Пария

Вечер следующего дня прошел так же скучно и уныло, как и предыдущий. Дель, вдруг поняв, то давно не устраивал себе подобных выходных, сначала обрадовался, что сможет, наконец, отдохнуть от этой ужасной работы. Но спустя какое-то время, просиженное в пустом, таящем в себе слишком много печальных воспоминаний доме, он понял, что настоящая мука, так долго находиться в своей обители. Но идти куда-либо тоже не было желания. Хотелось, как в детстве, просто уснуть крепким сном и когда проснуться, понять, что все не так уж и плохо. Но сон не шел. Спать совершенно не хотелось. Зато в голову лезло множество терзающих ум и сердце мыслей. Хотелось просто выбросить всех их из головы и не думать, но увы, это невозможно. Он в тысячный раз вспоминал детство, в миллионный раз вспоминал родителей, и впервые в жизни задумался над тем, что что-то в его жизни изменилось. Внутри стояло зудящее ощущение, что что-то не так, что что-то он сделал не так как нужно. Но парень никак не мог понять, что именно. В раздумьях над этим, Адель делал множество предположений. Одно казалось абсурдней другого, но правильный ответ, как будто вечно ускользал от него, находясь совсем близко. Эти мысли мучили его, истязали, рвали разум и не давали спокойно вздохнуть. Тогда парень решил, что чтобы это ни было, ему абсолютно точно нужно это исправить. Для этого нужно было перепробовать все предположения и интуитивно почувствовать, что же из них всех больше все отрицает его разум. Самокопанием Дель очень любил заниматься. Особенно после ночи с клиентом. В такие моменты он подкуривал сигарету, глубоко затягивался и с горькой усмешкой размышлял над своими действиями. Как и сейчас. Достав из кармана пачку, парень на автомате вытащил и поджег сигарету. С несколько секунд он, как заворожённый, просто наблюдал за расплывающимся дымом, пытаясь разглядеть в нем ответ на свой вопрос, но не найдя, отвел взгляд к окну и затянулся. Перед глазами мелькали события прошедших дней. Словно долгий тягучий фильм, они проплывали у него в голове, вызывая у самого Деля обреченные вздохи, переходящие в тихие едва заметные всхлипы и тонкие прозрачные струйки, текущие по обеим щекам. Судорожно передергивая плечами, парень съёжился и притянул колени к груди, чтобы стало хоть немного теплее. Но холод не покидал его. Создавалась такая иллюзия, будто этот невыносимый холод идет откуда-то изнутри, заставляя тонкие пальцы побелеть еще сильнее, а руки дрожать, крепко прижимая к себе колени. Очередной догорающий фильтр полетел на пол. Адель даже и не понял, как умудрился выкурить так быстро почти целую пачку. Да и это была последняя забота, которая его беспокоила. Он все так же продолжал размышлять над тем. Откуда внутри него вдруг образовалась эта колючая холодная пустота, не дающая ни уснуть, ни нормально бодрствовать, а находясь между тем и тем, заставляя мучится в терзаниях и предположениях. Дель даже успел по размышлять над такой фантастической гипотезой, что он встретил свою судьбу и теперь находясь вдали от нее, мучается. Но, конечно же, это не могло быть правдой. И очередное осознание факта заставляет Деля жалобно шмыгнуть носом, утыкаясь им между коленей, моча ткань черных джинсов слезами. Ну за что же? За что же мир так не справедлив с ним? За какие грехи?... К горизонту подступал рассвет, расплываясь над домами бледно-желтой полосой с отблесками лилового и пурпурного сияния. Но вместо того, чтобы любоваться этой красотой и наслаждаться плиткой горького шоколада, которую ему, по всей видимости, утром принесла и положила в почтовый ящик Сью, Дель продолжал плакать, пряча свое измученное несчастьем лицо между коленей, закрываясь от остального мира. Спустя еще пару дней, немного оклемавшись физически и особенно сильно погрузившись в себя от одиночества, парень не выдержал и решил вернуться к работе. Один звонок Чеку-уверить того, что с парнем все в полном порядке и ему назначили время прибытия к «Питту». Шесть часов вечера и Адель с привычным ему равнодушием натягивает «рабочие» обтягивающие джинсы с разрезами на коленях, бордовую толстовку и убрав волосы в хвостик, отправляется в такое знакомое место.