blueberry honey

Эвен сидел на конструкции из деревянных ящиков, представляющих собой своеобразное кресло заложенное парой пушистых пледов и подушками различных размеров и цветов. Как оказалось, в квартире Исака был небольшой открытый балкон, но его юношеский максимализм требовал чего-то большего, и так как квартира находилась на последнем этаже, а крыша, построенная нетипичным способом, позволяла поставить к ней лестницу и без проблем пользоваться её половиной. Исак говорил, что на разрешение от владельцев ему потребовалось, не так уж и много времени, а получив его, он тут же купил удобную деревянную лестницу в Икее и постепенно помещение начало заполняться всевозможными уютными вещами, которые сносили друзья Исака и коробками, которые потом превращались в кресла. Взгляд Эвена был устремлен на одну из гирлянд фонариков, постепенно становящихся ярче, а подушечки пальцев обжигала горячая кружка с мятным чаем, растекаясь теплым, солнечным теплом от ладоней по всему телу. Из сосуда тонкой струйкой поднимался сизый пар, смешиваясь с морозно-теплым весенним воздухом, пропитанным пирогом Исака и цветом вишни, расцветающей в дворике внизу. Легкие порывы ветра слегка колыхали фонарики, обвешенные по всему периметру балкона-крыши, а солнце отбрасывало последние закатные лучи на кирпичную стену и растения, которыми так же был уставлен весь балкон. Один из цветков, обвитый металлической проволокой с фонариками-звездочками, доходил Эвену почти до подбородка, а его плотные, темно-зелёные листья были похожи на ладони гиганта. Из квартиры послышался шорох, а потом последовал негромкий удар. - Вот, нашел! - вскрикнул Исак, взбегая по деревянной лестнице, удерживая в руке белый полароид. - Нашел, что? - с интересом повернул голову Эвен, ставя кружку с чаем на белый деревянный столик. Исак подошел к Эвену почти в плотную, закрывая собой закатные лучи солнца, сосредоточенно переключая настройки на гладкой белой поверхности полароида. В какой-то момент он рассержено нахмурился и тихо выругался, вызывая легкую улыбку у Эвена, а уже в следующую секунду Исак, наконец-то настроивший камеру, наставил её на Эвена и нажал на кнопку. Слегка опешивший парень наблюдал за тем, как пока ещё пустая фотокарточка с характерным скрежетом выдвигается из маленького отверствия. Исак выхватил её и со счастливым блеском в глазах, словно маленький ребёнок, начал трясти её из стороны в сторону. - Хэй! Ты не можешь вот так подкрадываться и фотографировать людей, - насмешливо сказал Эвен, наблюдая за парнем, который теперь с энтузиазмом отыскивал место на толстой, коричневой бечевке, увешенный десятками одинаковых по размеру фотокарточек, только с разными надписями рисунками, эффектами и людьми на них. - Ошибаешься, - широко улыбнулся Исак, - Видишь все эти фотографии? - русоволосый указал на бечёвку, Эвен кивнул, - Все они были сделаны, когда человек не позировал и даже не подозревал, что я буду делать снимок, - увлеченно начал рассказывать парень, наконец, повесив карточку и теперь, усевшись на кресло напротив Эвена, уплетая пирог с чаем. - Это что-то вроде твоего фетиша, да? - улыбнулся Эвен, рассматривающий разных людей, запечатленных на снимках, где-то они смеялись или танцевали, а кто-то просто стоял не подвижно, без каких-либо эмоций с каким-то грустным, глубоким взглядом. - Ага, - ответил Исак, отхлебывая небольшой глоток чая, - Только так можно запечетлеть настоящие эмоции человека в какой то определенный момент, но единственный минус в том, что на полароиде через время снимки исчезают. - Как-то аллегорично получается, человек может измениться, стать другим, а его эмоции тут, у тебя на стене и только тут можно увидеть каким он был когда-то, - задумался Эвен, продолжая разглядывать фотографии. - Именно! - расширились глаза Исака, - Ты один из немногих, кто меня понимает! Русоволосый перевел взгляд на острую скулу парню, освеченную последними пурпурно-розовыми лучами солнца, такого же цвета, как и редкие легкие, словно сахарная вата, облака на небе, а потом посмотрел в низ, на черный тканевый рюкзак, брошенный не подалеку от своего хозяина. От туда выглядывало несколько карандашных набросков завитьеватого фасада какого-то здания, по неосторожности не сложенных в папку. Эвен уловил взгляд Исака, в котором стоял немой вопрос "Можно?" и еле заметно кивнул, пытаясь скрыть легкую дрожь в пальцах, наблюдая как русоволосый ловко вынимает несколько листов. Парень смотрел на них с таким видом, будто это лучшее, что он видел в своей жизни, а Эвен просто благодарил себя за то, что решил не таскать тяжеленный скетчбук с множеством рисунков Исака, а оставить его дома. - Вау! - восхищенно воскликнул Исак, - Это очень круто, Эвен! - продолжил парень, перебирая акварельный набросок фиолетового пиона, несколько карандашных набросков, судя по всему кувшинов и портреты абсолютно не знакомых ему людей. Исак сел на край кресла Эвена задевая того коленкой, вызывая разряд мурашек у обоих продолжая рассматривать рисунки, начиная задавать вопросы о том, со скольки он рисует и где учится, искренне восхищаясь его работами. - То есть, ты хочешь сказать, что даже не учился в школе искусств? - спросил Исак, изгибая бровь, откладывая рисунки. - Нет, - улыбнулся Эвен, - Просто много рисовал сам, пока не начало получаться. Парень налил в кружку ещё чая из заварника, который только что принёс Исак. На улице уже стемнело, и постепенно начинали зажигаться фонари, окрашивая улицу на которой жил Исак приятным желтым светом. - Если ты не очень спешишь, можем заказать пиццу и найти какой-то крутой фильм на Нетфликсе, - с надеждой посмотрел на Эвена русоволосый, уже заранее посылая к черту вечеринку, на которую его так заставляла прийти Ева. Она обещала, что там он точно найдёт себе девушку, даже не смотря на аргументы Исака, что хороших девушек на вечеринках с кучей алкоголя и наркотиками не бывает. - Да, было бы круто, у меня как раз не было никаких планов, - сказал Эвен, пытаясь врать как можно правдоподобнее, потому что этот вечер он обещал провести в семейном кругу, празднуя приезд бабушки. - Ты знаешь номер хорошей пиццерии? – попытался спросить парень, доставая из кармана телефон, как тут же, через секунду из него раздалась стандартная мелодия входящего звонка, и на экране высветилось “Eva”. Исак сбросил, ловя на себе удивленный взгляд парня напротив. - Просто очень надоедливая подруга, - объяснил русоволосый, открывая крышку ноутбука, лежащего не подалеку и забивая в строчку поиска номер пиццерии. Через минут раздался ещё один звонок, который парень всё так же продолжил игнорировать, засовывая телефон под пушистую подушку, а спустя ещё несколько пропущенных вызовов начали приходить сообщения, кажется, девушка писала их одно за другим и поэтому, звук из телефона становился все громче и почти не прекращался. - Можно мне посмотреть? - спросил Эвен, приподнимая подушку, - Может всё-таки что-то серьёзное. - Да, смотри, только сомневаюсь, что просьбы приехать написанные капсом и с ошибками – это что-то серьезное, - ответил парень, заказывая доставку пиццы через какой-то интернет сайт. - Исак, - Эвен сделал небольшую паузу, заставляя парня повернуться, - Она тут пишет, что если ты не приедешь, то она возьмёт машину Криса и поедет к тебе сама и, судя по тому, что расшифровать то, что она написала, было достаточно сложно, твоя подруга пьяная просто в хлам. Исак рассеяно сверлил взглядом телефон в руке парня, обдумывая сказанное им секунду назад и тяжело вздохнув, поднялся с кресла. - Надо ехать, мало ли, что ей ещё в голову придёт, - русоволосый нахмурился, проклиная тот день, когда он встретил Еву и решил, что эта самая тихая и скромная девушка из всех, которых он встречал. - Я с тобой, - Эвен тоже поднялся с кресла, - У меня есть большой опыт общения с пьяными девушками. - Звучит не очень, - улыбнулся Исак, выпуская Эвена с балкона и захлопывая дверь. - Знаю, но это горькая правда, от которой не уйдёшь, - засмеялся парень в ответ. Через минуту в квартире погас свет, на балконе остался недопитый еле тёплый чай и не выключенный ноутбук с почти оформленным заказом пиццы, а внизу на улице Исак как можно быстрее распахивал дверцы маминой машины и заводил мотор, спеша на помощь подруге, которую в тот момент готов был убить.