Из дневников поэта Роджера Бёрнса

Облака висят в воздухе и, кажется, совсем не собираются падать. Мой остров выглядит пустынно и непримечательно. Все рыбаки спрятались в своей гавани, А я их шумную компанию избегаю старательно. Сегодня видел дворнягу у бара, где мне со скидкой наливают херес. Не думал, что на острове найдётся выгнанная собака. Я решил назвать его Бес, Потому что у него шерсть торчала клочьями, и он звонко гавкал. Бес бежал за мной через весь городишко до моего дома, Хотя лил сильный дождь, а у бара было достаточно сухо. Видимо, он учуял, этот пройдоха, Что меня можно разжалобить и набить своё брюхо. Я отсыпал ему львиную долю овсянки, которую приносит мне домовладелица, И добавил небольшой кусок сырого мяса, который хотел пожарить завтра. Потом я сел за свой стол, но в голову лезла сплошная безделица. Убеждал себя, что писать мешает мне Бес.                                                             Неправда. Облака висели достаточно низко, когда я вышел на крыльцо и закурил сигариллу. Тут меня застала домишки этого пакостного хозяйка. Она была не в настроении. Унывала. Хандрила. Бурчала про неожиданно появившуюся в доме собаку. Я докурил. Сбросил окурок за борт моей террасы. Домовладелица скосила на меня испепеляющий взгляд, Но, не дождавшись реакции, она ушла, скорчив пакостную гримасу. Я же вернулся в дом, сел за стол, чтобы дальше отсиживать свой писательский зад. Кажется, слишком затянулся мой творческий кризис. Из под пера сегодня вылезло только это, Поэтому я сформулировал полувопрос, а может быть и полутезис: Пора ли мне вычеркнуть себя из поэтов?