В дождь

-Хорошо. Жди, минут через двадцать буду. Юрий с сожалением посмотрел на потухнувшую фотографию Отабека, установленную на его контакт, и с протяжным стоном разочарования повалился на кровать, зарываясь лицом в подушку. И почему у него все влюблённости такие… несчастные? То в мудака влюбится, то в лучшего друга, а страдать потом ему. И ведь не признаешься же ведь – у одного японцы в женихах, а у другого вроде как Мила на горизонте замаячила. Нет, ну ладно, с Виктором-то он смирился, переболело, да и Кацудон не такая уж свинья, какой кажется (конечно, самому Юри это знать не обязательно), а вот с Отабеком ситуация другая. Совершенно другая. С Отабеком вообще хорошо. С ним как за каменной стеной: и защитит, и поддержит в трудную минуту, и просто составит хорошую компанию. Вот только он, Отабек, видит в нём, Юре, всего лишь друга – хорошего, надёжного, крепкого, но друга. Всё-таки соизволив поднять свой зад с постели, Плисецкий побрёл к шкафу, доставая из него джинсы с низкой посадкой и толстовку с леопардовым принтом. Кстати, Отабеку крайне не нравится эта его любовь к леопардовому. И он даже готов пойти на то, чтобы носить нормальные, в понимание казаха, вещи, да вот только боится, что слишком спалится. Попроси его об этом та же Мила, Юрий послал бы её на три весёлых буквы, показав при этом средний палец. Что-то глобальное, вроде чистки гардероба, как считал блондин, для друзей не делается. Хотя, с Отабека станется, и он ничего не заметит. Год же не замечает его голодных взглядов, полных обожания, и такую мелочь обделит вниманием. Думая о своей печальной судьбе, Плисецкий без особого энтузиазма натянул потёртые кеды и, перекинув через плечо небольшую сумку с кошельком, вышел в общий коридор, громко захлопнув за собой входную дверь. -Ой, добрый день, - не успел Плисецкий и шага сделать, как на него налетел вихрь «обаяния и соблазнительности» в чистом виде. Юрий кисло улыбнулся, постаравшись отлепить от себя накрашенную девушку. Соседскую девчонку, которая сохла по нему чуть ли не с первой встречи, он знал давно, и не матерился только потому, что его дедуля дружил с Машкиной семьёй чёрти сколько времени. -Маш, отвали, не до тебя сейчас, - как можно дружелюбней ответил Плисецкий, стараясь незаметно подобраться к заветной двери на лестничную клетку. Но соседка, по-видимому, отступать не собиралась, вцепившись в его плечо мёртвой хваткой. -Ой, Юр, а у меня подружки не верят, что ты мой сосед, - защебетала она, прижимаясь к нему упругой грудью, плотно обтянутой практический ничего не скрывающей маечкой. –Дай автограф, а, Юр? – девушка изобразила щенячьи глазки, протянув вынутый неизвестно откуда листок и ручку. Плисецкому оставалось всё так же тяжело вздохнуть, отлепить от себя девушку и размашисто черкануть на листке подпись и слова «Маше от Юрия Плисецкого». Соседка чуть ли не прыгала от восторга, глядя на заветную бумажку. -Я его под стекло на своём столе положу, - клятвенно пообещала Маша, с благоговением держа личное сокровище в руках, боясь лишний раз дыхнуть на него. -Да клади, мне жалко, что ли? – хмыкнул Юрий и, уже не особо церемонясь, отодвинул девушку, освобождая себе проход. -А поцеловать? – прозвучало это как гром среди ясного неба обиженным голосом и ввело Плисецкого в реальный ступор. -Нахуй иди, дура! – не сдержался он, лишний раз понимая, почему он влюбляется в исключительно свой пол. -Да шучу я, что сразу истерить-то? – улыбнулась соседка и, в мгновение ока подлетев к дезориентированному парню, звонко чмокнула его в щёку. – Удачи тебе, Юрка! – не успел Плисецкий по-новой обматерить её, девушка скрылась за дверью, напоследок подмигнув ему. «Убью, заразу», - беззлобно, даже как-то дружелюбно подумал блондин, улыбаясь настойчивости и упрямству соседки. Ведь знает же, что останется для него только подругой детства, ни больше, ни меньше. И ведь понимает прекрасно, что он, Плисецкий, парней предпочитает (как-то выплакался на её плече, жалуясь на жизнь свою поганую), а всё равно лезет, зараза эдакая. В чуть приподнятом настроение блондин, наконец, дошёл до двери на лестничную клетку, к которой стремился последние минут пять, и благополучно начал спуск со своего десятого этажа на первый. *** Погода сегодня не радовала. Свинцовые тучи явно говорили, что дождю сегодня быть, а поднявшийся ветер пробирал до костей даже сквозь утеплённую толстовку. Плисецкий поёжился, поглубже натягивая на лицо капюшон, и огляделся по сторонам. Он уже устал ждать Отабека и серьёзно подумывал свалить обратно в тёплую квартиру, чтобы провести остаток дня за скучным сериалом. Ну, или в крайнем случае, подняться за зонтом. Так, на всякий случай. -Давно ждёшь? – на его плечо легла знакомая рука, и Юра невольно улыбнулся уголками губ. -Минут пятнадцать точно, - оборачиваясь к казаху и тыча пальцем ему в грудь, обвинительным тоном ответил блондин. – Ты опоздал. -Прости, но всё никак не могу привыкнуть к вашему отвратительному дорожному движению с вечными пробками, - криво усмехнулся Отабек, подталкивая друга, призывая его к движению. -А где байк? – выгнул бровь парень, влекомый куда-то Алтыном. – Или ты пешком по проезжей части добирался? -Сломался, пришлось в ремонт сдать, - недовольно протянул казах. – А к тебе пришлось на автобусе ехать, - от, видимо, не очень приятных воспоминаний, парень поморщился. – Ты зонтик взял, Юр? -Неа, забыл, - отмахнулся подросток. – Но у тебя-то он есть, так что не пропадём, если что. Кстати, а куда мы вообще идём? -А, тут недалеко Торговый Центр. Думал что-нибудь для Виктора с Юри посмотреть. У них же завтра годовщина. Тебе бы тоже им что-нибудь приглядеть. -А, пофиг. С тобой скинусь, общий подарим. И они счастливы, и мне норм. Отабек возражать не стал, только удовлетворённо кивнул, соглашаясь с таким вариантом. Некоторое время они шли молча, каждый размышляя о своём. Пока Отабек вдруг не спросил тихо: -Юр, скажи честно, я тебя отвлёк? -От чего? – искренне удивился тот. -Ну, от свидания с девушкой, -безэмоционально ответил казах, касаясь щеки блондина мягкими подушечками пальцев. Юрию было страшно и приятно одновременно. Страшно от тона, каким Отабек произнёс странную фразу, и приятно от ласкового касания. -С чего ты так решил? – не понял он, но тут осознание снизошло до него. Резко покраснев, он схватился за щёку, отвернувшись от казаха. – Это не девушка, а Машка, - стараясь стереть след от помады, оправдывался Плисецкий. –Ну, то есть, она девушка, конечно, но всего лишь подруга детства! И вообще, меня противоположный пол не особо привлекает! – выпалив всё на одном дыхании, до блондина дошло, что он только что сказал. Зажав рукой уже рот, он испуганно посмотрел на Отабека, будто думая, что тот сейчас с отвращением выплюнет «Гей» и уйдёт, бросив его здесь одного, разбив ему сердце на множество осколков. -Вот как, - всего лишь задумчиво протянул Отабек, бросив на подростка какой-то неопределённый взгляд, и зашагал дальше, всё так же подталкивая Юрия в спину. *** По торговому центру они ходили часа два-три. То Плисецкому не нравилось, что предлагал Отабек, то Алтын категорически был против того, что показывал ему блондин. -Юр, пойми, если тебе нравится леопардовый, то это не значит, что он по вкусу другим, - скептически смотря на двух плюшевых, милующихся леопардов, сказал ему Отабек. -Мне кажется, им очень даже понравится, - не согласился Плисецкий. – Посмотри, прям вылитые они, - практически тыча в нос Отабеку парочку зверей, заверил он. На что получил полный сомнений взгляд Алтына. – Ты как хочешь, а я куплю эту прелесть. Если и не подарю, то себе оставлю, да, мои милые? – уже больше сюсюкаясь с игрушками, продолжал Плисецкий. Сзади, не выдержав, прыснул в кулак, Отабек. Юрий смутился, но игрушку из рук не выпускал всю оставшуюся прогулку по магазинам. В итоге они выбрали расписанный под хохлому дорогущий чайный сервиз и дурацкие, парные браслетики, с двумя половиками сердечек, дополнявших друг друга. -Какая банальщина, - сморщил нос Плисецкий, рассматривая их ещё в ювелирном. –Как раз для этих идиотов самое оно. Они же любят всю эту ванильную фигню, я прав? – не дождавшись ответа, он обратился к продавщице: -Девушка, эти браслеты, пожалуйста. И положите их в самую страшную коробку. Можете даже ценник не срезать, пусть видят, какую чёртову кучу денег я на них потратил. -Но, молодой человек, они весьма дорогие. У вас вряд ли найдётся такая сумма… - начала было девушка, но Юрий не дал ей договорить. -Вас кто-нибудь сейчас спрашивал, сколько они стоят, м? – буквально кинув в неё карточку под тихий смешок Отабека, подросток высокомерно посмотрел на девушку. –Мне абсолютно всё равно, сколько они стоят, потому что, как ни печально это признавать, для тех придурков мне не жалко и потратиться. Один мне программу поставил, а другой пытался поддержать, поэтому просто забить болт на них я не могу. Смекаешь, тупица? – опешевшая девушка от такой речи быстро-быстро закивала, оформляя покупку. –И не забудьте оформить так, как я просил. Но, так уж и быть, ценник срежьте, -смилостивился Юрий, глядя на бедную продавщицу. Пока они шли из Торгового Центра к Юре домой, намереваясь найти в интернете какой-нибудь фильм и провести остаток вечера за просмотром и чашкой горячего чая, пошёл дождь. Чертыхаясь, Юрий потянул Отабека к какой-то витрине, где был навес. -Как же не вовремя, - пробормотал Юрий, смотря на плотную, дождевую стену. -Не зря я зонт взял, - доставая припрятанный, вышеупомянутый предмет из своего рюкзака и раскрывая его, Алтын притянул к себе Плисецкого, обнимая того за плечи, чтобы тот уместился под зонт. У того аж сердце забилось от такой неожиданной близости. Ему вообще нравилось, когда Отабек его обнимал, а тут так идти прям до самого дома. Только бы не сорваться, только бы не сорваться… -А всё-таки, ты их не ненавидишь, - улыбнулся Отабек. – Я имею в виду Виктора и его парня, - подсказал он. -А… ну… - Плисецкий в который раз за вечер покраснел, отводя взгляд. – Не совсем, - честно признался подросток, пиная какой-то камешек, избегая смотреть на Отабека. – Свинья всё-таки действительно старалась стать мне другом, что, у неё, кстати, практически удалось, - еле заметно улыбнулся парень, -А Виктор не чужой мне человек. А ещё, не смотря на его голубизну, ему доверяет мой дедушка, - сжимая в руках плюшевых леопардов, Юрий нервно засмеялся. – А если дедуля доверяет кому-то, то это автоматически говорит мне, что и я тоже смогу ему довериться. Например, как тебе. -Твой дедушка считает меня надёжным человеком? – удивился Отабек, останавливаясь. -Ну да, - вынужденный так же остановиться, пожал плечами Юрий. – Как и я. -Тогда извини, - зачем-то вдруг попросил прощения казах. -За что? -За то, что предал твоё доверие. Не давая Юрию опомниться, Отабек притянул его к себе настолько близко, что их дыхание смешалось, заставляя подростка таять. А потом Отабек его поцеловал. Мокро, развратно, даже как-то грязно. Совершенно не так, как представлял себе Юра. Наверное, поэтому он широко распахнул свои изумрудные глаза и просто молча стоял, позволяя Алтыну творить с его губами всё, что тому заблагорассудиться. -Прости ещё раз, Юр, - наконец, когда воздуха перестало хватать, виновато пробормотал Отабек. –Просто… ты был таким милым, что я не сдержался. Я же люблю тебя, давно, а тут ты со своим признанием и… я виноват, в общем. Я, пожалуй, лучше пойду. Зонт потом занесёшь. Или передашь через кого-нибудь, - сделав шаг под дождь, он был остановлен уверенной хваткой и притянут обратно. -Глупый, - прошептал Юрий. –Я тебя уже давно тоже люблю, идиот. А ты не замечал, - притянув к себе его за шею, теперь уже подросток его поцеловал. Так, как хотел: мягко, неторопливо, но жарко и страстно. -Чёрт, леопарды промокли! - спохватился Юра, как только оторвался от Отабека, заметив, что случайно выпустил из рук игрушку и уронил в лужу. Быстро подняв её, он с сожалением поглядел на леопардов, оценивая всю их непрезентабельность. - Теперь даже в руках не понесёшь, - расстроился он. -Ты ещё такой ребёнок, Юра, - тепло улыбнулся Отабек, снимая с плеч рюкзак и расстёгивая его. - Клади сюда, дома простираем, высушим, и будут как новенькие, - пообещал он. Когда дело было сделано, Отабек приобнял подростка за талию. -Пошли уже домой, чай пить и фильм смотреть. -Надеюсь, ты меня согреешь, - ухмыльнулся Плисецкий, но тут же, посерьёзнев, добавил: - Учти, я рассчитываю, что ты доведёшь всё до конца. Тем более, статья тебе теперь точно не светит. -Всё может быть, - улыбнувшись, Отабек чуть наклонился и поцеловал блондина в уголок губ.