Перестарался

В машине всю дорогу царила тишина. Сецука не находила слов, которые подошли бы для такой ситуации. Да, она уже видела нечто подобное, но тогда это были совсем чужие люди. А тут пострадал знакомый, хотя и надоедливый, но все же неплохой, вроде, человек. Да и от слов к делу он бы не перешел так резко. Она тоже успела осушить бокал шампанского и теперь, помимо ясности, происходящему не хватало и резкости. Одно девушка знала точно — если бы не окликнула брата, дела бы приняли печальный оборот. Но это значило, что она для него особенная. Последняя мысль, словно обжигающий виски, заставила Сецуку покраснеть и приятным теплом отозвалась внизу живота. Каин сидел не двигаясь. Возможно, не хотел еще больше напугать сестренку. А, возможно, от недостатка или же переизбытка мыслей тело уже не могло шевелиться. Глаза его были совсем пустыми. После щелчка дверного замка изнутри брат наконец-то решился заглянуть в глаза сестре. Он ожидал любого взгляда — осуждающего, презрительного, ненавидящего даже… Но ошибался. Сецука смотрела с теплотой, искренностью и… любовью. «Нет, такое чудовище, как я не заслуживает ничего, кроме проклятий… Я убийца, я злобный монстр, я…» Нежно и очень бережно рука девушки прикоснулась к измученному терзаниями лицу брата. — Не вини себя, мой… милый… брат. Ты защищал то, что тебе дорого. Пускай это вышло случайно, но мне все равно не нравилось слишком много внимания от Мурасаме. Я же спешила к тебе… Я не хочу ни на минуту оставаться одной. — Я никогда тебя не оставлю… Даже если ты меня бросишь. — Кто именно говорил эти слова? Они стали едины для каждой личности в теле парня. — Никогда… Губы девушки в ту же секунду брат накрыл нежно своими в чувственном поцелуе. Секунда страха в ожидании реакции сестры могла бы превратиться в вечную муку, но ему почти сразу неумело дали ответ. Столько пережитого стоило этого момента. Каин поддался чувствам и углубил поцелуй. Сначала осторожно, потом уже более страстно его язык хозяйничал в ее влажном рту и играл с ее языком. Потом они начали переплетаться. Девушка была прижата к стенке, но будь у нее и побольше пространства, ситуацию это не изменило бы. Она уже полностью отдала себя во власть чуств к тому, который будил в ней давно забытые эмоции и поднимал их на совсем иной уровень. От одного его взгляда замки ларца превратились в пепел. Пришлось разорвать поцелуй. У обоих не хватало воздуха и дыхание больше напоминало последние глотки утопающего. Этот огонь в глазах… Слова были не нужны. Брат снова подхватил сестру на руки и отнес в спальню. Уложив ее на кровать, он медленно освобождал такое желанное тело от плена корсета. Платье почти не слышно опустилось на пол, но дыхание девушки стало еще прерывистее. Следом за ним туда опустился и его костюм, а потом и рубашка. Они не спеша обследовали нежными, но чуственными касаниями друг друга. Тело мужчины могло спокойно занять первое место в топе секс-символов всей страны. Эти широкие плечи, накачанные руки, твердый пресс… Её тело само начало извиваться под его ласками. А он не мог никак насладиться этим. Его губы касались шеи в этот раз без дикого напора. Потом переместились ниже. Легкое движение руки — и кружево тоже оказалось у кровати. Аккуратная грудь уже давно ждала этих ласк, и набухшие соски были тому подтверждением. Ножки девушки обвились вокруг бедер брата. Очередной прилив возбуждения — и она почувствовала огромное желание продолжения… Он вошел одним толчком. Девушка простонала от резкой боли. Брат её поцеловал в этот раз с напором, переплетя языки и заставляя отвечать. Когда неприятные ощущения ушли далеко на второй план он начал медленно двигаться. Теперь выпитое спиртное даже пригодилось. Девушка сначала просто тихонько стонала, а потом уже и, подхватив ритм, заставляла вырыватся из губ брата глухое рычание… Когда пик блаженства был достигнут обоими, Каин нежно обнял девушку и накрыл обоих одеялом. Сецука уткнулась носом в его грудь и вместе с братом погружалась в омут сна. И где-то далеко в подсознании мелькнула мысль… «Эти губы… вкус сладкий и такой знакомый…»