Лекарство, или Безвыходных положений не бывает

Несмотря на подбитый глаз и расквашенную губу, Рауль чувствовал себя зверски хорошо. После драки, тем более закончившейся победой, ему стало легче на душе. Это было так весело – лежать на старой широкой кровати, прижимаясь к Рики, а с другой стороны устроился Гай, склонив голову на плечо и поглаживая ладонью по колену. - Не приставай к человеку, - попробовал было Рики одернуть Гая, но Рауль проворчал: - Да ну… мне нормально. Потом явился Кири, со стоном волоча ящик с бутылками. Гай принялся наполнять стаканы. - Это что, стаут? – спросил Рауль, с подозрением нюхая прозрачную, едко пахнущую жидкость. - Обижаешь, Рам! Чтобы я, да мужика, который самому Меддоксу начистил рожу, поил каким-то стаутом? Чистый спирт! Как медик Рауль сильно сомневался в чистоте спирта, да и прочих сомнительного качества напитков. Но как человеку ему было уже глубоко плевать. - Ну ты и глушишь, Рам, - хмыкнул Сид. – Другой бы кто уже от такой дозы бухла под столом валялся… - По-фиг. Наливай еще. - Ох влетит нам, когда вернемся… - бубнил Рики. Но кто его слушал?.. Затем парни решили сыграть в «бутылочку». Рики осторожно потянул Рауля за рукав. - Так, ребята, извините, но Рам с вами не играет. - Как это не играет? – возмутился Рауль. – Очень даже играет! - Да нам с тобой влетит же… - Забей. Не влетит. Новичкам всегда везет. Рики вертел бутылку первым. Рука дрожала. Блин, надо было самому с ребятами не пить, присматривать за тем, чтобы Рауль не перебрал. Но кто ж подумать мог, на что способен блонди с основательно потрепанной крышей?! А вдруг, когда придется целоваться, страх победит пьяный кураж, и у Рауля начнется истерика, как тогда, под «веритасерумом»? При всём доверии, Гаю и ребятам такие тайны Рики открывать не хотел. Горлышко бутылки указало на Рауля, и Рики с облегчением вздохнул. По-быстрому чмокнуть блонди в щечку, и всё, можно почувствовать себя спокойно, заявить, что пора и свалить. Но не тут-то было. - Халтура! – завизжал Кири. – По-настоящему целуй! Взасос! Сид отвесил мелкому подзатыльник. Но тут Рауль, глядя на Рики мутным от алкоголя – и, кажется даже, не только от алкоголя – взглядом, выдал: - Устами младенца глаголет истина. Давай, Рики, без халтуры. Влип. Ой, влип. Ой, еще хуже влип, чем когда Ясону плату натурой предложил. Публика смотрела с нетерпением и ожиданием. Рауль притянул Рики к себе, обнял. Парня трясло от волнения и нежности. Он осторожно прикоснулся к расквашенной нижней губе блонди, лизнул уже начавшую засыхать кровь, принялся нежно посасывать. Затем нежно, бережно углубил поцелуй, мягко проникая языком в открывшийся рот. У этого поцелуя был привкус горького цересского пойла и солоноватый вкус крови – но, наверное, и для Рики, и для Рауля сейчас не было ничего слаще… Они не закрывали глаза. Смотрели друг на друга, не отрываясь. И от бесконечного доверия в зеленом взгляде Рики пьянел сильнее, чем от любого алкоголя. Никогда бы не подумал, что от одного поцелуя можно так «улететь». С небес на грешную землю его вернул звон мобильного. - Рики! Ты где пропадаешь? Вы там оба в порядке? – спросил Катце. - Угу. В порядке. А что, нас кто-то ищет? - Может быть, ты и не заметил, но уже два часа ночи. Ясон до сих пор не ложился спать. А теперь и мне спать не дает. - Сам бы позвонил. Ладно, ты нас заберешь? А то я на байке не рискну. Сам бы еще поехал, чо, но пассажиром рисковать не хочу. Мы сейчас на нашей законной Бизонской хате, это… - Я знаю. Приеду. «Совсем оборзел я…» - думал Рики, глядя из окна аэрокара на ночной город и обнимая Рауля. – «Знаю, что сейчас приедем и Ясон устроит нам… А беспокоюсь не из-за этого, а за то как с поцелуем лажа вышла. Это ж Рауль, и это ж его первый поцелуй, ну да, первый настоящий, те уроды, которые об него слюнявили свои мерзкие рты, не считаются… Под такое дело бы обстановку, а не хату в Цересе и всю эту ржущую публику». Странно. Мысли в подобном ключе Рики никогда не волновали. Первый поцелуй с Гаем у него был в Гардиан и, кажется, тогда они над обстоятельствами особенно не заморачивались. Главное, что им было по двенадцать лет, это была их первая любовь и всё вокруг казалось прекрасным и казалось, что вся жизнь впереди. Ясон… В «Миносе» Рики как-то и не задумывался насчет обстановки, и ему даже не приходил в голову вопрос, впервые ли всё это у блонди или нет. О жизни блонди он тогда знал мало, и то в тех сплетнях было больше выдумки, чем реального знания. Да и как-то было вообще не до того, он же думал, что рассчитается своим телом и всё. А теперь… Рауля хотелось беречь. Для него хотелось чего-то особенного. Он казался таким… чистым и невинным, что ли?.. Непонятно. Впрочем, блонди подобными мыслями себя не мучил. Всю дорогу он сладко спал в объятиях Рики и улыбался.