Под нарисованным солнцем

      — Тебе повезло, что всё обошлось! — Инк был в ярости.       — Но жив же!       — Я предупреждал, НЕ использовать машину классического Санса. Она не доделана и не будет доделана, а что было бы если ты умер? Или хуже, составил бы компанию Гастеру?       — Ты слишком нас опекаешь…       — Верно, это не из-за машины, мы тебя спасали!

***

      В комнате было тихо, Эррор аккуратно встал, чтобы не разбудить Инка и направился в кладовую. Там он нашёл несколько ароматических свечей, Глючный остановился на сладком запахе жасмина, это были любимые цветы его возлюбленного. Войдя на цыпочках в комнату, Глюк расставил свечи и поджёг их. Луна просвечивала сквозь прикрытые шторы, цветочный аромат наполнил помещение. Инк проснулся от нежных прикосновений к его лицу.       — Оши… — Инк не успел договорить, Эррор схватил его руки и нитями привязал к кровати.       Глючный приблизился к Чернильнице и поцеловал. Когда Инк заметил, что его партнёр настойчиво просит его открыть рот, он поддался и поцелуй углубился. *Руки связаны, ничего не поделаешь, придётся подчиняться.* — Подумал Инк. Кислород заканчивался и пришлось разорвать, такой долгожданный поцелуй. — Ты знаешь что я сейчас буду делать? — Но в ответ услышал лишь приглушённое дыхание. Глючный снял надоедливый шарф, бирюзовую куртку, пояс с красками и бросил в угол. Эррор спустился ниже, на шею. Он облизывал, и иногда покусывал каждый позвонок, от чего Красочный изгибался в спине, радужнел и стонал от удовольствия. Легонько проведя по исписанным рёбрам, Эррор достал душу художника. Она ярко светилась и истекала полупрозрачной, отдающей радугой, жидкостью. Он немного прикусил душу, от чего услышал жалобный всхлип со стороны партнёра. Эррор решил больше так не делать, он облизнул сердечко на месте укуса и начал слизывать потёки жидкости с души. На вкус она показалась очень сладкая. Инк пребывал в эйфории, громкие стоны предательски вырывались из уст художника. Это сильно заводило Глючного. Он вернул душу на место и спустился к бёдрам. Вопросительно посмотрев на Инка, он начал стягивать шорты. От каждого прикосновения Глючного к телу Инка, у второго пробегала дрожь и он уже не стонал, а кричал от удовольствия. Любимый аромат жасмина затуманивал сознание, заставляя забыть о последствиях. Возбуждённый, пульсирующий неон художника ожидал внимания. Чернильница был уже готов, но Глючный медлил. Он нежно проводил пальцами по сияющему члену напарника принося всё больше удовольствия. Художник кричал, извивался под любимым и умолял продолжать.       — Чтож…теперь моя очередь.       Романтичная обстановка не заставила себя долго ждать. Эррор вытащил свой, уже твёрдый орган из штанов, поднял ноги возлюбленного себе на плечи и начал медленно входить, давая Инку привыкнуть к новым ощущениям. Войдя на половину Глючный стал нарасчивать темп. Не успевший достаточно растянуться Инк чувствовал сильную боль, но она, даже не граничила с тем наслаждением, что доставлял процесс. Из уст обоих вырывались стоны, иногда вскрики. Они оба уже не думают. Эррор захватил Инка в последний поцелуй и кончил, излившись внутрь прямо на рёбра и душу, покрывая семенем все внутренности скелета. Художник тоже кончает и пачкает куртку любимого. От приятной усталости, Инк засыпает, а Эррор не забыв развязать возлюбленного, гасит свечи и ложится рядом.

Следующее утро

      Радужный проснулся первым, руки Глючного крепко обнимали его. С усердием, но художник выбрался из оков любимого. Таз жутко болел, но несмотря на это Инк был счастлив. Он взял одежду и принёс её в ванную стираться. Сам встал под душ, надо было отмыться от следов вчерашней ночи. Раздеваться не надо было, об этом ещё тогда позаботился Эррор. Под каплями воды было хорошо, все плохие воспоминания угасали, а хорошие лишь прояснялись. Инк с наслаждением вспоминал каждое мгновение с Эррором. Кулон на его груди сиял ярко, но Инк заметил некоторые изменения. Художник выбежал из душевой и встал перед зеркалом. Вода смешанная с шампунем стекала с его костей, он отодвинул камень, под ним находилась его радужная душа. Вокруг неё в темпе вальса, как по орбитам вертелись ещё две крохотных душонки. Одна бордовая, а другая тёмно-зелёная. В смятении Красочный опустился на подставку и вытащил все души из-под рёбер. Когда Инк прикоснулся к одной из них, она ярко загорелась.       — Привет… -Инк улыбнулся, — Как же о вас Эррору, то сказать? Как он отреагирует? Будет ли он меня любить? — Души лишь возгорались от каждого слова своего «папы». Инк вернул души на место и пошёл готовить завтрак.       Глючный проснулся от шваркания блинчиков на сковородке. Он с улыбкой спустился по лестнице и по традиции обнял художника сзади, пока тот готовил. Реакция была, как в первый раз, так что блинчики украсили потолок.       — Я хочу продолжения вчерашнего… — Томно провозгласил Глючный.       — П.подожди! А как же завтрак?       — Подождёт.       Эррор телепортировал их в спальню, там он запустил руки под рубашку и достал душу Красочного.       — Инк…       Он не знал, что ответить поэтому просто спросил       — Что такое?       — Не ври мне, у тебя плохо получается, почему ты сразу не сказал? — Тихо и невольно грубо сказал Глючный       — Я…прости…я не знал как тебе сказать…я       — Я СТАНУ ОТЦОМ! — Так радостно и громко крикнул Глючный, что Инк закрыл уши, — НЕВЕРОЯТНО! ЭТО…ЭТО ТАК КРУТО! НАДО Купить *Положил душу на место* пелёнки, кроватки, одежду и ремонт в соседней комнате сделать, самое главное — имена выбрать…идеи есть? — Восторженный Эррор взглянул на плачущего Инка, — Ты чего? Я сделал тебе больно? /Он действительно сидел так, что у художника всё ныло, но причина слёз была не в этом/ Прости…я не хотел!       — Нет! Я просто счастлив, я не ожидал, что ты будешь рад такому…       — Как ты мог так подумать, я счастлив, как ОТЕЦ! Господи спасибо! — *Крепко, но аккуратно обнял возлюбленного* — С этого момента, ты сидишь дома и занимаешься всем здесь, понял? — Инк послушно кивнул головой, — А я схожу за продуктами и другими вещами. Ты спи, не беспокойся, я поем, тебе нужно отдыхать — отчеканил Эррор, накрыв художника одеялом до глаз. Закрыл шторы и включил ночник, — Если что понадобится зови, хорошо? — Не дождавшись ответа, он выбежал из комнаты.