Горящий сентябрь

Первое сентября. Огромное пылающее солнце проникает сквозь стёкла окон комнаты, освещая всё помещение. Здесь невыносимо жарко, смертельно душно. Кажется, энергия светилы скоро прожжёт дырку в пластиковом стакане, где стояли карандаши различной твердости, кисточки, гелевые ручки. К слову, все эти предметы уже изрядно старые: некоторые кисточки иссохли на такой жаре, а многие карандаши, как и ручки, почти закончились. На дне стакана валялся ластик. Такой же старый, горячий, засохший, он был хаотично изрисован синей ручкой. В комнате стояло немало мебели: диван, шкафы, тумбочки, два кресла, журнальный столик…двуспальная кровать. Из-за смертельной жары на них облупился лак, а материал, из которого была сделана эта мебель, накалился настолько, что, кажется, если прикоснешься даже к двери шкафчика, то в миг сгоришь. Кстати, шкафы были абсолютно пустыми, в них может спокойно поместиться целых два человека… Только один человек мог находится в этой душной комнате. И сейчас он сидел на деревянном, ни сколько не меньше горячем, стуле перед журнальным столиком. Любой, дотронувшись до его поверхности, инстинктивно бы отдёрнул руку. Но он мог спокойно положить руки на этот стол, не чувствуя боли. Он никогда не сгорит, потому что сам- Огонь, только уже затухающий. По комплекции явно видно, что человек уже не ел несколько суток. И еще не спал: мешки под глазами давали о себе знать. Не чувствуя усталости, он, сгорбившись, всё ещё продолжал дорисовывать портрет какой-то девушки. Работа была почти закончена, но на самом важном моменте подвел старый карандаш: он просто больше не мог терпеть накал и за несколько секунд превратился в пепел. Издав измождённый, полный усталости и отчаяния вздох, Художник отклонился на спинку стула, медленно закрыл глаза…и наконец-то ушёл туда, куда давно пора было- в глубокий, но очень, очень грустный и одинокий сон… Вам жарко?.. Хочется раздеться догола?.. Настолько душно, что рвётесь открыть окно настежь?.. Вам просто НЕОБХОДИМО закрыть шторы, чтобы сюда больше не проникал этот смертельный жар?!.. Что ж, можете попробовать противостоять этому могущественному, великому светилу. Только здесь, в комнате Художника, вы обязательно проиграете. Шторы давно испепелены убийственными и ненасытными лучами солнца, а окна намертво заварены специально для того, чтобы в помещении стояла ужасная жара. Разбить стёкла тоже не получится- вы попросту не сможете подойти к окнам ближе, чем на расстояние вытянутой руки, иначе не только получите смертельные ожоги, но и ослепнете. Отойти в конец комнаты и кинуть какой-нибудь предмет в окно?.. Тоже не прокатит, все предметы превращаются в пепел, так и не долетев до стекла. Природного бронестекла. В итоге не предприняв ничего эффективного для спасения, вы либо задохнётесь от раскалённого воздуха, либо сгорите заживо на дымящемся линолеуме. И никто, никто вам не поможет. Даже Художник. Художник не поможет больше никому. Никогда. Зачем помогать, если ты уже почти никому не нужен?.. Заварив все окна и дверь, он, можно сказать, навсегда отгородился от людей. Чтобы не слышать треклятых соседей сверху и снизу, он всегда слушает рок-музыку в наушниках. Спросите, зачем ему преть в убийственно пылающей комнате? В том то и дело, если вам тут невыносимо душно и жарко, то это не значит, что другим так же плохо. Художник до сих пор живёт здесь, потому что ему холодно. Очень холодно. Его уже давно не греют лучи солнца, не согревает и горячий воздух. Сердце, душа творческой личности навсегда покрылась ледяной коркой, которая никак не хочет оттаивать. Холод и мрак приносят ему невыносимые боли, но он не может сдаться прямо сейчас- Художник обязан закончить своё творение. Билет на поезд в Воронеж подождет. Нужно только немного отдохнуть, а ночью, при свете спиртовой горелки, продолжить рисовать дальше, покрываясь нетающим льдом… ___________________________________________________________________ Тридцать первое сентября. Поздний вечер. Комнату Художника заполонила серая мгла. Окна, как ни странно, открыты нараспашку, а дверь вообще выбита. Здесь больше нет той духоты и жары, есть только легкий холодок. На журнальном столике лежит законченный, но уже пыльный портрет какой-то девушки: он оказался никому не нужным. Рядом расположились наушники, тоже все в пыли: там, где сейчас находится Художник, они ему не понадобятся… Этот Человек вновь обрел надежду на новую, прекрасную жизнь. А ещё…ещё на столике медленно, робко догорал одинокий огонёк спиртовой горелки. ___________________________________________________________________ Такие одинокие огоньки непременно должны погаснуть. Погаснуть в каждом. В каждом человеческом сердце.