помолчим.

ван и пак встречаются как-то на улице вечером и завязывается разговор. пустой и ничего не значащий. о том, что бэм серьезно обиделся (от самого факта, что этот идиот способен затаить реальную обиду смешно) на чонгёмов-предателей, о простуде марка и его ставшем еще более невыносимым характере, о тараканах в общаге и сессионных долгах. а потом они незаметно перемещаются в какой-то полутемный двор и, чокнувшись горлышками зеленых бутылок, синхронно переводят стеклянные взгляды на носки кроссовок. в тишине над ними повисает недосказанность, гулкая и слепая, одна на двоих. - я слышал, тебе наён призналась, - с привычной хрипотцой в насмешливом голосе начинает ван и шаркает ногой по песку. чимин слегка морщит нос и у джексона внутри что-то скребется от этого выражения на чужом лице. кто бы мог подумать, что пак-вежливость-и-смущение-чимин способен раздражаться, получая знаки внимания от одной из самых популярных девушек двух универов. - она это несерьезно, я думаю, - с сомнением выдыхает ответ, выглядя при этом почти раздраженным, и делает глоток. тишина вновь повисает над ними. общее-одно-на-двоих-тайное-дерьмо застывает в воздухе, не высказанное вновь, и трещит взаимным напряжением. - джебом мутит что-то с её подругой, - как бы между делом роняет джексон и косит глаза в сторону. если и сейчас не прогорит, то тема закрыта. территорию огородить и зевак не подпускать. - я не удивлен. он популярен у девушек, - делая очередной глоток и всё так же глядя перед собой, пожимает плечами пак, и ван с ощущением то ли провала, то ли облегчения (не определился еще) кивает своим мыслям, - и не только у девушек. джексон замирает, кожей ощущая, как изменилась аура человека, сидящего рядом. он медленно, почти со скрежетом, поворачивает голову вбок и видит маленькую улыбку чимина. и что-то в ней есть неподъемное, отчего уголок полного рта кренится вниз, грозя съехать окончательно и превратиться в гримасу. ван жмурится до синих точек и закусывает губу. понял, всё же. давно, интересно? - давно заметил? - со смирением и тяжелым выдохом решается на откровенный разговор он. пак пожимает плечами. - давненько. сначала сомневался. но на день рождения енджэ (помнишь, мы вас еще в кафе тогда встретили, чонгук хотел бутылку кетчупа круто перевернуть и опрокинул ее на джинена) я убедился. ты такой осатаневший был, сложно не заметить. и снова мелко улыбается. джексон хочет задать еще вопросов. о том, не уменьшилась ли крутость вана теперь в его глазах, о бутылке кетчупа и маленьких улыбках. но чимин слишком тих сегодня и морок в его зрачках отсвечивает личным. вонючим и стыдным. и джексон решает, что он еще успеет узнать, откуда такое понимание ситуации и связано ли это как-то с криворукими выпендрежниками. а пока помолчим.