Загадки осени или новый путь.

-И все же, я надеюсь, что все будет идеально к нашему приезду. И да, подготовьте, пожалуйста, для Леночки комнату, которая на втором этаже с отдельным гардеробом. Буду благодарна за совершенные действия… -чей-то невыносимый голос…голова раскалывается, мне просто ужасно плохо… Такое ощущение, будто по моему телу проехались пятьдесят раз подряд, мяли всю, били, насиловали… Но жалеть себя буду потом, сейчас стоит разобраться, где я и как выпутываться из этого и нужно ли мне это делать? Насколько все плачевно?.. Я стараюсь открыть глаз, хотя бы один, это сложно. Такое чувство, будто верхнее и нижнее веко промазали клеем и соединили. Неприятно. Но я заставляю себя и совершаю это действие. Проделываю то ж самое со вторым глазом. Я на коже… На кремовой коже… Это обивка сидения. Я в машине, определенно это так. Мы движемся. Я поворачиваю голову, сопровождая это легким стоном. Шея болит, будто меня пытались задушить, выкручивая ее направо и налево. Она сидит рядом. Та, которая похитила меня. Та, которая демон в белоснежном платье. Та, которая вколола что-то в меня. И сейчас эта маньячка везет меня куда-то. И я, конечно же, опять не поразмыслила и вместо того, чтобы притвориться спящей и доехать до места, когда «Ленд Крузер» остановится, выпрыгнуть и попытаться убежать, просто заорала, как психованная дура —это по моей части. Виктория вскрикнула от испуга, видимо, надеялась, что я до сих пор являюсь Спящей Красавицей. А вот ни фига, тетка! Она почти что потеряла управление, но вновь схватилась за руль и свернула на обочину. Вокруг расстилались рыжеватые поля, начиналась таинственная осень, листья раскрасились в различные цвета. Мы были где-то за городом, я посмотрела на 6 айфон, лежавший прямо и потянулась к нему, дабы посмотреть время. Пять часов вечера. Что?! Быть такого не может! Я проспала восемь часов! Я даже столько не сплю, когда учебное время! Как такое может быть? Хм…сосредоточимся на другой проблеме. Я попыталась успокоиться, глубоко вдохнула, в этот момент поняла, что моя мечта покататься на «Ленд Крузере» исполнена и произнесла: -Скажите, куда мы едем и почему я вхожу в состав вашей группировки? Или являюсь жертвой? —я изогнула бровь, очень долго училась этому, надеюсь, что получилось вполне прилично. -Лена, послушай…-смущенно начала она, опустив свои красивые глаза. Тут меня и прорвало. -Не желаю я ничего слушать, вы похитили меня, вкололи какую-то дрянь в мою руку! Мне просто противно и больно от нынешних людей! —на глазах выступили слезы, Машу вать или как там… Я никогда ни при ком не плачу, придется менять правила. —Я отныне не хочу верить в какие-то искренние чувства! Ни в честность, ни в любовь, ни в дружбу…-вспомнив кое-что, по щекам покатились слезы. Виктория все это время внимательно изучала меня взглядом, на лице ее было немного сожаления, а остальное —заинтересованность в моей речи. —И мне противно, что люди ничего не хотят делать на благо их же сородичей! Все бегут за деньгами, забывают свои семьи! —мне показалось, что какая-то тень какого-то секрета промелькнула на красивом лице моей, как мне сказали, тети, но оно вновь стало прежним. Невозмутимым. —И вы…вы просто забрали меня от моей семьи… Хотя…как мне кажется, я счастлива, что больше не с ними… Всегда чувствовала себя не собой дома. Была самостоятельной, на их помощь рассчитывать не приходилось, всегда казалось, будто у меня нет родителей, всегда думалось, что я живу в детском доме, а не в семейной обители…-С чего я так откровенна с этой женщиной? Голова и конечности постепенно отходили, переставали казаться такими тяжелыми и боль тупилась. На самом деле, мне с ней довольно уютно, пусть и сейчас у меня небольшая истерика, пусть она и не обнимает меня, пытаясь успокоить. -Знаешь, Лена, ты такая красивая…-прошептала она. —Я рада, что у меня теперь есть такая д…как там, племянница? —она улыбнулась милой улыбкой, поднесла руку к моему лицу. В моей головушке промелькнула мысль: а не укусить ли мне ее? Но потом я отмела это веником подальше и дала ее гладкой ладони стереть слезы с моих щечек. Это так приятно… Чувствовать, что кто-то может позаботиться и помочь тебе, пусть и таким легким движением. Так, что-то я расслабилась. -Расскажите мне все. Пожалуйста. Вы должны понимать и осознавать, что причин для доверия вам у меня пока совершенно нет. —Голос слегка дрожал, но я старалась крепиться, хотя это казалось более чем сложным. -Да, ты права. —Вздохнула она тяжело, посмотрев прямо перед собой. На чисто-голубое небо, дальнюю дорогу прямо, конец которой скрывал разноцветный лес. Только рисовать пейзажи с таких видов. —На самом деле…это тяжело для меня. —Мимо проехали машины, перегонявшие друг друга. —Я буду говорить кратко, Лена. Я теперь как бы твой опекун. —Она не поворачивала ко мне головы, пока говорила, только глядела пронзительным взглядом вперед, но легче от этого не становилось. Из меня будто весь воздух вышибли. Что она сказала? В голове не единой мысли. Такое чувство, будто все идеи по штучке вытянули цепкими пальчиками. Неприятно, ужасно, тяжело —то, что было на душе на данный момент. И нескончаемая боль. Родители так просто отказались от меня. Пусть мы и никогда безумно друг друга не любили, но ведь привязанность с рождения… Почему же теперь все так?.. Слез не было, хоть все горло перехватил спазм, я молчала. Нет, не могу я снова заплакать при ком-то. Потом. Дома. А где мой дом-то теперь? В голове так и не появилось ничего умного, только жесткий мат, орущий о том, что я тупая сучка-одиночка. Как же фигово. Мне так даже в детстве не было, когда родители меня не замечали, лапая друг друга за все выпуклые места и курлыча друг другу на ушко миленькие словечки. Фу. Мои плечи сами передернулись. -Где мой чемодан? —строго осведомилась я, переплетя свои пальцы до боли в костях. -Он остался у твоего прошлого дома. —Спокойно ответила она. —Не волнуйся. —Ее голос казался слишком равномерным. -Как я могу не волноваться? —огрызнулась я, понимая, что она, похоже, просто издевается над моими чувствами. -Лен, я в состоянии купить тебе много новой одежды. —Невозмутимо произнесла она, выворачивая на трассу. Я хотела было заорать, что хочу обратно, но потом подумала и решила ехать с новой опекуншей… Я осознавала, что предстоит бессонная ночка… Ну…не в том смысле, конечно. Я буду много размышлять, думать о том, что произошло и пытаться понять волю родителей, постараюсь услышать свои чувства, которые подавляла в себе долгое время… А может я просто разложу свои конечности на кровати и буду разлагаться, отдыхать, точнее. Кто знает, что может случиться. За пару часов человек может сделать все что угодно: жениться, влюбиться, простить, умереть, родиться. Посмотрим по обстоятельствам. Интересно, куда я приеду и какой теперь будет моя жизнь? А, плевать! Предательство самых родных людей, пусть и не сильно интересовавшихся о моей жизни, упало мне на голову, как бетонная корова, раздавив несколько раз подряд, не забыв промять все косточки и мозги. -Ладно, я поняла. Правда, я девочка стеснительная и в то же время полная стерва, тетя Вика…-я сжала губы. Было ощущение, как будто я мелкая первоклашка, которая обращается ко взрослым. —Хех, а как мне вас называть-то? —насмешливо поинтересовалась я. —Мы с вами не так знакомы давно, а теперь ещё выясняется, что вы заявляетесь внезапно и говорите, что моя тетя. -Так, -она улыбнулась. Видимо, рада, что я теперь вместе с ней и пока бежать в прошлое не планирую. —У нас теперь столько с тобой интересных дел, милая. —Она вся светилась от победы надо мной, я вытаращила глаза и именно в этот момент поняла, что хочу сделать ее более счастливой. Я моргнула. Какого хрена я так миленько себя с ней веду-то?! Блин, она меня похитила, вколола какой-то яд, от которого мне было ужасно плохо, оказалась моим опекуном, оставила чемодан у подъезда, а я собралась сделать ее самой счастливой?! Что творит моя глупенькая голова?! Я надулась, отвернувшись к окошку, краем глаза заметила взгляд зеленых глаз Виктории. Она была заинтересована. Вновь. -Леночка, называй меня на «ты» и просто Викторией. Я не против такого обращения, так не буду чувствовать себя старухой. -Эм…можно вопрос? Ведь мы не в мужском обществе сейчас…и я вроде бы девушка… Сколько вам…м…тебе лет, Виктория? —она повернулась ко мне. -Тридцать шесть, -я удивилась, если быть честной. Мне казалось, что ей около двадцати восьми, но ни фига… Однако этого стоило ожидать. -Ладно, будем потом говорить, а то тем не останется! Хотя…это мы, так что не думаю. Поехали! —бодро воскликнула она, и «Ленд Крузер» рванул вперед, унося меня в неизвестность с практически незнакомой женщиной.