Крылья для ужаса

После того, как Тарас Бульба самоустранился, а залатанное в Сен-Канарской больнице супергеройское тело легло на путь скорейшего исцеления и на диван в гостиной, пытливому уму Чёрного Плаща требовался кратковременный отдых от геройских дел, которого, разумеется, бьющая ключом энергия Гусёны, приехавшей вместе со мной и Зигзагом в мой тёплый дом заскорузлого холостяка, допустить не могла. — Гусёна, можно я полежу минуточку… — взмолился Кряк, спасаясь от скачущей по гостиной девчонки. — На смертном одре… — Не обманывай, Чёрный Плащ! — раскусив ложь, заявила Гусёна, не прекращая своих познавательных скачкообразных игр. — Ты живее всех живых! — Ух ты! — раздалось откуда-то рядом голосом Зигзага. — Что я тут нашёл! Вертолёт на радиоуправлении! — Класс! — приходя в восторг, воскликнула Гусёна. — Это мне?! — Откуда он тут вообще взя… — начал было Кряк. — Запущу его во дворе! — завопила Гусёна, не слушая. — Спасибо, Чёрный Плащ! — Иди, деточка, — умиляясь, пробубнил Кряк, по уровню громыхания топота определяя дальность её передвижения до двери во двор. — Фух, наконец-то можно полежать… Довольно вздохнув, Чёрный Плащ спокойно растянулся на диване. — Зигзаг! — спохватился он вдруг. — Да? — А ты что здесь делаешь? — Грибы хочу засушить! — разулыбался Маккряк, сидя в кресле рядом и растягивая в руках ниточку с насаженными кусочками грибов. — Грибы? Какие ещё грибы?.. — Шампиньоны, вроде, — понюхав грибы, сообщил Зигзаг, продолжая накалывать грибы на нитку. — А, ну раз шампиньоны… — не зная, что этому можно ещё противопоставить, сказал Кряк. Решив, что рано или поздно, развесив грибы сушиться, Зигзаг оставит его одного, Чёрный Плащ погрузился в архивы собственных мыслей, выуживая из них тот самый день встречи в ангаре Маккряка. Это ж надо было такому случиться? — размышлял Чёрный Плащ. — Я ведь понятия не имел, куда меня угораздит свалиться, а угораздило именно на крышу ангара этого летучего чучела, из глубокого почитания соорудившего самолёт в виде моего священного лика… Быть может, всё это не случайно? И что он там, в этом ангаре, целый год жил один-одинёшенек? — подумал Кряк, посмотрев из-под бинтов, сползавших со лба, на Зигзага не на шутку увлечённого нанизыванием грибов. — Мутный он, однако же, типчик. А та женщина на календаре? Календарь был старый… либо он поклонник этой цыпочки, либо он не следит за датами, либо… ах! Либо она там висела не случайно, — нахохлившись от силы собственной дедукции, подумал Чёрный Плащ. — Что, если это был отвлекающий манёр? На случай, если Чёрный Плащ упадёт в ангар, увидит старый календарь, соотнесёт даты с… Ах! Как же я забыл про набор гаечных ключей! Что, если всё это тайный шифр, посеянный в моё сознание правительством?.. Что, если Зигзаг вовсе не тот, за кого себя выдаёт? Что, если он шпион? Что же он тогда делает в моём доме?.. Интересненько… Что он… О господи, что он делает?! — Зигзаг, что ты делаешь?! — ужаснулся Кряк. — А?.. — Зачем ты ешь сырые грибы?! — Их можно кушать даже сырыми, это же шампиньоны, — улыбнулся Маккряк. — Очень вкусно, хочешь? — Нет, спасибо… — недоверчиво произнёс Кряк. — Не отвлекай меня: я должен утолить свой голод познания истины. — Как скажешь, Чепэ, — отозвался Зигзаг. — Пожарить тебе картошки?.. — Пожарь, — отмахнулся Лапчатый, заваливаясь на диван на бок. Накушавшись жареной Зигзагом картошки, пережив возвращение со двора Гусёны и её беготню по дому, Чёрный Плащ, уютно устроился в собственной спальне, собираясь сделать вид, будто читает книгу перед сном под уютным покровом тёплого одеяла, в то время как его разум вернулся к анализу всей этой путаной информации, не дающей ему покоя. Он даже не заметил, что ему так не удалось избавиться от компании своего пилота, развалившегося по ковру его спальни и листающего какой-то свой журнал о последних новинках в самолётостроении. «Что, если он шпион из подручных В.А.О.Н? — пряча нос в книге, думал Чёрный Плащ. — Не исключено, что он получил задание втереться ко мне в доверие, в то время как на самом деле он передаёт в стан врага важнейшую информацию об исключительной личности Чёрного Плаща?! Он целый год строил свой самолёт потому, что тот напичкан жучками и передатчиками, чтобы все отпетые негодяи мира могли наперёд знать о моих хитроумных планах! — Зигзаг! — завопил Кряк на всю спальню. — Что? — до кошмариков испугавшись, подскочил тот на месте. — Ты, часом, не подсадная утка?! Смотри мне в глаза! — Я не утка, я пеликан, — покрываясь отчасти холодным потом под пристальным взглядом своего героя, ответил обескураженный оруженосец. — Ты не шпион Ассоциации Негодяев? — Нет, что ты, я слишком глупый, чтобы быть шпионом у негодяев. Я и у добродеев-то с трудом им был. Пробыл недели две и отказался — не надо мне такого счастья. Мне уж лучше оруженосцем, чем это. — Хм… — А что такое, Чепэ? — Ничего. «Так он был шпионом, — взял на заметку предусмотрительный Чёрный Плащ, со знанием дела, потирая подбородок правой рукой, поскольку левая всё ещё была в гипсе. — Я сразу заметил, что он не так прост, как хочет казаться… Но для негодяев, это верно, он недостаточно умён. Впрочем, что я знаю о его прошлой жизни? Где он живёт? Он и спал в больнице, пока я там лежал. Почему он пятый день не уходит домой?.. Снова нераскрытые тайны! Как бы это так выяснить, чтобы не вызвать подозрений?.. Придумал! До чего же я иногда гениален…» — Зигзаг, кстати, когда пойдёшь домой, не захватишь из кухни мусор? — как бы невзначай произнёс Кряк, мусоля кончик пальца, чтобы перелистнуть страницу в книжке. Зигзаг помолчал с глубокомысленным лицом, переваривая услышанное. — В смысле, мне уйти, Чепэ? — Ну ты же когда-нибудь пойдёшь домой?.. — предположил Кряк. — А остаться я не могу? — Но у тебя же есть свой дом? — Ох, когда это было! Я продал его ещё год назад, чтобы переехать поближе к Сен-Канару, — непонятно чему радуясь, заявил лётчик. — Но я могу уйти и поспать где-нибудь в ангаре, если нельзя остаться… Или на улице. Мне нельзя остаться?.. — Конечно, можно! — злясь на Зигзага за то, как тот как обычно давит на жалость, сам этого не замечая, выпалил Чепэ. — Уря, — придя в сдержанную разновидность восторга, шепнул Зигзаг. — Я торжественно клянусь быть самым лучшим жильцом! — Но у меня односпальная кровать. И спальня у меня одна, — намекая на то, что спать в доме как бы негде, если не считать дивана в гостиной, сказал Чёрный Плащ, — Никаких, знаешь, гостевых спален. — Отлично! — обрадовался Зигзаг пуще прежнего, вскакивая и живо улепётывая в ванную комнату. — Э… Отлично?.. Но… я… — опешил Кряк, не имея ни малейшей возможности уловить, что именно имел в виду Маккряк под этим своим «отлично». — Отлично? — сглатывая, пробормотал он, нервно постукивая пальцами по одеялу. Понимая, что спасения ждать неоткуда, Чёрный Плащ просто лёг на подушку, считая, что, если будет нужно, затребует объяснения по возвращении пилота на базу. Спустя некоторое время, дверь приоткрылась. Кряк наткнулся на счастливый взор Зигзага, прижимающего к себе ком собственной верхней одежды. Всё, что могло, напряглось в комнате, Чёрный Плащ боялся даже моргнуть, потихоньку начиная ощущать тихую липкую панику. Зигзаг шагнул ближе… швырнул на ковёр комок одежды, рухнул на пол и, укрывшись собственной курткой, свернулся клубочком. Чёрный Плащ почувствовал, что, пожалуй, готов разорвать на клочки собственное одеяло: так сильно он сжимал его в руках. О боже господи, утиный бог! А он-то уж себе напридумывал! — Спокойной ночи, — с досадой выдыхая, Кряк дотянулся до лампы на тумбочке и погасил свет. — И тебе, — пробубнил Зигзаг. Чёрный Плащ лёг на спину, закрывая глаза. — Чепэ… — раздалось неуверенно с пола. — Ну? — спросил Кряк. — Я вообще хотел на кровать, туда, к тебе… — А почему на пол брякнулся? — Застеснялся при свете что-то… — зардевшись в темноте, как редис, признался Маккряк. — На всё-то вас, оруженосцев, сподвигай… — ворча себе под нос, Кряк подвинулся на койке, освобождая место. — Давай сюда. — Извини, — влезая на кровать, тихо запричитал Зигзаг. — Без комментариев, — преспокойно утрамбовывая его с таким видом, будто делает это не в первый, а, как минимум, в тысячный раз, фыркнул Чёрный Плащ. — Извини, — совсем тихонько и очень стыдясь своего поведения, пробормотал Маккряк. — Лётный шлем принято снимать в постели. — Я без него чувствую себя голым, — виновато стягивая шлем с башки, признался Зигзаг. — О, — отклонился Кряк. — Скажите пожалуйста. А я думал это потому, что ты голый. — Ну и это тоже, — сорвавшимся голоском согласился Зигзаг, отведя донельзя смущённый взор к окну. — Кх-кхм. Интересное кино в окне? — Что?.. — обернулся Зигзаг. — Всё, — вкладывая в это слово всю силу неотвратимости судьбы, произнёс Кряк, намертво прилипнув ладонью не-загипсованной руки к шее Зигзага, чтобы тот даже не подумал снова куда-нибудь отвернуться. — Какое кино-то? — сделал всё же попытку начать трепаться Зигзаг, но замолк, испугавшись серьёзного взора своего нежданно настойчивого кумира. — Рейтинговое, — промямлил тот, перекладывая не-загипсованную руку с шеи на талию подопытного оруженосца и прихватывая посильнее. — Ый… — выдал Зигзаг, опасаясь, как бы его мечты вот-вот не стали реальностью. Именно потому, что для Зигзага это было самыми дерзновенными мечтами, а для мистера Лапчатого — вполне логичным развитием сюжета, в котором два парня уже угнездились в одной кроватке, оба они имели в планах одно и то же: неуверенно подобраться друг к другу поближе, потираясь носами и, наконец, слиться в средней тяжести ласковом поцелуе, после которого Зигзаг тут же приготовился перевернуть кровать вокруг собственной оси как минимум раз восемь. Чёрный Плащ, ожидая чего-то подобного и оставаясь намного более спокойным, сбил его с настроя, сразу же целуя ещё разок, контрольный и напористый, специально для профилактики резких переворотов в будущем. — Кто была та девушка на календаре? — пробормотал Чёрный Плащ, не теряя бдительности. — Кто?.. Где? — прерванный на полупоцелуе, вдрызг пьяный этим обстоятельством и лишь вяло испуганный счастливый Зигзаг. — Календарь в твоём ангаре, — уложив его на лопатки и наваливаясь на его грудь, в миг становясь предельно подозрительным, сказал Чёрный Плащ. — Календарь в моём… Ах, это! — сквозь туман удовольствия припомнил он. — Что он значит? — Что у меня не было другой картинки, чтоб на стену повесить… — искренне желая поскорее свернуть допрос, пробормотал Зигзаг. — Говори правду! — щёлкая лампой и направляя свет Зигзагу в лицо, настаивал Черный Плащ. — Ой, ай! Хорошо, хорошо, я скажу! Только убери эту штуку! — Не так-то просто перехитрить Чепэ! В смысле… В смысле, Чёрного Плаща! Почему она там висела, отвечай, ты… — Ой, с чего же, с чего начать… — заволновался паникующий Зигзаг. — Там вокруг были другие пилоты, вот я и повесил девушку с календарём… вернее, наоборот! Календарь с девушкой… Если бы я знал, что ты появишься там, я, конечно, не стал этого делать. Но зато я смог спокойно закончить Громокряк и никто даже ничего не заподозрил! — Не заподозрил… что? — неумолимый в своей подозрительности, процедил Лапчатый. — Что мне не нравятся такие… девушки, — выпалил на волне паники Зигзаг, не переставая краснеть. — А какие нравятся? — Такие, как ты? — Как я, говоришь… — задумчиво хмыкая, проговорил Чепэ. — Утиный бог! И что, это всё? — Нет, нет, конечно не всё! — умоляя залепетал Зигзаг. — Всё давно изменилось! — Ха! Так я и знал! — самодовольно возопил Кряк. — Вот теперь, будь добр, поведай мне истину, дорогой оруженосец… Зигзаг похлопал глазами, глядя на Чёрного Плаща и переставая вдруг паниковать. — Хе-хе! Я так не могу… — смущённо отвернулся он. — Что? Почему?! Это сейчас вопрос жизни и смерти! — Всё равно так ничего не получится, — развёл Маккряк руками. — Это должно само… — Ерунда какая, — привычно заворчал Кряк, заёрзав на зигзаговом бицепсе головой. Полежав секунду без движения, опустившись мыслями глубоко в пучины собственного я, Чёрный Плащ вновь вынырнул на поверхность. — Ну ладно, ладно, — тоном домашнего папочки, произнёс Кряк. — Что же, мы ничем так и не займёмся?.. — Отчего же нет! — криво улыбнулся Зигзаг, неожиданно пойманный здоровой рукой Чепэ прямо за сокровенное. — Только будь поосторожнее: все эти травмы… и рука ещё в гипсе — если вдруг что, схлопочешь по черепу. — А, э… я… э-э, — вытягиваясь поверх Кряка и всё ещё пытаясь что-то сказать, нетипично для пеликана закуковал Зигзаг, и, собравшись с духом, попытался придать собственному голосу оттенок элегантности, — Мы кое-что забыли… — Это легко поправить, они лежат вон на той полке, так что я сейч… — Не эт-то, — остановил Зигзаг, не позволяя двинуться. — Эта штука сто лет уж как на мне. — Что ещё тогда?.. — поднял бровь Чёрный Плащ. — И когда ты только успе… Зигзаг прижал указательный палец к его губам, удивляя и самого Чепэ, и его всё ещё поднятую бровь. Он наклонился к его шее, в то время как Лапчатый оглядывал бегающими глазками тёмный потолок спальни, и затих, непонятно что собираясь делать. Будучи готовым ко всему, Кряк напряжённо ждал развязки, и когда решил уже, что рыжий чуб уснул и готов был нарушить нагнетённую им тишину, тот вдруг ожил. Обдав чувствительное к многим неслышимым обычными людьми звукам супергеройское ухо Чёрного Плаща тёплый выдохом, Зигзаг сообщил: — Ты нравишься мне, ЧП… Очень. Вот что. — Тебе следует поработать над этой своей буквой «т»! — вспыхнул Чепэ, принимаясь что есть силы чесать ухо. — Она так вибрирует, что просто невозможно терпеть. Что ты сказал, я тебе что?.. Во взгляде Чёрного Плаща отразилась вся степень постепенного осознания. — Ты что, серьёзно?.. — Мгм, — покивал Маккряк. — Я? Тебе? — Да, Чепэ… С тех пор, как увидел тебя, я… — Зигзаг! — вскричал Кряк, озарённый логическим выводом. — Не выгоняй меня! — заорал Зигзаг вцепляясь в него. — На улице ночь, стужа и дождь! — Зигзаг, мальчик мой! — сам схватив Зигзага за физиономию ладонями, перебил его Чепэ. — Всё настолько серьёзно для тебя? О, я глупый старый селезень… — Не старый, не глупый… — Не утешай меня!.. Мы будем сегодня что-нибудь делать, или ты так и будешь на мне лежать? — О да, Чепэ, конечно, я сию же секунду… — Подожди, но… мать моя Бушрут… — Всё в порядке? — выныривая из-под своей чёлки, спросил деловой Зигзаг. Чёрный Плащ ошарашенно покивал. — Продолжай, — сжимая пальцы не-загипсованной руки на спине оруженосца, велел он шепотком, прикусывая в связи с продолжением край губы. — Как ты это делаешь? — Много тренировался… — С кем? — Ну, это… Как его… С собой… — В первый раз… такое вижу......внимаю, — себе под нос пробубнил Чёрный Плащ, на всякий пожарный обняв Зигзага и гипсом тоже. Оказавшись на удивление нежным любовником, досточтимый Маккряк заставил супегеройсткое тело своего кумира испытать весьма бодрящую после взрыва на небоскрёбе встряску, а супергеройскую не-загипсованную руку — затыкать супергеройский рот, чтобы не дай бог не уведомить о происходящем мирно спящую в соседней комнате Гусёну. — Я должен был догадаться… Должен был… — шумно дыша, пробормотал Кряк, лёжа не только в собственной постели, но и в объятьях уставшего и довольного рыжего лётчика-залётчика. — И каким образом ты удосужился не включить не ту передачу… — рассуждал он. — Я морально был готов снова загреметь в больницу… — Как можно? Я ведь готовился к нашей встрече всю свою жизнь, — с раскатисто-поэтичной интонацией произнёс широкоплечий парниша не удосужившись даже приоткрыть глаза. — Вот где только набрался этой ванильной глупости, — неодобрительно пробурчал Чёрный Плащ. — Эх… Молодо-зелено… — У нас разница всего шесть лет… — донеслось из-под края подушки, под которую Зигзаг нечаянно завалился. — Целых шесть лет! — усиливая интонацию эпохальности подтвердил Чепэ. — Всего, — настойчиво промурлыкал Зигзаг, выбираясь из-под подушки, на ощупь целуя своего героя в область лица и, уронив голову на подушку около его шеи, тут же принялся посапывать. — Ну что ж… И тебе спокойной ночи, спящая красавица, — скосив на сопящую рядом личность полный скептицизма взгляд, произнёс Чёрный Плащ, и оставшись, таким образом, наедине со своим неспокойным разумом, тут же подкинувшим ему парочку нераскрытых, но уже существующих (в отличие истории со шпионством Зигзага на В.А.О.Н.) головоломок, принялся за работу над теоретической частью своей неостановимой борьбы с преступностью.