Лучший вечер

— А вы чего такие скучные? — в один голос спросили Фред и Джордж, когда в гостиной факультета Пуффендуй обнаружили унылые лица некоторых из присутствующих. Немногие услышали эту фразу, а те, кто был ближе и всё-таки её услышал, никак не отреагировали на появление двух рыжих парней. В этот вечер в гостиной одного из четырех факультетов находились не только её хозяева, но и когтевранцы, гриффиндорцы, и даже несколько учеников из Слизерина. Тайная от учителей вечеринка в честь турнира «Трёх волшебников» была устроена в Пуффендуе именно из-за его особо расположения рядом с кухней. В течение часа ученики в разноцветных мантиях перетаскали кучу еды в гостиную, и, заперев дверь, ни в чем больше не нуждались, кроме как веселья. А оно всё как-то не приходило. Семикурсники никак не решались достать алкоголь из своих припасов из-за присутствующих здесь несовершеннолетних учеников. А остальные, кто был младше, осторожно переглядывались, ожидая, что учителя вскоре их раскроют. На часах было время после отбоя, но никто из них не собирался идти спать. — Есть идеи, Уизли? — спросил Седрик Диггори, уже совершеннолетний ловец команды по квиддичу. — У нас всегда есть идеи, — сказал Фред, а Джордж продолжил: — Нас много, поэтому можем поиграть. Например, в «Мафию»! Ученики странно переглянулись. Близнецы Уизли поспешили объяснить правила этой магловской игры тем, кто впервые о ней слышал. Гарри, который рос за пределами волшебного мира, никогда в неё ещё не играл. Он неожиданно понял, что не знает магловских игр, в которые Дадли наверняка играл со своими противными дружками, когда ходил к ним в гости. Это на секунду навеяло на него грусть, однако он уже забыл о ней, когда Рон больно пихнул локтем ему в бок, напомнив, что игра уже началась. Джордж и Фред всем раздали бумажки с указанными на них ролями. Сами братья вызвались быть ведущими, несмотря на то, что хватило бы и одного. Ученики расположились на ковре, в центре образовав круг. Гарри сидел между Роном и Седриком, который по непонятной причине добродушно улыбался ему. Такое внимание невольно смущало, поэтому Гарри поспешил посмотреть в свою бумажку с указанной ролью. «Аврор». — Внимание, леди и джентльмены, — громко сказал Фред, возвышаясь над всеми. — Среди нас есть три Пожирателя смерти, — он бросил многозначительный взгляд на слизеринцев, — один аврор, который поймает негодяев, нарушивших дисциплину в нашем небольшом поселении, доктор, журналистка и Дамблдор, смерть которого означает конец нашей игры. Все поняли правила? Что ж, тогда начнем. Все закрывают глаза… Джордж что-то говорил про пожирателей, и, пока те делали какой-то там выбор, Гарри с закрытыми глазами пытался представить, кто ими мог оказаться. Кто-нибудь, вроде Малфоя. Как аврору, ему захотелось проверить именно его. — Пожиратели засыпают, просыпается аврор. Аврор делает свой выбор, — Фред уставился на Гарри и, к его великому сожалению, отрицательно покачал головой. — Аврор засыпает. Просыпается доктор… «Утром» Джордж объявил, что Дамблдор в безопасности, аврор не угадал, журналистка всю ночь провела с какой-то девчонкой из когтеврана, а убили… Гарри Джеймса Поттера! И даже доктор не смог помочь ему. — Мы все очень скорбим по единственному в нашем городе аврору. Гарри, твой призрак может сказать своё последнее слово! Поттер поджал губы, устремив свой взгляд на Малфоя. Он сидел прямо напротив, поэтому слизеринцу было удобно ответить на пристальный взгляд своего врага. Он слегка ухмыльнулся, на что Гарри в своей голове сделал свои выводы. — Это Малфой, — сквозь зубы прошипел Гарри. Фред пожал плечами, предложив ребятам проголосовать. Оказалось, что юного героя решили поддержать многие, на что ведущие вынесли вердикт, что «казнят» Малфоя. Драко недовольно цокнул, показав всем бумажку с предназначенной ему ролью. Большинство из них, включая Гарри, невольно ахнули. — Видимо, мы случайно «казнили» Дамблдора! — эта реплика не вызвала ужас разве что только у близнецов и слизеринцев. — Игре конец. В гостиной повисла тишина, и ситуация становилась более неловкой с каждой секундой. Гарри невольно сжался, чувствуя вину за всё, что только что произошло. Рон в поддержку сжал плечо своего друга, который в свою очередь старался не смотреть на остальных. Седрик довольно хмыкнул, когда в его голову закралась идея. — А давайте играть в Правду или действие? — словно прочитав мысли Седрика, предложила Хейди Макэвой. Старшекурсники довольно закивали, вынимая из-под диванов свои запасы алкоголя. Было негласно решено, что немногочисленным ученикам из четвертого курса можно было налить тоже, а младше никого не наблюдалось. Пуффендуйцы с помощью заклинаний умножили количество бутылок и разлили огневиски по пластиковым стаканчикам. Пустую бутылку положили в центр и, чтобы было удобнее всем крутить, ученики пододвинулись ближе, прижавшись плечами с соседями. Первым начал Седрик. Он раскрутил бутылку, и та в конечном итоге указала на Фреда. Гриффиндорец, выбрав Правду, признался в том, что он всё ещё девственник. Джордж какой-то слишком уж довольный пихнул его локтем в бок. Фред в свою очередь загадал глупое задание Чжоу Чанг, а девушка спросила у Рона, какую обычно оценку он получает за практические работы по зельям. На Гарри бутылка так и не указала, зато он вдоволь позлорадствовал над Драко, которому пришлось выпить целую бутылку огневиски из-за желания Диггори. Никого, как оказалось, совершенно не волновало, что Драко, единственный наследник семьи Малфой, к концу вечера может оказаться невменяемым из-за количества выпитого им алкоголя. Панси, его верная подруга, продолжала незаметно подливать в его стакан огневиски. Какой-то худой и загорелый парень, сидящий рядом с Малфоем, заметив это, молча пододвинул миску с закусками. Веселье продолжалось. Гарри перестал следить за действием каждого, переместив свой взгляд на Седрика. Казалось, его стаканчик с выпивкой не становился пустым ни на миллиметр, чего нельзя сказать про собственный. Диггори с смешинкой в глазах посмотрел на Гарри, спросив, как он себя чувствует. Поттер показал лишь верхний палец, повернул голову направо и удивился, не увидев рядом с собой Рона. Его друг нашёлся на одном из диванов, где уже посапывали другие ученики с разных факультетов. Гарри осмотрел тех, кто остался в круге. Чжоу Чанг сидела совсем близко к Диггори, чуть ли не прижимаясь к нему плечом, что вызвало в гриффиндорце раздражение. Драко, сняв с себя мантию, оставался лишь в одной тонкой рубашке, рукава которой были закатаны до локтей. Его галстук забрала себе Паркинсон, в руках которой так же находилась чужая мантия. Фред и Джордж сидели рядом с другими старшекурсниками, обсуждая с ними какие-то пошлые шутки. Больше никто не пил, не играл в Правду или действие. Пустая бутылка без надобности продолжала лежать в центре уже не круга вовсе. — Эй, — совершенно трезвым голосом вдруг предложил Седрик, — а что, если мы сыграем в Бутылочку? Со всех сторон раздался одобрительный возглас. Было уже три часа ночи, когда ученики сели вновь в уже более узкий круг и налили друг другу остатки алкоголя. Некоторые, как Драко, уже клевали носом, но принципиально не шли спать. Паркинсон сжалилась над другом и новую порцию огневиски выпила вместо него. Фред решил, что начнут с Седрика, так как именно он предложил игру. Пуффендуец ухмыльнулся, но раскрутил бутылку, которая указала на одного из близнецов. Фред удивленно поднял брови, но встал и подошел к Диггори. Гарри до самого конца верил, что парни не будут делать это на глазах у остальных, однако в итоге почувствовал смущение и легкий жар на щеках, когда Седрик и Фред Уизли не просто прижались губами, а действительно стали горячо целоваться. Две девчонки из когтеврана зааплодировали, а парни с пьяным уважением на лице закивали. — Теперь моя очередь, — Фред облизнулся, раскручивая бутылку. Ему досталась семикурсница из гриффиндора. Та в свою очередь, придя в себя после страстного поцелуя, выпила остатки огневиски в своем стакане и крутанула бутылку по часовой стрелке. Их поцелуй с девчонкой из слизерина показался Гарри каким-то скучным по сравнению с прошлыми. Поттер переместил свой взгляд с старшекурсниц на Драко Малфоя, лицо которого было не видно из-за того, что тот опустил голову, прижав колени к себе. Гарри подумал, что слизеринец уснул, и вновь посмотрел на играющих. Панси Паркинсон, сморщив свой носик, целовалась с гриффиндорцем, которого всё, казалось, устраивало. Черноволосая девушка оттолкнула от себя настырного парня и потянула руку к бутылке. Прозрачное горлышко указало на Чжоу Чанг. Девушки скривились, но слегка коснулись губами. Панси вскрикнула и быстро умчалась в туалет. Чжоу с зеленым лицом убежала в ту же сторону. Было решено вновь начать с Седрика. Парень обвел взглядом оставшихся ребят, которые явно хотели спать, но не покидали их порочный круг. Диггори вздохнул и раскрутил бутылку. Потом повторил свое действие, потому что она указало на пустое место между двумя когтевранками. — Что?! — Гарри проследил от бутылки, указавшей на него, до самого пуффендуйца, который сидел рядом с ним, и смущенно опустил взгляд. — Всё хорошо, — он услышал успокаивающий шепот над своим ухом. Гарри поднял взгляд и, не вставая, машинально потянулся к Седрику. Его губы оказались слегка грубыми и невероятно горячими. Спустя пять секунд Диггори отстранился с красными пятнами на щеках, смущенно отводя взгляд. Гарри неловко уставился на пустую бутылку. — Предлагаю сыграть в последний раз, ибо половина из вас уже спит, — голос Джорджа казался сейчас очень громким. — Гарри, крути! Гарри с плохим предчувствием взялся за бутылку и со всей силы раскрутил её. Мальчику казалось, что она вертится невероятно долго, но в конечном итоге сделала свой роковой выбор. Бутылка указала на Драко Малфоя. — Вот это я понимаю – вечеринка года! — довольно сказал Фред, запасу энергии которого мог позавидовать любой из присутствующих. Малфой, словно почувствовав, что дело касается и его тоже, поднял голову с коленей и посмотрел сначала на бутылку, а потом на бледного Гарри. Сложив в голове всё воедино, Драко молча поднялся со своего места. Гарри последовал его примеру, ощущая себя неловко и как-то неправильно. Фред и Джордж что-то бодро кричали, но Гарри слышал их приглушенно, словно они находились в другой комнате, обратив всё внимание на рядом стоящего человека. Драко выглядел слишком серьезным, однако румянец на щеках выдавал его смущение. Ну, или нетрезвость. Гарри пока не понял, что это было. Малфой был к нему как никогда близко, и ощущения, что испытывал гриффиндорец, были совсем новы для него. Драко протянул руку вперед, проводя ей по щеке Гарри. — Сними очки, — первое, что тихо произнес Драко, продолжая держать свою руку на лице Поттера. Гарри неуверенно снял свои очки, полностью осознав, что пути назад уже нет. Не обращая внимания на учеников вокруг, гриффиндорец так же коснулся лица Малфоя и, не встретив сопротивления или другой отрицательной реакции, сделал шаг вперед. Теперь парни стояли лицом к лицу, на расстоянии всего нескольких сантиметров. Малфой тяжело выдохнул и закрыл газа. Гарри подумал, что Драко в эту самую секунду не вызывает в нем ненависть и неприязнь, поэтому, чуть наклонившись, с приложенной нежностью поцеловал его. В первые секунды ничего не происходило, и близнецы были готовы заявить, что это и не поцелуй вовсе, а так, детское развлечение. Однако Драко резко обнял Поттера за плечи, прижав этим парня к себе ближе, и жадно ответил на поцелуй. Поттер в свою очередь, опешив, положил свои руки на его талию. Кожа под тонкой белой рубашкой показалась ему невероятно горячей. Звук вспышки фотокамеры разрушил такой сладкий момент, и Драко отстранился, чуть прищурившись выискивал среди толпы Колина Криви. А то, что это была именно его камера, не сомневался никто. — Только попробуй сдать её в газету! — прорычал Драко, с силой сжав плечи Поттера. Гарри ойкнул, попытался отодвинуть от себя слизеринца, но тот отстранился сам, сделав шаг назад, и, взяв за руку гриффиндорца, направился в одну из комнат. Гарри не видел, что происходило в гостиной после их ухода; в его мыслях засел образ Малфоя, такого горячего и нетерпеливого, что он забыл, каким холодным его сокурсник был до этого вечера. Мальчик без особого участия наблюдал, как Драко ищет свободную комнату, с особым отвращением закрывая двери, за которыми уже обнимались парочки. Найдя свободную, слизеринец втолкнул в нее несопротивляющегося Поттера, заперев дверь несложным заклинанием. — Только сегодня, слышишь, Поттер! — пьяный Драко обвил руки вокруг шеи гриффиндорца и поцеловал такие приятные губы. Гарри, решив, что утром всё равно никто из них ничего не вспомнит, а если вспомнит, то явно не всё, проник руками под ткань рубашки и коснулся горячей упругой кожи. Юркий язык Поттера проник через открывшиеся навстречу губы в рот Малфоя и сплелся с другим мокрым и юрким языком. У Гарри закружилась голова от ощущений. Драко в его руках был такой горячий, отзывчивый и совершенно развратный. Он стонал ему в губы и выгибался в спине, когда Поттер особо чувственно проводил рукой вверх от поясницы до лопаток. Парни разорвали поцелуй, когда уже не было сил выносить накопившееся напряжение. Драко пошло облизнул пухлые губы и, отстранившись от гриффиндорца, лег на чужую кровать поверх простыни. Гарри снял свитер с футболкой из-за невыносимой духоты в воздухе и лег рядом с Малфоем. Какое-то время они лежали в полной тишине. Вдруг Драко повернулся на бок и прижался к Гарри. Гриффиндорец повернул голову в его сторону и улыбнулся, увидев, что его бывший враг заснул. Бледные черты лица разгладились, лишь легкий румянец украшал острые скулы. Гарри провел по ним рукой и тоже уснул, машинально приобняв Драко за талию одной рукой. Перед тем, как посетить царство Морфея, в его голове мелькнула мысль, что это был лучший вечер за весь учебный год.