Под нарисованным солнцем

      Первое, что попалось на глаза глючного, старый патефон с вращающейся пластинкой. Но потом Эррор взглянул на полу-прозрачную штору в ванной и увидел силуэт Инка. По телу Глючного прошлась приятная дрожь. Инк мылся, а Эррор стоял и смотрел на это, как маньяк, который хочет заполучить свою жертву. Чтобы было приятнее лицезреть это зрелище Ошибка присел на подставку для умывания и подложил ладонь под подбородок. Около часа Эррор наблюдал за Инком, но всё хорошее, когда-нибудь кончается. Художник выключил душ и потянулся за полотенцем. Успевший задремать Ошибка, еле успел телепортироваться из ванной на улицу. Пусть это будет его личный секрет.

POV of Ink\

      Странно, но когда я выходил из душа я услышал приглушённый глючный крик Эррора вбегающего в портал.

End POV of Ink\

      -Неужели он всё это время за мной следил? — душа Инка сильно билась и казалось бы, он должен на него злиться, но художник лишь покрылся радужным румянцем и вышел из ванной. Дверь была распахнута и с улицы доносился истерический смех. Инк выбежал на улицу и мигом оглядел свои владения. Выдохнув с облегчением (Вокруг никого не было) тот вернулся на своё крыльцо. На одной из перекладин лежала записка от Дрима.       - Тако меня подери! Забыл! - Художник начал судорожно одеваться, -Почему я опять не записал это в блокнот? Я даже подарок для US!Папайруса не купил. Теперь придётся опоздать на вечеринку, — после этих слов радужный шмыгнул в портал со скоростью, чуть меньше скорости света. Художник направился в малоизвестную вселенную BeeTale, за мёдом для морковки. Как только Инк пришёл в город смахивающий на Сноудин, тот увидел забавную картину. Чёрный скелет сидящий на нескольких перевёрнутых ульях и жалобно просящий пощады у своры пчёл. Эррору было очень больно, но он не давал прикоснуться к себе здешнему Сансу.       - ОсТавЬ МЕня! ПомоГиТЕ! — вдоволь насмеявшись Инк побежал на помощь и протянул руку помощи.       - Ты На чТО НаМЕкаЕшь? У МенЯ ГапТОфоБИя, ЗабыЛ? — с восклисами прокричал Эррор.       Но Инк не послушал и быстро схватил глючного за плечи и перенёс на землю.       Пока Эррор приходил в себя от пчелиной взбучки, Инк и Bee!Санс загоняли обидчиков в свои домики. К удивлению глючного его не заглючило от прикосновения.       Этот факт не давал покоя Ошибке и тот молча, в раздумьях стоял в стороне. От посторонних мыслей его пробудила невероятная боль. Пчела всё же отомстила вору.       Оказалось, что Дрим попросил Кошмара купить подарок для Морковки. К кому же побежал наш злодей? Конечно, к своей морской свинке - Эррору. Но денег ни гроша не дал, вот почему пришлось импровизировать.       - Ну всё, так мы точно вовремя не успеем, — промямлил художник,-Придётся тебя к себе домой вести, подлечить, - на теле Эррора повсюду были ссадины и трещины, будто тот в хоккей играл, а сам был там шайбой.       - Ни зА ЧтО! Я Не поЙДу С ТоБой РадуЖНый мУдАК.       - Не беспокойся я отправлю твой подарок вместе с моим прямо в дом к Блу.       - СтОЙ! ОтПрАВь в NiGHtMarEtAle...— тихо, почти беззвучно, пробурчал Ошибка.       - Как скажешь... — С ноткой непонимания, но с привычной широкой улыбкой промолвил Инк и заплатил курьеру за доставку.       Художник вновь открыл разрыв и строгим взглядом посмотрел на Эррора. Тот сразу съёжился, и послушно, что-то бурча под нос прошёл в портал. Глючный никогда не путешествовал по чужим порталам, его переходы выглядели, как кроваво-красные туннели, в которых то и дело появлялись душераздирающие тени. Но от здешнего изобилия красок, Эррора начало мутить. Путь предстоял долгий, Инк спокойно летел на спине и что-то усердно рисовал. Мёртвая тишина, ни звука. Ну вот половина дороги уже пройдено. Внезапно до ушей художника дошёл противный скрежет. Эррор отвлёкся от своей борьбы со своим желудком и они оба стали вслушиваться вдаль. Все знали, что в телепортационном туннеле нельзя, ни драться, ни баловаться. Это могло привести к тяжёлым последствиям. Летящие со световой скоростью скелеты почувствовали тяжесть, они замедлялись. Стены радужного коридора затрещали и лопнули, как передутый шарик.       Дальше была тьма. Она окутывала их тела, и заглушала все мысли и воспоминания. Тьма, как живое существо пожирала их энергию и саму сущность.       Раненый, искалеченный до мозга костей Глюк не чувствовал ничего, кроме отчаяния. Тот не видел света, тени, только всепоглощающая тьма. Отовсюду звучал один и тот-же голос. Что или кто, бы это ни был, он смеялся. Смеялся так искренне и сумашедше, что голос проходил сквозь все барьеры и доходил до сознания скелетов, медленно и беспощадно лишая их рассудка.       Для Инка, затуманивание разума оказалось невероятно болезненной шуткой. Художник бился в конвульсиях с невероятной скоростью сходя с ума.       Неожиданно для всех участников этой пытки, в их «игру» вторгнулся ещё один звук. Дальше был свет.       Анти-пустота.       Эррор, истекая бордово-бурой кровью, тяжело дышал и не мог заставить себя сказать и слово. В метре от глючного валялся Инк, в отключке, похоже он не выдержал и потерял сознание.       По крайней мере Эррор надеялся, что его горе-помощник жив.