Зверь

      Прошла неделя с их последней встречи, но парень так и не появился в их магазине. То ли он сам не был готов к тому, что сделал, то ли таким образом давал ей подумать над его словами. А девушка не знала, как поступить, он нравился ей, но она не была уверена, что понравится ему, когда он узнает её ближе. И сердце ее разрывалось от этих мыслей. Она боялась, что это лишь тяга к неизведанному, что его тянет её изучающий взгляд из-под полуопущенных черных ресниц и секреты, которые под ними скрываются, но делиться которыми она пока была не готова. Возможно, эти секреты и не были такими уж страшными, но были весомыми для неё. Секреты её одиночества, которое разрушало и являлось спасением. Никогда в её жизни не было того, кто по-настоящему мог бы понять, заглянуть в душу, увидеть шрамы. Ни родители, ни друзья, ни с кем из них она не была открыта полностью. Но Чанель, ей казалось он не такой, его улыбка и взгляд, такой пронзительный и бесконечно добрый, она хотела, чтобы он стал её всем, но боялась разрушить его, поэтому решила держаться на расстоянии. Кто же знал, что судьба распорядится иначе. Чужие мужские руки крепко держали меня за плечи и это давало иллюзию ощущения нужности и уюта. Так давно я не чувствовала этого, любви, комфорта, надежды на то, что теперь то уж точно все будет хорошо. Мозг мой мыслил не слишком ясно, но это ничего страшного, я знаю, что так начали действовать успокоительные, которые дали мне эти люди. Да, здесь я буду нужной, буду своей. Они дали мне новую одежду и ужин, так как к обеду мы не успели. Это из-за дождя, он лил уже неделю, пути размыло, и пришлось ехать в объезд. Я страшно устала с дороги, но еще не могу пойти спать – они хотят познакомить меня с очень важным человеком. Человек, до этого обнимавший меня, теперь уже тихонько гладил меня по волосам, пока моя голова покоилась у него на коленях. Так хорошо, так спокойно. Это спокойствие, словно сладкий мед, разлилось у меня по венам вместо крови. И сердцу приходилось медленнее сокращаться, перекачивая этот густую, тягучую сладость. Он забирал мои печали и нехорошие мысли и превращал их в красивое, прозрачное золото, неизвестно откуда бравшееся у меня внутри. Оставаясь в этих мыслях, я не заметила, как вокруг поднялся шум, какие-то люди держали меня за руки и начали что-то кричать друг другу про бинты. Мужчина, гладивший до этого мои волосы, теперь говорил с какой-то рыжей девушкой напротив меня: - Зачем ты сделала это? - Я всего лишь хотела попробовать мед. «Кто эта девушка? Откуда она знает про мед?» пронеслось в моей голове, перед тем как все в глазах поплыло.       За окном все небо затянули серые тучи, не было и намёка на солнце, дождь не просто лил как из ведра, это была тёмная стена воды. А в душе рыжей было ещё хуже, там давно поселилась чернота, но теперь она разрасталась. Последний раз это возобновилось три месяца назад, но все закончилось хорошо, и с тех пор ничего не происходило. Ровно до этой недели. Депрессия заново накрыла её с головой, таблетки почти не помогали. Она не хотела жить, но понимала, что это болезнь, что надо бороться, что мама не переживёт её очередную попытку суицида. Впервые это началось когда ей было пятнадцать, и она отчётливо помнила фразу, которую сказала тогда накаченная успокоительными мать, и от которой сердце сорвалось вниз: "Твой брат разбился на мотоцикле, похороны будут завтра". Это полностью перевернуло её мир: самый лучезарный, самый близкий и родной человек, который всегда понимал и поддерживал её, умер. Она каждую ночь рыдала несколько недель, пока просто не перестала что-либо чувствовать, будто сумела отключить свои эмоции и чувства. Она скатилась в учебе, сбегала из дома, проводя по несколько часов в заброшенных местах, где могла уединиться. Но сейчас девушка не могла оставаться одна, тишина и одиночество давили на неё, заставляя напоминать о том, что она одна, её самого близкого человека давно нет, нет уюта и любви. Она нуждалась в надежде на лучшее, в ослепительном свете солнца, который излучал только один известный ей человек. Рыжеволосая нуждалась в Чанеле, который больше не заходил в их магазин. Она сидела на диване, чувствуя, как стены давят на неё со всех сторон, а монотонный звук дождевых капель заполняет черепную коробку, будто кто-то долбит по серому веществу сотней тысяч маленьких молоточков, как ребенок долбит своими ладошками по луже, в которой сидит, заставляя ее мелкими брызгами разлетаться в разные стороны.       Схватив, лежащие на тумбочке ключи, она поторопилась выйти из квартиры на воздух, которого катастрофически не хватало. Но выйдя на улицу, девушка поняла, что свежий воздух и дождевые капли не в силах решить проблему. Она быстро пересекла улицу и села в машину. Ей хотелось уехать куда-то подальше от дождя, от депрессии, которая накрывала её все сильнее, нежно сжимая свои холодные пальцы на тонкой девичьей шее и перекрывая доступ не к кислороду, а к желанию жить. Рыжая знала, что депрессия это не серость и скука, а чёрная пустота, беспощадно всасывающая в себя человеческие души, стирающая их лица, оставляющая пустые безликие оболочки, не способные заполниться снова. И народная мудрость о том, что пустотой сосуд звенит громче тут была не права, эта пустота молчала, поглощая любые звуки, порождая лишь угнетающую, льющуюся отовсюду тишину. А ещё она знала, что однажды из этой черноты выйдет зверь, монстр, тело его будет вытянуто, а конечности остры, как лезвия, и он отберет последнее, что у неё есть. Суицид отберет у неё жизнь. Ей снова хотелось почувствовать хоть что-то, пока не поздно.       Машина рванулась с места. Выехав на прямую дорогу, девушка вжала педаль газа в пол сильнее, заставляя свою ласточку нестись на предельной скорости. Она хотела почувствовать хотя бы самую простую эмоцию - страх. Дворники не справлялись с интенсивным дождём, а колеса начали проскальзывать на лужах, логика кричала, что пора остановиться, пока это не сделало дерево или бетонная стена. Но что-то опередило девичьи мысли. Глухой стук, женский крик и визг тормозов. Рыжеволосая вышла из машины, не понимая, что происходит. Ливень тут же намочил всю её одежду и волосы, ставшие темными, будто в её родной теплый рыжий оттенок вмешали грязь. Девушка обогнула машину, а в следующую секунду в её голове эхом отозвался собственный голос: "я убила человека". Сердце больно сжалось, пропустив удар, а потом будто заледенело. Перед ней на асфальте лежал красноволосый парень, чьё лицо больше не украсит чистая и широкая улыбка. Она убила маленького принца. Она убила Пак Чанеля.