Исчезни!

Несмотря на большое количество приятелей и знакомых Чимина, лучший друг был только один — Ким Тэхен. Этот стройный брюнет пользовался вниманием у противоположного пола, он был мил к каждой девушке, с уважением разговаривал и слушал, не перебивая. Все любили его за красоту и сдержанность, невозможным казалось увидеть парня в нетрезвом состоянии или же с приставаниями к девушке. Но главное, чем притягивал к себе людей Ким, — это великолепное чувство юмора. «Легко рассмешить человека, особенно если ты — Ким Тэхен» — говорил Тэтэ Чимину каждый раз, когда тот восхищенно выдыхал. Парни дружили еще со школы и, казалось, знали друг о друге все. Но совершеннолетие старшего стало границей доверия, которую юноши не смогли преодолеть. С появлением Юнги в жизни Чимина все пошло кувырком, рыжеволосый стал более зажатым, говорил о себе все реже и реже. Тэхен как-то пытался разговорить, было больно смотреть на страдания друга, но тот упорно молчал. Через некоторое время все ухудшается, хотя куда уже больше — Чимин впадает в депрессию и никого к себе не подпускает и, как бы печально это не звучало, Ким в том числе. Брюнет не знал, что все так серьезно, лишь поздно ночью, через месяц после того, как Чимин бросил универ, раздался звонок от друга. Ким не ожидал, что Чимин еще когда-нибудь свяжется с ним, но старался не подавать радости в голосе. Старшему тяжело давались слова, поэтому Ким уточнил местоположение друга и отправился по услышанному адресу. Тогда-то и пришлось вспомнить школьные времена, когда парни лазили по заборам — Чимин выглядывал из окошка и с мольбой в глазах просил забраться таким странным способом. Тэхену было несложно, поэтому вскоре уже стоял в маленькой комнатке и смотрел… на беременного Пака. Было трудно не заметить живот, поэтому немного смутившись, младший присел на кровать. Со слезами на глазах друг рассказал, что на дне рождения познакомился с Юнги, рассказал, что их связывало и теперь они живут вместе. Тэхен помог с едой и лекарствами, спел колыбельную и, пообещав, что придет еще, оставил рыжеволосого одного. Было обидно, что Чимин так много скрывал от Тэхена, но, ставя себя на его место, Ким думал, что поступил бы точно так же. Тяжело кому-то сказать, что ты замужний омега и ждешь ребенка. Тэхен тяжело вздохнул и положил в корзинку с продуктами мороженое. Парни с детства обожали с шоколадным вкусом, однажды купили так много, что была забита морозильная камера. Родители долго ругали омежек, но те продолжали звонко смеяться и слизывать сладость. Грустно улыбнувшись, Тэхен расплачивается за продукты и выходит из магазина. С каждым месяцем он покупал все больше и больше, а когда родился ребенок, еде стало уделяться слишком мало внимания. Джин передавал свои домашние выпечки, поэтому со временем Тэ успокоился.

***

— Что Вы только что сказали? — Юнги надеялся, что ослышался, но когда директор повторил имя возлюбленного, сердце предательски екнуло в груди. Бросив на мужа короткий взгляд, Мин начал собираться. Влажные ладони говорили о волнении зеленоволосого, но тот старался не замечать такого пустяка. Надев первое, что попадется под руку, Мин вылетает из квартиры. На машине было ехать крайне опасно в таком состоянии, поэтому Юнги решил добраться до компании на своих двоих. Холодный ветер дул прямо в лицо, как бы говоря о том, что идти не стоит. Юноша все равно не поступил бы иначе, поэтому продолжает бег. Воздух попадает в легкие, а горло начинает нещадно болеть, Юнги захлебывается в собственном кашле и останавливается, чтобы перевести дыхание. Расположив руки на коленях, Юнги простоял с минуту в смущающей позе. Вибрирующий смартфон заставил на миг забыть о боли, недовольный директор просил прибыть быстрее. «А Хосок-то изменился… — проносится в мыслях Юнги. — Он раньше никогда не одевался в таком стиле. Улыбка больше не озаряет любимое лицо, неужели он забыл меня? Эти глаза… Черный карандаш подчеркивает выразительность, но взгляд такой же», — Юнги улыбается и подписывает необходимые бумаги. Чон не смеет бросить еще один взгляд на продюсера, поэтому, слабо кивнув, удаляется из кабинета. Лишь от одной мысли о Хосоке в голове Юнги рождаются первые строки новой песни, поэтому зеленоволосый следом идет за исполнителем, стараясь успокоить разбушевавшееся сердце. Хосок идет прямо по коридору, пропуская дверь, ведущую в студию Юнги. Старший горько усмехается и направляется к рабочему месту. На бумаге появляются первые наброски песни, в уголках листа рэпер выводит опорные слова, что-то зачеркивает, обводит в кружки, рисует замысловатые узоры, которые понятны только ему. Буквально через час усталость дает о себе знать, Юнги спускается на первый этаж и покупает кофе. Вдохнув любимый запах, Мин невольно улыбнулся, вспоминая, как раньше проводил время с Хосоком. На талии чувствуются теплые, до жути знакомые руки, Юнги запрокидывает голову, тем самым кладя ее на плечо Чона. Младший улыбается и касается губами уголка губ Юнги и шепчет что-то успокаивающее. Мин прижимается всем телом, блаженно улыбается и прикрывает глаза, дыхание становится прерывистым, когда руки омеги исследуют его тело. Зеленоволосый выгибается навстречу ласкам, словно кот, и, оставив кофе где-то на лавочке, тащит Чона в студию. Расстояние кажется нереально большим, а время томительным для этих двоих. Как только дверь закрылась за брюнетом, Юнги не стал больше сдерживаться — прижал омегу всем телом и с диким желанием поцеловал. Хосок не сопротивлялся, наоборот, постанывал в и без того пошлый поцелуй, извивался под шаловливыми руками, что уже проникли под толстовку. В комнатке становится слишком жарко, поэтому альфа обнажает торс партнера и с восхищением смотрит на тело. Ранее ему не приходилось лицезреть на то, что скрывал Чон под одеждой, а от возбуждающих мыслей в штанах становилось еще теснее. Хосок не бездействует — проделывает то же самое с одеждой Юнги и вновь завязывает пошлый поцелуй. У обоих сносит крышу от сумасшедших поцелуев, от разгоряченных тел, на которых почти ничего не осталось. Парни уже переместились на диванчик, Юнги стащил последнюю одежду на младшем и уже покрывает тело легкими поцелуями. Хосоку нетерпелось почувствовать в себе Юнги, он любил грубость и жестокость, но даже то, как альфа облизывает и посасывает поочередно соски Чона, нереально сводило с ума. Отстранившись и посмотрев на проделанную работу, Юнги ухмыльнулся и подошел к полке, на которой лежал тюбик со смазкой. Хосок начинает волноваться, потому что решающий момент на подходе, альфа это чувствует и всячески отвлекает младшего, в перерывах между поцелуями говорит, что он опытный в этих вещах и больно не будет. Брюнет успокаивается, ведь доверяет партнеру, но в одно мгновенье все рушится — телефон Юнги вибрирует, говорит о том, что стоит принять вызов. — Ответь, вдруг что-то важное. Зеленоволосый мотает головой и вновь переключается на омегу. Вибрации не прекращаются, поэтому Юнги все-таки приходится отстраниться. На дисплее высвечивается «Чимин», альфа недолго думает и все же принимает вызов. На том конце провода что-то невнятно мякают, от чего Юнги хочется просто придушить мужа. Рявкнув, что он перезвонит позже, Мин достает батарею из телефона и оглядывается назад. — Черт! Прости. Хосок старается выдавить улыбку и шепчет, что получится в другой раз. Юнги еще раз извиняется и, одевшись, покидает студию. Перед тем, как выйти из здания, Мин заходит в туалет, умывается ледяной водой и смотрит на свое отражение.       «Все было идеальным, пока не появился ты!» Зеленоволосый поправляет одежду, заново подводит карандашом глаза, проводит ладонью по волосам и, выходя на улицу, думает, как же убить Чимина. Температура воздуха еще снизилась, поэтому Юнги поежился и застегнул пиджак. Парень идет беззвучно, за это спасибо кроссовкам, иначе наткнулся бы на компанию малолетних алкашей, что шли по той же самой улице. Скрывшись в подворотне, Юнги присел на корточки и посмотрел на часы. — Светает, — проговаривает юноша и осматривается. Ничего особенного — мусорные баки, картонка, которая не может спокойно лежать на земле из-за ветра. «Совсем такая же, как Чимин — как только меня нет, он спокойно живет, а со мной…», — мысли прерывает чье-то мяуканье в другом углу тупика. Парень осторожно подходит к пищащей коробке и носком кроссовка отодвигает краешек. Внутри сидит котенок, черный, как смоль. Ни одного светлого пятнышка. — Такой же темный, как моя душа, — Юнги хватает за шкирку бедное животное, долго рассматривает и прижимает к себе. — Блэк. Добро пожаловать домой, — зеленоволосый распахивает дверь и кидает на пол котенка.