Часть 1
18 января 2017 г., 17:38
Фил не был уверен, когда именно это началось, но он чувствовал, что это будет продолжаться некоторое время. Когда он подружился с этим неуклюжим восемнадцатилетним парнем, он знал, что-то было в этом молодом человеке. Когда Дэн начал проводить с ним больше времени, Фил смог сказать больше о том, что было с ним не так. Иногда этот подросток был совершенно нормальным, счастливым, общительным, глупым. В другой раз он мог быть тихим, закрытым и неэмоциональным. Однажды днём, когда Дэн после прогулки сидел на краю своей кровати и плакал, Фил дал молчаливое обещание, что попытается сделать Дэна счастливым. Он знал, что Дэн не мог контролировать свои чувства. Депрессия – не одна из тех вещей, которые ты выбираешь, она просто внезапно появляется в твоей жизни. Иногда у них бывают великолепные дни, после которых Дэн всё равно впадает в депрессию. Фил знал, что он ничего не сможет сделать для Дэна, поэтому он просто был рядом с ним.
Фил думал, что Дэну становилось лучше. Это происходило, когда Дэн запирался в своей комнате, и Фил принимал это за хороший знак. На следующий день Дэн просто выключался. Когда он просыпался, он уже не был собой. Лучше всего Фил мог описать Дэна как «лишенный эмоций зомби». Дэн не реагировал на вещи так, как он обычно это делал. Он делал только то, что обязан, и шёл обратно в свою комнату, снова ложась на кровать. Фил ненавидел видеть Дэна таким, но он ничего не мог с эти поделать.
Потом шли дни, когда Фил замечал, что Дэн начинал носить одежду с длинными рукавами поверх своих футболок. Это казалось странным, если рассматривать тот факт, что было совершенно не холодно. Когда он спрашивал Дэна об этом, тот отвечал, что в доме прохладно или ему просто нравится так одеваться. Фил полагал, что это веские причины, чтобы оставить Дэна в покое. Если он зайдёт с вопросами слишком далеко, это только разозлит младшего парня. Филу приходилось утешать себя, что Дэн не зайдёт слишком далеко. Не каждый депрессивный человек хочет навредить себе.
Затем шла ночь, когда Фил просыпался от громкого шума, исходящего откуда-то из квартиры. Его глаза сильно распахивались, а сердце быстро колотилось. Собственное воображение давало самые ужасные пути исхода. После того, как Фил просто вслушивался в звуки некоторое время, он был уверен, что в квартире кто-то есть. Он думал, слышал ли эти звуки Дэн. Только после того, как Фил собирал всё своё мужество в кулак, он поднимался с кровати и шёл в коридор. Открыл дверь от комнаты Дэна и увидел кровать пустой. Это успокоило его. Наверняка Дэн просто уронил что-то или громко ходил.
Когда Фил зашёл в гостиную, он увидел сидящего на полу Дэна с бутылкой водки в руках. Фил знал, что бутылки не были открыты с момента покупки, но сейчас он видел – почти все бутылки были пустыми. Что ещё важнее, он заметил раны и высохшую кровь на руках Дэна. Тот был одет в черную футболку, показывающую все старые и несколько новых порезов. Фил пребывал в шоке некоторое время перед тем, как рвануть в сторону Дэна и забрать бутылку. Опьяневший от крепкого алкоголя парень начал сопротивляться.
– Боже мой, – это было всё, что Фил мог сказать, сдерживая слёзы. Он поднял Дэна и поставил его на ноги, чтобы дотащить того до ванны. Фил игнорировал слова Дэна, требующие отпустить его. Посадив Дэна на крышку унитаза, он достал аптечку из-под раковины.
– Почему? – спросил Фил, вытирая руки Дэна мокрой тряпкой, пропитанной перекисью. Он начал держал его крепче, потому что младший хотел вырваться из хватки парня.
– Потому что я, блять, хочу умереть. Вот почему, – огрызнулся Дэн перед тем, как начать плакать. Фил перестал вытирать руки Дэна и притянул того в крепкие объятия. Брюнет цеплялся за Фила и рыдал на его груди. – Я больше не могу, Фил, – Дэн плакал, и его заплетающийся от алкоголя язык мешал полностью понимать его. Но Фил понимал достаточно. Он держал Дэна и старался успокоить того, гладя его спину. Прошло некоторое время, прежде чем от его плача остались лишь всхлипы и икота.
– Давай отведём тебя в кровать. Мы поговорим завтра, хорошо? – предложил Фил, немного отстраняясь от Дэна. Тот кивнул головой, не поднимая красные от слёз глаза. Фил старался не допустить начала нового потока слёз и просто вытирал руки Дэна. У него не было никаких бинтов, так как он всё время забывал пополнять запасы лекарств. Он решил, что обработки перекисью достаточно на сегодня.
Дэн больше не сопротивлялся, когда Фил помог ему подняться, чтобы отвести в комнату. Он выключил свет и лёг рядом с брюнетом, прижав того к себе. Дэн уснул почти сразу. Но Фил не спал. Он плакал. Дэн хотел умереть? Почему он хотел этого? Что могло повернуть всё с ног на голову так внезапно? Была ли вообще причина? Фил знал, что Дэн не захочет разговаривать об этом, но он не мог просто притвориться, что этого не было. Он должен знать, что случилось, чтобы помочь ему.
***
На следующее утро Фил проснулся в пустой кровати. Через несколько секунд его мозг пронзили воспоминания о прошлой ночи. Он поднялся с кровати, пошёл на поиски Дэна. Был ли он на самом деле самоубийцей? Или это была просто смесь алкоголя и депрессии? Фил не хотел, чтобы Дэн оставался один. Он почувствовал облегчение, когда нашёл того сидящего на диване с миской хлопьев. Большинство из них были уже мокрыми от молока. Казалось, что Дэн не ел совсем ничего. Фил позволил себе расслабиться, найдя друга в нормальном состоянии. – Можем мы уже покончить с этим? – спросил Дэн. Фил кивнул, зная, что тот даже не смотрел на него. Он подошёл и сел рядом с парнем, глубоко вздыхая и пытаясь понять, как лучше начать диалог. Это был не самый лёгкий разговор в их жизни. – Почему ты хочешь… – Фил не могу сказать это. Только одна мысль о том, что Дэн мог навредить себе, разрывала его изнутри. – Почему я хочу убить себя? Я не знаю, – сказал Дэн, наклоняясь вперед, чтобы поставить свою чашку на стол. Он повернулся, посмотрел на Фила полными слёз глазами. – Я не знаю, почему я хочу этого. Мне кажется, что на самом деле я и не хочу. Мой разум говорит мне делать это. – Это из-за депрессии, – сказал Фил. Это были единственные слова, которые он мог произнести. – Да, я знаю. Я не понимаю, Фил, – слёзы катились по его щекам, пока Дэн говорил это. – Ты думал о том, чтобы пойти к профессионалу? – спросил Фил, не знаю, что можно ещё сказать. Дэн усмехнулся и слегка покачал головой. – И позволить им закрыть меня где-нибудь в больнице? Нет, спасибо, – сказал Дэн с горечью. – Дэн, ты не знаешь, что они будут делать, – утверждал Фил, хотя он знал, что Дэн был прав. Большинству самоубийц приходилось лежать под присмотром, прежде чем им позволяли возвратиться домой. – Затем они будут меня кормить таблетками, чтобы я стал нормальным и подходил под стандарты. Я не хочу так жить, Фил. Я не хочу, чтобы меня пытались сделать нормальным с помощью таблеток. – Хорошо, – сказал мягко Фил. Это уже был очень тяжелый разговор, и он не хотел расстраивать Дэна ещё больше. – Ты помнишь, что случилось прошлой ночью? Почему ты был пьяным и… – Фил указывал на запястья Дэна, которые были спрятаны под рукавами. Дэн подсознательно потянул рукава ещё ниже. – Я был расстроен. Я решил, что не хочу больше терпеть это. Это выше моих сил. Депрессия пребывает в моей жизни слишком долгое время, – признался Дэн, вытираю слёзы. Фил не знал, что сказать. Он никогда не сталкивался с такими вещами и не знал, как исправить положение. У него тоже была депрессия, но он не испытывал её в той же степени, что и Дэн. Суицид никогда не был выходом для него. Ни один из них ничего не сказал. Они сидели в тишине и обдумывали ситуацию. Дэн размышлял, что Фил думал о нём сейчас, а Фил думал, как помочь Дэну. Ни один не задал вопросов, прежде чем Дэн поднялся и ушёл. Атмосфера была слишком напряженная для него, и он не мог с ней справиться. Он оказался закрытым в ванной под напором душа. Это былой единственным местом, где Фил не будет беспокоить его. Дэн почувствовал, как его желудок и грудь затянуло. Он издал всхлип и почувствовал сильную потребность навредить себе. Как же он ненавидит это. Нормальные люди не причиняют себе боль только потому, что они расстроены. Он знал, эта потребность не была полезной для здоровья, но он не мог ей сопротивляться. Это была зависимость, а когда ты зависишь от чего-то, это сводит тебя с ума. Сводит с ума, пока ты не потеряешь оставшуюся надежду и не сдашься. Для Дэна способность навредить себе заставляла его чувствовать себя лучше. Он знал, как извращенно это было, но это его больше не волновало. Он сел на пол в душе и потянул себя за волосы. У него не было бритвы, которую он мог использовать, поэтому он тянул себя за волосы и царапался до тех пор, пока бы он не смог побыть один. Он знал, что Фил суетится сейчас из-за него, но он не хотел этого. Фил не должен был тогда проснуться. Он не должен был узнать. Дэн никогда не хотел, чтобы Фил волновался о нём. Он хотел вернуться назад и изменить всё. Фил не должен был узнать это таким образом. Дэн задавался вопрос, что случилось бы, если бы всё сложилось по-другому. Его друг не был бы таким хрупким сейчас. Он думал о том, что Фил говорил насчёт профессиональной помощи. Идея того, что он будет закрыт в больнице и накормлен таблетками пугала его. Он читал так много о депрессии, таблетках, и их воздействии на тебя. Он слышал истории людей, которые проходили через эти ужасные вещи и не беспокоились об этом, потому что таблетки делают тебя безразличным ко всему. Он не хотел прожить такую же жизнь. Он хотел чувствовать себя лучше, правда хотел, но он не желал быть запертым в больнице и находиться под действием таблеток. Это не было тем, чего он хотел. Дэн знал, что всё не станет лучше само по себе. Он знал, что депрессия не была тем, что просто проходило, как обычная болезнь. Он будет жить с этим, и если он когда-нибудь позволит врачам накачать его таблетками, он никогда не сможет дойти до конца. Слишком много страха таилось в его сердце. – Дэн? – он услышал, как Фил закричал за дверью. – Ты в порядке? – Да, – закричал он в ответ. Он подумал о том, как много Фил тратит времени на заботу о нём. Он заботился о жалком суициднике всё это время. Он оставлял всё только для того, чтобы сделать Дэна счастливым, но именно Фил был счастьем для него. Может быть, с помощью него он сможет решиться на следующий шаг. Ему нравилась мысль о том, что Фил сможет помочь ему, но он боялся, что это было невозможно. Он беспокоился, что он всегда будет слишком напуган. Он беспокоился о том, что это будет слишком трудно для Фила, и он не хотел остаться в одиночестве опять. Он просто не мог снова остаться в одиночестве снова.
