Ты изменил меня

«Я буду меняться» Блондин сидел в комнате у блондинки. Девушка смотрела в одну точку. Боль. Жгучая душераздирающая боль поглощала её с каждой минутой, с каждым воспоминанием. Ничто не моет сравниться с душевной болью. Третий раз. Третий раз на одни и те же грабли. На бис, можно сказать. Женя просто сидел рядом и обнимал Женю. Она чувствовала поддержку с его стороны. На него всегда можно было положиться. Он всегда понимал Женьку. Всегда поддерживал её. Любил её, но вот сама Женя не видела этой любви. Лучший друг. Ни больше, не меньше. В комнате стоит тишина. Гробовая тишина. Да и к чему слова? Они здесь не нужны. И всё понятно. Понятно без слов. Нет, девушка не плакала. Слёзы давно высохли. Сухие щёки. Ей не позволят плакать. Но даже без слёз ей ужасно больше. Истерика. Недавно успокоилась. И снова смотрит в одну точку. Гробовая тишина.  — Жень, — решил нарушить эту тишину Женя. Голос звучал непривычно громко, после двух часов тишины.  — Да? — даже не повернула голову Женя. Бесцветный, пустой голос. У Жени сжалось от этого голоса сердце. Он привык к другой Жене. Вечно улыбающейся девушке, а тут.  — Хватит! Давай, возвращайся из своего «астрала»! — встал перед Женей Женя.  — Ты, наверное, прав.  — Что значит это твоё «наверное»? Я прав безоговорочно!  — Жень, — подняла свой взгляд на Мильковского Женя.  — Что? — сел рядом с Женей Женя.  — Запишешь со мной песню? Мне нужен твой вокал.  — Ну, куда я денусь? — улыбнулся Женя. Женя обняла парня. Брюнетка сидела на кровати брюнета. Кареглазая наблюдала, как её брат всё рушит. Глаза горели яростью. Хотелось кричать от беспомощности. Парень не видел ничего. В голове крутился та встреча в кафе. Зачем он соврал? Он сам не знает. А ведь он обещал, что будет всегда с ней. А что в итоге? В итоге ужасная боль, ярость, разбитые в кровь руки. Олеся спокойно сидела на кровати и смотрела на это «шоу».Вася обессилев, скатился по стене на пол. Он ударил головой об стенку.Василий закрыл глаза.  — Вот только не говори: «Я же тебе говорила!», — попросил Вася Олесю.  — Я же тебе говорила, — назло сказала своему брату Олеся. Брюнетка встала с кровати и пересела на пол к Ваське.  — Что мне теперь делать?  — Иди и проси прощения.  — Легко сказать!  — Не надо было подозревать Женю. Тебе это послужило не плохим уроком, Вась. Она тебе вообще нужна?  — Да, — промямлил он.  — Что? Я плоховато расслышала!  — Нужна! — заорал Вася.  — Так иди и проси прощения, — улыбнулась Олеся. Вася резко встал с пола и направился к комнате Жени. Ему навстречу шёл Женя.  — Какая же ты гнида, Вась!  — А ты будто нет? Захотел отбить мою девушку?  — Она уже давно не твоя!  — Не смей даже прикасаться к ней, понял? Она МОЯ! МОЯ! И ничья больше, — пригвозди к стене Женю Вася.  — Ну, а что будет, если я не пойму?  — Конец тебе будет, — отпустил Женю Вася.  — Дурак, ты Ионов. Такую девчонку упустил, — усмехнулся Женя. Вася подошёл к двери Жени. Парень постучался.  — Можно?  — Нет, — раздался голос Мурашовой. Вася прислонился лбом к двери.  — Жень, я знаю, что если скажу это, то всё равно ничего не изменю. Но всё равно. Прости меня, Жень. Я повёл себя, как придурок, Жень.  — А я-то тут причём? Ты же придурок, а не я, — послышался голос. Девушка сидела около двери. Вася скатился по двери на пол.  — Жень, я, правда, не думал, что так всё получится.  — Ты никогда не думаешь, Вась. Ты не думаешь, о чувствах других людей, понимаешь? Ты не один на земле. И ничто не вертится вокруг тебя.  — Ты права. Я буду меняться. Ради тебя.  — Не надо, Вась. Конечно, говорить «Давай останемся друзьями» в этой ситуации не уместно, но всё же, давай попробуем общаться нормально? — по щеке Жени прокатилась слеза.  — Да, давай, — ухмыльнулся Вася. Спустя несколько минут парень ушёл. Блондинка так и сидела на полу. Больно. Но с другой стороны ей нужно побыть одной. Не нужна ей эта любовь. И снова воспоминания о Васе. И снова боль. Боль, не знающая границ. Почему жизнь так не справедлива? Почему нельзя жить в мире и согласии? Почему вечно какие-то подозрения, интриги, намёки, сплетни? Разбитая фарфоровая кукла. А ведь как долго она выстраивала свою кирпичную стену, а тут пришёл он. И одним своим появлением сломал всё. Всё, что только было возможно. По щеке всё-таки пробежалась слеза. Такая маленькая и хрупкая. Женя быстро провела рукой по щеке. Блондинка встала с пола и подошла к ноутбуку. Девушка включила музыку. На данный момент это было лучшее средство, чтобы хоть на время забыться.