Мне тоже

Рафаэль Сантьяго очень стар. И пускай это никак не отражается внешне, но внутри он буквально чувствует, как тело наливается свинцом и всё, что интересовало его когда-то, вдруг напрочь теряет свой смысл, растворяясь в череде десятилетий. Он устал. Он просто по-человечески устал. Это ирония бессмертия — оно дарит тебе вечную жизнь, но ты не живешь. Рафаэль Сантьяго привык волочить свое жалкое существование, словно тяжелое бремя, потому что он был ответственен за многие вещи — за себя, за клан, за одного раздражающего новообращенного… Саймон Льюис. Мальчишка Сумеречных охотников, которых Сантьяго просто терпеть не мог. Он неправильный, думает Рафаэль, он странный и глупый и умрет он самым первым. Странно, но после таких мыслей его надолго покидает хорошее настроение, зато появляется дурацкое желание предоставить Саймону всю защиту, на которую Рафаэль способен. И это плохо. Это просто ужасно, это катастрофа. Потому что Рафаэль Сантьяго слишком стар, чтобы заботиться о ком-то так сильно и самоотверженно, как об этом мальчишке. Саймон Льюис по-настоящему упрям. Он никого не слушает, никогда не думает о последствиях, а еще он постоянно ошивается вокруг этой рыжей Фэйрчайлд, что дико бесит Рафаэля. И, конечно же, это не ревность, потому что Рафаэль Сантьяго слишком стар, чтобы ревновать кого-то. Но эта охотница является вечной проблемой — она все время придумывает какие-то опасные затеи и не забывает втянуть в них и Саймона. Однажды она и её друзья-Нефилимы притащили бессознательное тело Льюиса в настолько плачевном состоянии, что тот не приходил в себя еще четыре дня. Его позвоночник был сломан и, хотя вампиры и восставливаются довольно быстро, это заняло почти месяц, прежде чем Саймон смог снова нормально ходить, не хромая на каждом шагу. Поэтому, когда мальчишка без стука вбежал в кабинет главы клана, тяжело дыша (будто ему это необходимо), Сантьяго мысленно перебирает в голове все возможные варианты причины его появления. Все сводится к мысли, что надоедливая охотница снова позвала его куда-то, и, конечно же, Саймон не может ей отказать, оправдывая это давней дружбой, но Рафаэлю кажется, что тот просто слепо носится за ней, будто глупый щенок. — У Изабель День рождения, — без предисловий начал Саймон, останавливаясь напротив массивного дубового стола лидера клана. — Она пригласила меня в Пандемониум.Там еще будут Клэри, Джейс, Алек и Магнус и, может быть, Лидия, но я не уверен. Я забежал, чтоб сообщить, что собираюсь провести ночь там, так что… — Нет. Саймон прервал свой поток слов, потрясенно моргая. — Что, прости? — Нет, — снова повторил Рафаэль, пожимая плечами. — Но почему?! — казалось, мальчишка задыхался от возмущения. Сантьяго растянул губы в злой усмешке и склонил голову. — Тебе напомнить, что случилось в последний раз, когда я позволил тебе отправиться в Пандемониум со своими дружками-Нефилимами? — Не стоит, — Саймон скривился, как от зубной боли, на что Сантьяго только ухмыльнулся. — О, а я думаю, что стоит, — невзирая на протесты вампира, хмыкнул он. — Ты напился до потери сознания. И ладно бы нормальными напитками — нет же, тебя почему-то потянуло на фейрийские коктейли, хотя я много раз предупреждал тебя, что от них нельзя ждать ничего хорошего. Но ты не послушался меня — снова — и влип в неприятности — снова. А ведь именно мне потом пришлось расхлебывать то, что ты натворил, а ты, позволь напомнить, едва не развязал войну с оборотнями, когда в пьяном бреду попытался укусить одного из них. Поэтому, mi sol*, нет, я не разрешаю тебе выбираться туда снова без моего присмотра. Саймон хитро прищурился. — Без твоего присмотра, говоришь? Ну так иди со мной и присматривай, раз тебе так хочется. Но я обязательно пойду туда и даже ты меня не остановишь! Рафаэль иронично улыбнулся, выражая свое глубочайшее сомнение по этому поводу. Саймон уныло скривился. — Да брось, это же День рождения Иззи, я не могу его пропустить! Она обидится, а расстраивать её — это то, чего я хочу в последнюю очередь. Рафаэль моментально ощетинился. Что-то ощутимо кольнуло в его мертвом сердце и это сбивало с толку. Рафаэль Сантьяго не может чувствовать подобного по отношению к этому юному нескладному вампирёнышу, да вообще ни к кому! Это было неправильно. Рафаэль Сантьяго слишком стар, чтобы быть влюблённым в кого-то, а тем более в этого маленького idiota, в этого глупого птенца, в новообращенного юнца! Даже сама мысль об этом приводила вампира в ярость. Похоже, Рафаэль глубоко погрузился в свои мысли, слишком долго пытаясь расставить по полочкам свои чувства после неконтролируемого урагана по имени «Саймон Льюис», потому что он не успел уловить тот момент, когда мальчишка подскочил к двери на вампирской скорости и, уже выходя из кабинета, бросил напоследок: — В полночь в Пандемониуме. Не опаздывай. *mi sol — солнце моё *** Если бы Рафаэля кто-либо спросил, что он делает сейчас в клубе, сидя в стороне и наблюдая из-за угла за шумной компанией молодых Сумеречных охотников, он бы не смог дать точный ответ. Сантьяго и сам не вполне осознал тот миг, когда собственные ноги несли его по знакомой улице с любимым заведением Магнуса. Если быть честным, он и не собирался появляться там. Праздники Нефилимов не интересовали его ни в коей мере, а просто ради того, чтобы провести время под аккомпанемент оглушительной свето-музыки, он бы точно не пришёл бы сюда. Так что Сантьяго здесь забыл? Конечно, он прекрасно знал ответ, но признавать его не хотелось. Просто Саймон Льюис, глупый новообращенный мальчишка, бездарный недовампир попросил его об этом. Вот черт, Рафаэлю определенно не нравилось то, как легко он согласился прийти. Но что не нравилось ему ещё больше, так это то, как именно общался Саймон с этой Изабель. Рафаэль не мог не заметить, что ладонь девушки то и дело оказывалась на теле Льюиса: то на плече, то на руке, а один раз вампир выхватил взглядом, как та опустилась на бедро парня. И тот никак не отреагировал на этот выпад, будто так и должно происходить! Сантьяго чувствовал, как все внутри него моментально закипело, заставляя кулаки яростно сжаться, а клыки впиться в нижнюю губу. Рафаэль выдохнул и попытался успокоиться. Ему не следовало позволять эмоциям вырваться наружу, когда он был в опасной близости с полусотней примитивных, чья кровь так соблазнительно мчала по венам, такая живая и теплая… Рафаэль судорожно втянул воздух, пытаясь убрать клыки и когти, которые настойчиво вспарывали его кожу, оставляя за собой глубокие царапины, из которых потихоньку начинала сочиться ледяная мертвая кровь. Он откинул голову и сосчитал до десяти, затем в обратном порядке. Нестерпимый гнев и агрессия, которые просто переполняли его, исчезли, оставляя за собой неприятный осадок. Рафаэль распахнул глаза и недовольно покачал головой. Этот птенец имеет слишком большую власть над ним, больше, чем Сантьяго мог ожидать, больше, чем он сам желал. Каким-то образом мальчишке удалось заставить его сделать то, чего он никогда себе не позволял — потерять контроль. И тогда Рафаэль осознал, что он боится. Потому что Рафаэль Сантьяго слишком стар, чтобы зависеть от кого-то настолько. — Рафаэль? — вампир дёрнул головой в сторону голоса, зовущего его, выбираясь из собственных мыслей. Несмотря на громкую музыку, он отчетливо расслышал каждый звук и быстро рассмотрел того, кто обращался к нему. И, ну конечно же, это был Магнус, старый проныра, кто же ещё. Он расположился за столиком шумно празднующих Нефилимов, уютно облокотившись спиной о грудь своего охотника, буквально повиснув на нём. На удивленный вскрик мага обернулся Алек, а за ним и Джейс, и Клэри, и младшая Лайтвуд. Вскоре на вампира обрушились пораженные взгляды всех охотников, на что тот только выразительно поднял бровь. Он хотел уже было подняться с места и убраться прочь, как вдруг напряженное молчание потревожил голос Саймона. — О, Рафаэль, ты всё же решил присоединиться? — весело поинтересовался он, расплываясь в широкой улыбке. — Ребята, я пригласил и Рафаэля тоже, потому что иначе я бы вряд ли смог бы быть сейчас с вами. Надеюсь ты не против, Иззи? — по выражению её лица было видно, что Иззи ещё как против, но она ничего не стала говорить. Вместо этого она лишь чуть отодвинулась, освобождая место для Сантьяго. — Я и не собирался присоединяться к вам, — пробормотал Рафаэль, нахмурившись. Саймон на это только фыркнул и жестом указал на стул для старшего вампира. Беседа Нефилимов снова возобновилась, но Сантьяго всё равно чувствовал некоторое напряжение в воздухе. Он не чувствовал себя комфортно среди этих людей и всё, что ему оставалось делать, это исподтишка поглядывать на Льюиса, который прекрасно влился в разговор. Может даже слишком, потому что принялся активно жестикулировать и что-то громко выкрикивать. Что-то определенно глупое и бессмысленное, как он понял по раздраженно закатившимся глазам Эрондейла и легкой насмешливой улыбочке рыжей. Магнус со своим Ангелом и вовсе его не слушали, занятые друг другом. Зато слушала Изабель, зачарованно улыбаясь и рассматривая лицо Саймона, чем выбешивала Сантьяго окончательно, и без того недовольного своим присутствием среди них. — Ладно, птенчик, собирайся, нам пора, — протянул Сантьяго после часа этих мучений, которые глупые охотники называли разговором. Саймон, продолжающий что-то вещать мило улыбающейся Изабель, моментально встрепенулся и недовольно посмотрел на старшего вампира. — Я никуда не пойду, — твёрдо решил он. Сантьяго насмешливо вздернул бровь. — Через полчаса начинается рассвет. Пойдёшь, если не хочешь сгореть на солнце. Всем своим видом Саймон показывал, что не желает покидать компанию и готовится долго и упорно спорить, но ко всеобщему удивлению, Клэри неожиданно поддержала Сантьяго. — Рафаэль прав, Саймон. Тебе небезопасно задерживаться, ты же знаешь, — с миролюбивой улыбкой сказала она. Саймон тяжело вздохнул, но кивнул. — Жаль, что ты уходишь так рано. Приходи завтра ночью в Институт, ладно? Отпразднуем по-настоящему. — Да, Саймон, обязательно приходи, — закивала Лайтвуд. — Пойдем, я проведу тебя. Льюис безропотно встал и направился к выходу, заставляя Рафаэля возмущенно вскинуть брови. Надо же, когда глава его клана говорит ему уходить, он не слушается, а когда какая-то охотница делает то же самое, он легко подчиняется. Рафаэль подавил в себе яростный рык и последовал за Саймоном. — Здорово, что ты таки пришёл, Саймон, — улыбнулась Изабель, мягко положив ладонь на предплечье парня. Рафаэль только фыркнул на это. И, кажется, слишком громко, потому что охотница удивленно обернулась, а в следующий миг её лицо озарилось хитрой ухмылкой. Рафаэль нахмурился, не понимая реакцию девушки, но всё прояснилось, когда она резко обернулась к друзьям, продолжавшим сидеть за столиком и наблюдать за ними. — Эй, ребят! Саймон такой душка, правда? — пропела она, тихо посмеиваясь. Сантьяго едва не поперхнулся от изумления, но уже через секунду он снова был готов рвать и метать от ядовитого чувства, переполняющего его изнутри. И тогда Изабель решила добить его. — Он так мне нравится! Всё. Второй раз за одну ночь выдержка и контроль, воспитываемые Рафаэлем около сотни лет, полетели к чертям. Вампир схватил оторопевшего Саймона за руку, больно впиваясь в кожу появившимися когтями, и потащил его наружу. — Что за… Что ты делаешь?! — взвился Льюис, опомнившись. — Заткнись, idiota! — прошипел Рафаэль, толкнув Саймона к стене и прижав его своим телом. Парень хотел было что-то возразить, но Сантьяго быстро накрыл его губы своими, сминая их в грубом поцелуе. Саймон под ним дернулся, будто хотел вырваться, но потом мгновенно расслабился, толкаясь навстречу губам и приобнимая за шею. — Мне тоже, — едва слышно выдохнул Рафаэль в губы Саймона. — Что? — Мне тоже… Нравишься, — прошептал Рафаэль, глядя прямо в глаза Льюиса. Тот моментально смутился и опустил голову. —И…И мне, — пробормотал он, смущенно закусив губу. Сантьяго на это только фыркнул и кивнул в сторону дороги, ведущей в Дюморт. — Пойдем домой. *** — Чёрт возьми!..— потрясенно выдохнул Алек. Ему вторили изумленные голоса друзей, также наблюдавшими за всем происходящим через окно. — Он что, действительно только что?.. Во имя Ангела, он поцеловал его! — Ну я же говорила! — победно усмехнулась Изабель, отсалютовав брату бокалом с коктейлем. — Суровый вампир конкретно запал на нашего секси-ботаника. Клэри ошеломленно покачала головой. — Господи, я поверить не могу, — пробормотала она. — Но Иззи, ведь Саймон тебе тоже нравится. Зачем ты сделала это? Изабель пожала плечами. — Ну, похоже, что Сантьяго он нравится чуточку больше, чем мне. К тому же, я бы не сказала, что его чувства безответны, — задумчиво протянула она, глядя на двух вампиров, неспешно шагающих по ночной улице Нью-Йорка.