К чему приводят игры

Прошло около двух недель с той глупой ситуации. Томоэ и Нанами делали вид, что все нормально и ничего не изменилось, но… изменилось многое. В первую очередь Момодзоно стала ощущать себя в обществе по-другому. Она теперь была явно не ребенком и все вокруг, казалось, напоминает ей об этом. Она стала больше стесняться, когда Томоэ приходилось надевать ей кимоно, или же когда у нее не было времени самой постирать свое белье и это делал хранитель. Смотреть на себя в зеркало, когда девушка переодевалась, она тоже не могла без румянца. Сразу вспоминалась та страстная ночь… Проще говоря, Нанами не принимала тот факт, что у ее тела уже давно сексуальные девичьи черты, убивала в себе само это понятие, подавляла новые взрослые желания, всплывающие по вечерам, обманывалась и считала себя просто пошлой. Такое происходит практически со всеми девушками, которые переступили черту девственности. Чтобы не испытывать судьбу и быть более спокойной, Нанами стала запирать свою спальню изнутри, когда ложилась спать. Томоэ не подавал виду, но ему было это очень неприятно. Он каждый вечер приходил к запертым дверям и лишь желал хозяйке спокойной ночи, а ему хотелось, как раньше, прийти к ней, и, когда она уже в дремоте, и когда в глубоком сне, и под утро поумиляться тайком с ее смешного личика. Теперь эти все радости были ему недоступны. - Спокойной ночи, Нанами… - прошептал лис, как обычно, находясь в коридоре. - Спокойной, Томоэ! – звонко откликнулась в ответ девушка из своей спальни. «Нанами…» - лис остался на месте. Ноги не хотели отсюда уходить. «И от кого ты запираешься? Разве я тебе враг?» - он медленно опустил тяжелую голову и коснулся лбом деревянной перегородки стены. «А может быть и враг…» - задумался он, понимая, что была бы у него возможность, он бы с радостью повторил пусть даже худший в его жизни секс, но с любимой девушкой. Тяжко вздохнув, екай все же удалился, оставив хозяйку в распоряжении Морфея… ______________________ - Они такие глупые… - сделал свой вывод Мизуки, который уже полчаса болтал об отношениях Томоэ и Нанами с Оникири и Котецу. Змей подпер свою покрасневшую от выпитого щеку своим бледным кулачком и продолжил развивать мысль: - Давно ведь знают и ощущают, что любят друг друга, даже вон умудрились физически это подтвердить, а все никак не скажут об этом! Стаааатус не позволяет… - Но ведь Томоэ-доно прав, как хранитель он полностью опозорился, так поступив с Нанами-сама! – не поддержал его один из духов. - Да-да, они связанны контрактом и не могут себе позволить пылкости в таких делах! – выступил и второй. - Глупые маленькие духи… вы хотите видеть Нанами и Томоэ счастливыми? - Конечно хотим! Нет ничего лучше для храма и его посетителей, чем счастливый бог и его хранитель! – в один голос ответили сразу оба. Мизуки улыбнулся. - Тогда знайте, что это будет только, если они будут вместе… - А тебе какая радость с этого? Чего вдруг так заботиться начал о нас? М? – отозвался за спиной змея лис. Он был и без того не в настроении, а тут еще и левые лезут в его с Нанами дела и чувства их смакуют. – Ты, кажется, всего как две недели назад пытался меня отравить из зависти… Мизуки не сменил своего веселого выражения лица: - Лично ты меня не волнуешь, Томоэ… - и радовался бы этим словам Лис, зная, насколько они хорошо вместе смотрятся со стороны. – Меня заботит лишь то, как себя чувствует Нанами. А она очень изменилась в последнее время… И пусть все выглядит так, будто изменилась в лучшую сторону, но на самом деле она стала переживать и нервничать в несколько раз больше до того, как ты ее… - Ясно. – перебил парня старший хранитель. И спокойно вышел из комнаты. Слушать дальше его пьяные бредни ему не хотелось. - Эй, Томоэ! – громко отозвал его тот еще раз. - Чего еще? – раздраженно фыркнул в ответ лис. - Я бы на твоем месте доделал то, что не успел… - намекнул ехидно змей на вторую ночь. – Потому, что… Нанами уже несколько дней пытается сама завершить вашу прерванную ее слабостью близость… - растянулся в улыбке он еще сильнее, прикрывая глаза. Томоэ был готов его на месте превратить в змеиный шашлык и скормить хозяйке утром. Но на лице было лишь спокойствие. - И все же ты про всех знаешь… - хмыкнул он и все-таки ушел из комнаты с духами. Правда сначала он хотел пойти спать, а теперь он направился проверить, правда ли то, что беловолосый говорит. ______________________ Нанами лежала и пыталась уснуть уже около получаса. Не выходит. В голове сладостный туман и картинки той ночи. Боль…она забыла уже о том, что ей было больно. Она хорошо помнит лишь то, как ей было приятно… И хотелось переживать эти ощущения вновь и вновь. Руки сами тянулись туда, где ее ласкал возбужденный лис своими холодными пальцами. Таким способом можно было вновь ощутить мимолетные порывы счастья, которые охватили девушку тогда, когда он нежно обнял ее и пытался принести обоим удовольствие. - То…мо…э….- тихонько прошептала под нос красавица, не ожидая услышать ответа, а лишь совершенствуя в голове образ любимого. - Нанами? – переспросили за дверью. - Томоэ?! -уже совсем по-другому проронила это имя старшеклассница. - Нанами, открой пожалуйста.- с таким отцовским акцентом потребовал екай. Он уже понял, чем она там занималась. Поэтому заранее скрестил руки на груди. А вот уши прижались в злобе машинально, так же, как и начал вилять из стороны в сторону хвост. Почему это так его взбесило, он и сам не понял. Ведь если подумать логически, то ничего страшного не произошло. Никакого вреда здоровью она себе мастурбацией не нанесет. А вот разозлился и все! Возможно лишь потому, что змей оказался прав… его это всегда выводило из себя. Но скорее всего настроение у лиса пропало потому, что… его там представляют, а звать не зовут! Он тут мучается, что ему двери никак открыть не могут, а она там развлекается с его образом в голове! - Нанами, дверь открыла быстро! – крикнул уже лис, когда понял, что открывать ему не спешат. - Д-да… - с двумя ручьями слез приползла к ним девушка и дрожащей рукой открыла. За ту же руку лис ее и схватил. - А ну-ка потрудись мне объяснить, что все это значит… - нахмурился екай. - Томоэ, я…- девушка хотела соврать, но подумав секунду, опустила стыдливо глаза в пол и ответила по правде то, что думала: - кажется, взрослею…