, но она четко продиктовала адрес. Сдалась. Ирен Адлер сдалась. За окном уже видны не такие уж и четкие картинки, как это было прежде. Все расплывается, но ей нужно увидеть его. Эта женщина не успокоится, пока не увидит его глаза, не коснется его кожи и только тогда она готова будет закрыть свои глаза и уснуть на вечность. Сдался. Шерлок Холмс сдался, и впервые его единственный друг Джон Ватсон рад тому, что тот сдался. Сдался любви, и ведь это не самый худший проигрыш. Обнимает своего друга, ведь после смерти Мери Шерлок поддержал его, а теперь он обязан поддержать его, пока тот стоит у окна и ждет чего-то. — Миссис Хадсон будет рада новому жильцу, - пытается сказать военный доктор, но, видимо, Шерлок не принимает всерьез его слова. — Навестите нас с Рози, поужинаем. — Ни слова об ужине, - возражает Холмс. — Да, я же забыл, что сытость отупляет, - усмехается Джон, смотря на друга. — Майкрофт сообщил об Эвер? — Наша сестра, да, я занят этим делом, - быстро отвечает детектив. — Она пыталась пристрелить меня, скрылась после того, как Ваш выстрел спугнул ее, - говорит Джон. — На это и был и расчет, - улыбается Холмс, оборачиваясь к нему. — Это семейное дело, и вскоре оно будет закрыто. Майкрофт решит все. Служба безопасности ищет ее. — Можете рассчитывать на меня, - убедительно произносит Ватсон. — Такси, - складывает руки в своем фирменном жесте, как только слышит звук приближающейся машины. — Я думал, что у нас есть еще минуты четыре, но, видимо, таксист ехал быстрее. Почему? Что случилось? Я точно знаю, сколько времени уходит, чтобы добраться с аэропорта до Бейкер стрит. — Ей не терпелось увидеть Вас, вот она и потопила водителя, - успокаивает его Ватсон. — Идемте. Встретим гостью. Открывает дверь и видит не ее коварную, но притягательную улыбку, а перепуганного молодого водителя такси, который даже и слова сказать не мог, словно не мог прийти в себя после длительного сна. Парень даже не помнит, как ему удалось покинуть автомобиль и позвонить в дверь, прежде чем столкнуться с детективом и его другом доктором Ватсоном. — Посмотрите мне в глаза? Что произошло? – медленно говорит Джон, пытаясь уловить его взгляд. — Шерлок, он в состоянии шока. — Это исправимо, ударьте его по лицу, у Вас это неплохо получается, - отвечает тот. — Э-э-э-т-а женщина, - указывает на свой автомобиль. — Она неожиданно побледнела и потеряла сознание. Я предложил отвезти ее в госпиталь, но она повторяла этот адрес. — Успокойтесь, все будет хорошо, - Джон касается плеч водителя, заглядывает в глаза, чтобы убедиться, что тот пришел в себя. Восточный ветер - ужасная сила, сметающая все на своем пути. Он выискивает ничтожных и сдувает их с земли. Она цепляется за жизнь, когда его руки охватывают ее за талию. Цепляется за жизнь только, чтобы почувствовать его дыхание, сжать пальцы рук. Он рядом с ней, и она будет жить, а ее сердце стучать. Она цепляется за жизнь, пока находится в его объятьях, плену. Ведь он ее мир. Голова кругом, но Шерлок пытается понять, что же с ней произошло, ищет ответы в глубинах своего разума, но заблудился. — Боже правый, Шерлок! Что произошло? – быстро говорит Джон, когда детектив с Ирен на руках проходит мимо его и водителя. — Я не знаю, - признается детектив. — Звони Хупер, пусть поторопит скорую, кровь для анализа. Скорее всего, это медленно действующий яд, и нужен антидот. — Я осмотрю ее, - предлагает свою помощь Ватсон. — Да, Вы ведь хороший доктор, и не забудете о такси, - поднимаясь наверх по лестнице, напоминает детектив. — Платить опять мне, - тяжело вздыхает Джон, впуская водителя в дом. — Миссис Хадсон, приготовьте чая. — Я не Ваша домработница, - возмущается миссис Хадсон, когда Джон вводит парня на кухню. — Позаботься о нем, мне нужно к Шерлоку, - говорит, прежде чем оставить пожилую даму. Спешит подняться за другом, ведь Джону Ватсону не чужды человеческие эмоции, в отличие от Шерлока Холмса, который, кажется, и сам позабыл тот момент, когда оборвал всякую связь со своей человечностью и отрекся от мира, наполненным чувствами и эмоциями. Джону Ватсону не чуждо все то, что великий детектив называл глупостью и не стоит скрывать, что тот волнуется за своего единственного лучшего друга. Холмс был с ним в самые трудные моменты его жизни, и теперь настал его черед быть рядом с ним и утешать его, показать, что в этом мире он не одинок. Одинок. Колени прижаты к полу, и тот отчаянно пытается уловить ее взгляд. Взгляд, в котором уже погас огонек надежды. Ее взгляд угасает, ведь в этот раз Ирен Адлер не сумеет обмануть, и ее ждет свидание со смертью. Она не сумеет обмануть смерть. Одинок. Даже самый известный детектив в мире запутался. Запутался, ведь на его руках умирает та, чувства к которой он отвергал столько лет. Отвергал, ведь любовь только дефект, который отвлекает от более важных и интересных дел. Запутался, ведь имея столько раскрытых дел, пойманных преступников, Шерлок Холмс не может раскрыть ее дело. Не может отыскать ответа на вопрос: « Кто же желал ей смерти и отважился на это преступление?» Впервые у великого и гениального Шерлока Холмса нет ответа на вопросы, но ответы есть у нее, и именно Ирен Адлер раскроет это дело. Дело ее собственной смерти. Последнее дело чертовски привлекательной и опасной преступнице Ирен Адлер. Она раскроет это дело, ведь тайна ее смерти известна только ей. — В аэропорту была женщина, мы с ней столкнулись и, отвлекая меня разговором, она что-то вколола в мою правую руку. Иголка была тонкая, и я не должна была заподозрить это, если бы не одно «но». Она попала в вену, поэтому остался еле заметный синяк, а боль я почувствовала, уже сидя в такси, - задыхается, но не сдается, пытается откашляться. — Не думала, что раскрою дело своей собственной смерти. — Вам удалось поразить меня, - произносит детектив. — Она говорила еще что-то, - пытается сказать, голос срывается. — Что она говорила? – трясет, охватывает руками ее лицо, только чтобы она не закрыла глаза, ответила на его вопрос. — Восточный ветер, - приподнимает голову, касается ладонью его лица. — Боже, я говорила какие у вас скулы. — Сказка, которую мне в детстве рассказывал Майкрофт, - вспоминает Шерлок, собирая в своей памяти обрывки воспоминаний воедино. — Восточный ветер - разрушительная сила, которая уничтожит все на своем пути. — Шерл-л-л, - пытается сказать Джон, но его лицо отражает только ужас при упоминании восточного ветра и этой истории. — Эвер. Имя вашей сестры Эвер. — Я знаю, что родители любят ужасные и странные имена. И я знаю, что Эвер божество восточного ветра в древнегреческой мифологии, - Холмс прекрасно понимает, что говорит, но часть его отказывается верить в то, что его сестра преступница, но на его руках задыхается та, кто полюбила его, и это заставляет его оторваться от своих мыслей и взглянуть на нее. — Я же говорил, что сантименты Вас погубят. Мне не нравится любовь. Это неважное, и это ненужное, отвлекает от работы. Но прежде всего, это больно. — Но я не могу не чувствовать это, - ясно и четко говорит женщина. — Я люблю Вас и не могу запретить себе чувствовать. — И это Ваша вина, Мисс Адлер, - твердо, без какого-либо доли сомнения произносит Холмс. — Умереть не самое худшее, что происходило со мной, - тянется к его губам. Тянется, чтобы коснуться своими губами его губ. Почувствовать все то, чего она была лишена, полюбив его. Почувствовать мягкость его губ и сладостность поцелуя. Если судьба решила ее возможности просыпаться в объятьях возлюбленного, то позволит ей умереть в его объятьях. Он напуган и запутан, когда ее холодные, сухие губы касаются его губ. Но в тот момент, когда он познал поцелуй Ирен Адлер, словно вышел из транса, успокоился. Сдалась. Умерла. Пыталась дышать. Сдалась. Проиграла дуэль со смертью. Сдалась. Ускользающий пульс. Прекращение дыхание. Мертвый застывший взгляд. Шерлок может сопротивляться почти всему, отказался от семьи и друзей, в том числе наркотической зависимости, но перед ее прощальным поцелуем. Не сопротивлялся, ведь этот поцелуй их прощание. Прощание и проигрыш. Оба проиграли смерти. Джон Ватсон видел своего друга в разных состояниях и не может забыть, но сейчас... Как он отреагирует на то, что та, что не проигрывала, проиграла смерти и ушла в вечность на его руках. Джон Ватсон потерял жену и знает, как тяжело дается прощание с близкими. Знает и помнит, как не скрывал свои эмоции, прижимая к себе тело умершей жены. Плакал. Кричал. Злился. После существовал в одиночестве, не спал ночами, даже разговаривал сам с собой, веря, что Мери жива, веря в чудо. Считал, что Мери не заслужила всего этого. Отказывался верить во все это. Отказывался верить в ее смерть. Шерлок спас его тогда. Джон Ватсон видел Шерлока под действием наркотиков, когда тот раскрывает очередное дело, отдавшись полностью работы, не похожего на себя. Шерлок не впервые сталкивается со смертью, но как он отреагирует сейчас? За столько лет знакомства даже Джон Ватсон не знает. Не знает, станет ли тот палить в стену из своего пистолета, будет бить стекло или подсядет на наркотики, возьмется за новое или позволит эмоциям взять вверх над собой. Ведь только поддавшись эмоциям, пролив слезы, можно перезагрузить мозг, выплеснуть все то, что скопилось в душе, и только так можно собрать оставшиеся силы и двигаться дальше. Двигаться вперед. Джон Ватсон пережил все это. Сдался. Слишком поздно, и в этом Джон Ватсон был прав. Стало слишком поздно. Трясет, отпускает ее влажные ладони, ведь ему больше не нужно считать ее пульс. Сперва ускользающий, прерывистый, а сейчас ничего, только холод. Ирен Адлер мертва, а он молчит. Она мертва, дыхание остановилось, кожные покровы синеют, губы застыли навечно. Ушла в вечность. Шерлок молчит, кладя ее тело на пол. Молчит, смотря в ее мертвые глаза. Глаза в глаза. Сейчас у него такой же холодный, стеклянный застывший взгляд, как и у нее. Застывший взгляд и молчание. Молчание лучше. Ватсон молчит, стоя на пороге комнаты, так и не решаясь сделать несколько шагов в сторону друга. Даже не может дышать, а на щеке одинокая слеза, ведь большего он себе и позволить не мог. Молчание лучше, чем проявления эмоций, молчать не так больно, нежели рыдать и кричать о своей боли. Молчать лучше и проще, чем разбираться со всеми этими необъяснимыми чувствами печали и тоски, которые он испытывает прежде. И, конечно, Шерлок Холмс желает чувствовать все это. Сейчас не желает чувствовать все то, что желал испытать рядом с ней. Не желает чувствовать, ведь уже слишком поздно. Не желает проявлять сантименты, что проявляла она. Желает остаться собой: холодным и бездушным, чтобы никто не догадался, что внутри его все взрывается, бурлит, что даже Шерлок Холмс не знает, как реагировать на смерть дорогому ему человека. Не знает и не желает вообще ничего чувствовать. Ведь что такое чувства и сантименты — это просто опасные недостатки. Опасные недостатки, которым он готов был поддаться, но сейчас уже слишком поздно. Шаги на лестнице. Ровно через девять минут, как и предполагал Холмс и по особенности походки, он с легкостью определяет, что это Молли Хупер и миссис Хадсон. Останавливаются в пороге комнаты. Молли замирает, видя труп прямо посреди комнаты сыщика и своего друга, не верит в то, что это та самая женщина, которая должна была умереть около пяти лет назад. Тогда она обошла смерть, ведь Шерлок спас ее, а сейчас он проиграл смерти и понимает, о какой вечности она говорила. — Ты можешь пройти и констатировать смерть, Молли, - оборачивается к ним Шерлок. — Смерть? – испуганным голосом говорит Джон, вставая перед миссис Хадсон, чтобы та не видела происходящего в комнате. — Да, ты же доктор, Джон, остановка легких, все симптомы, цианотичные пятна, а после отключается мозг, и остановка сердечной деятельности, - спокойно произносит Шерлрок. — Это ее и убило. Остановка легких. — И Вы так спокойно говорите об этом?! - открыто возмущается Джон, преграждая путь другу. — Да, мы еще встретимся в вечности, - отталкивает Джона, чтобы выйти в коридор и спуститься на первый этаж. — А сейчас я должен опередить восточный ветер. У любви нет конца, потому что она вечна. Ушла в вечность, которая не имеет конца. Вечность, которую дарует смерть. Ушла туда, где нет конца. Боль со временем утихает. Нужно просто немного времени. Нужно немного времени, и они встретятся в вечности, которую им дарует смерть.