Я непременно его найду...

      Комната была хорошо обставлена. Она напомнила Анне её комнату в родительском доме в Затонске. Послышался скрежет ключа, Анна обернулась. Александр с улыбкой двинулся на неё. В его глазах, то и дело, проскакивала искра желания. Анна отступала назад, пока не почувствовала, как упёрлась лопатками в стену. Она вся сжалась, когда он подошёл к ней вплотную, почувствовала его дыхание, опаляющее кожу. Она повернула голову, отводя лицо в сторону, но Александр, взяв её за подбородок, повернул её лицо назад. Его дыхание опалило губы, Анна попыталась вырваться, но мужчина прижал её к стене всем своим телом. Анна зажмурилась. - Вы боитесь, - прошептал Александр, проводя пальцами по её щеке. Внезапно Анна открыла глаза. В данный момент она боялась не того, что сейчас могло произойти в этой комнате с ней. Её больше волновало происходящее там, откуда её только что увели. - Нет! Вас я не боюсь! – произнесла Анна, глядя ему прямо в глаза. - Неужели, - сузил глаза Александр, с усмешкой наблюдая, как она вздрагивает от его нового прикосновения, как от одного его касания её уверенность рушится, как карточный домик. Она готова к побоям, испытаниям, но только не к этому…. Его губы медленно приближались к её губам. Она вся сжалась, вновь пытаясь отвести лицо в сторону. Но он обхватил лицо руками, не давая сдвинуть его ни на миллиметр. Его губы неумолимо приближались, и сердце Анны с каждым миллиметром сжималось всё сильнее. Стук в дверь прервал эту пытку. Александр резко отстранился. - Кто там ещё? – в его голосе звучало такое раздражение, что человек за дверью должно быть сжался от страха. - Александр Александрович, - низкий голос дрожит, - Мы не знаем, что делать с пролёткой и кучером… - Интересно, как же он их так запугал? – пронеслось у Анны в голове. И от этой мысли всё в ней похолодело ещё сильнее. - Сейчас приду! – рявкнул молодой человек и обернулся к Анне, - Я скоро вернусь, - мрачно бросил он ей и вышел, заперев дверь на ключ. Как только дверь за ним закрылась, ноги Анны подкосились, и она сползла по стене вниз. Он вернётся, и она ничего не сможет сделать…. Вдруг она почувствовала лёгкий порыв ветра, откуда-то слева. Повернув туда голову, Анна увидела полупрозрачную фигуру женщины. - Кто Вы? – спросила Анна, поднимаясь на ноги. - Меня зовут Мария Игнатьевна Прохорова. Однако моё имя Вам ничего не скажет. Анна согласно кивнула, и женщина продолжила: - Я – хозяйка этого дома, когда сюда пришли эти люди, я пыталась сопротивляться, и меня убили. - Вы говорите об этом так спокойно, - удивлённо произнесла Анна. - Уж Вам ли не знать, Анна Викторовна, - улыбнулась Мария Игнатьевна, - после смерти о ней уже не страшно говорить. Я могу Вам помочь, Анна. Вот здесь, - женщина указала рукой на пол под собой, - под ковром, лаз. Он выходит за дом. Муж мой покойный, очень боялся, что кто-нибудь на нас нападёт, вот и приказал его вырыть. Это ведь спальня наша была. Вы можете сбежать отсюда, но и Вы должны мне помочь. - Чем? – в душе Анны росла надежда, что всё же они с Яковом выберутся отсюда. - Мой маленький сын, я спрятала его в сарае, чтобы эти люди его не нашли. Я прошу вас: заберите его из этого ужасного дома. В Затонске живёт моя сестра, Прохорова Дарья Игнатьевна, она возьмёт его к себе. - Так мы рядом с Затонском? – спросила Анна удивлённо. - Да, вёрст 8 до города. - Хорошо. Где ребёнок? - Я всё покажу и прослежу, чтобы Вас не заметили, - обрадованно произнесла Мария Игнатьевна. Анна подняла ковёр и спустилась в лаз. Как и обещала Мария Игнатьевна, лаз вывел Анну на задний двор. - Вот он, сарай, - произнесла женщина, указывая рукой на небольшое деревянное строение. Анна зашла в него и, следуя указаниям духа, нашла свёрток с младенцем. - Бедненький мой, - произнесла Мария Игнатьевна,- Не ел с тех пор, как меня убили. Ну, ничего, у сестры тоже ребёнок и кормилица. Его там накормят. Но нужно торопиться, Анна Викторовна. - Но он спит спокойно, - сказала Анна, - значит не голодный. - Так меня всего час назад того….. А кажется, что уже вечность…. Это он меня не отпускает, - кивнула Мария на ребёнка, - когда он в безопасности будет, я тоже здесь не задержусь. - Мария Игнатьевна, мне нужно в подвал, в ту темницу, где меня держали. -Не было никогда у нас в доме темницы, Её эти люди сделали, когда пришли. А вообще это подвал. Мы там продукты держали, соленья, - сказала Мария Игнатьевна, - Ну, пойдём, я попробую Вас туда провести. Анна подхватила свёрток с ребёнком и последовала за женщиной. Они незаметно спустились в подвал и подошли к двери темницы. К облегчению Анны ключи висели на гвозде рядом с дверью. Она отворила её, и взгляду Якова представилась картина: Анна, с перепачканным лицом и горящими, как у амазонки, глазами, стояла на пороге, держа на руках ребёнка. - Яков! – Анна кинулась к нему, - Идёмте скорее, он в любой момент может заметить, что меня нет в комнате, и тогда мы пропали! Штольман мало понял из того, что она говорила, но решил оставить расспросы на потом. Они выбежали на задний двор. Там стояла пролётка, запряжённая лошадью. - Прощайте, Мария Игнатьевна! – сказала Анна. - Прощайте, Анна Викторовна! – улыбнулась женщина-дух. Анна ещё никогда не видела, как духи покидают этот мир, поэтому заворожённо наблюдала, как она поднимается вверх, растворяясь в воздухе. - Анна! – голос Якова вывел её из оцепенения, и она забралась в пролётку, придерживая ребёнка. Лошадь сдвинулась с места, и пролётка помчалась по лесной дороге по направлению к Затонску.