Вот тебе и праздник...

Наступило утро. Блондин проснулся от того, что кто-то пытался прочистить ему нос непонятной жидкостью. Поморщившись и смачно чихнув на нагнувшегося отца, он уставился на стоящего рядом врача. Тот что-то внимательно записывал себе в блокнот, попутно поглядывая на пациента и, прервав свое занятие, обратился к нему: - Доброе утро, - сказал он, одевая маску стандартного врачебного дружелюбия. Прежде чем ответить, Наруто осмотрел своего собеседника: высокий кареглазый мужчина лет 35, типичное телосложение, характерное для многих мужчин-домоседов, правда под врачебной шапкой была заметная шевелюра странного серо-зеленного цвета, хотя она совсем не шла выбранным коричневым свитером и темным брюкам. «Идет, не идет. На кой черт он вообще ее одел? Ненормальный, что-ли…» Врач с милой улыбкой ожидал ответа, рядом стоял обеспокоенный отец, переминаясь с ноги на ногу. Белая шапочка, как уже успел окрестить его Наруто, подошел ближе и наклонился над ним, ощупал лоб и недоуменно посмотрел на парня. - Как ты себя чувствуешь? - начал доктор. «Ну вот опять!» - подумал Наруто и недовольно закатил глаза. «Как себя чувствуешь?», «Где болит?», потом будет щупать. Щупать. Щупать. «А тут?» И только потом поднесет к груди свой стето... стуто... стетоскоп; лживо улыбнется, напишет лекарства на древнем, богом забытым языке и сунет листок в грудь. Мол, задерживаешь, у меня и без тебя работы как дерьма. «Или наоборот?" - мысли откровенно путались, и Наруто покачал головой из стороны в сторону. - Болит где? - слащаво произнес врач. - Бляяяяя, - подросток приложил руки к скулам и немного надавил, взглядом ища, чем можно было прихлопнуть мужчин. - Наруто, не груби человеку. - На что Наруто, по-детски высунув язык, обмотался одеялом, словно личинка, и закрылся от мужчин. На первого ему было как-то похуй, а вот на второго имелся большой зуб. «Предатель…» - последнее, о чем подумал юноша, прежде чем снова окунуться в сон. На этот раз после пробуждения Наруто ничто не мозолило глаза. Солнце находилось в зените, что означало - Наруто очнулся в обеденное время. Голова уже не так сильно болела, и от всей боли осталось лишь неприятное покалывание в теле. «Таблетку выпить, что-ли…» Откинув одеяло в сторону, Наруто встал с кровати. Разминаясь и потягиваясь, он вышел из спальни, приметив, что в квартире стояла полная тишина. Нарушали которую лишь поющие на стоящем рядом дереве птицы и гомон играющей ребятни, но от этих звуков приятное чувство разливалось по всему телу, принося невероятное облегчение и просто необходимое спокойствие. Что ни говори, природу Наруто любил, да и детей тоже. Непонятный звук «хррр» раздался с главной комнаты. «Храп, - догадался Наруто, - храп папы». И, метнувшись туда, он нашел Минато, развалившегося на широком диване. Стараясь привести себя в порядок, Наруто минуты две мотал головой туда-сюда, пока она в конец не закружилась. И лучше от этого не стало: эйфория от пения ушла, и Наруто раздосадовано повел плечами. Суровая реальность, словно горным козлом ударила в грудь, давая о себе знать. Стараясь не задерживаться, Наруто вернулся к себе и зарылся в шкаф в поисках своего излюбленного черно-оранжевого комбинезона, собрал необходимые вещи в рюкзак и замер. Ему потребуется время, чтобы смириться, чтобы сердце наконец оправилось от горя; время чтобы простить, принять и просто порадоваться за счастье отца. «Но действительно, сможет ли МНЕ оно помочь?» - Ответа юноша не знал. Перед тем, как уйти, Наруто решился на опасное - уж больно сильно хотелось взглянуть на папу еще разок. Под большим риском Наруто приблизился к Минато. Грудь мужчины вздымалась и опускалась равномерно, что свидетельствовало о спокойном сне. Юноша перевел взгляд на лицо мужчины: веки немного подрагивали, ноздри расширились. «Опять о еде думает», - хихикнул блондин и рукой дотронулся до щеки. Немного отросшая щетина приятно покалывала чувствительную кожу, поэтому рука двинулась чуть ниже, большим пальцем очерчивая форму скулы. Губы… Наруто любовно посмотрел на мирно похрапывающего отца, и медленно приблизился к его губам, аккуратно, почти невесомо, дотронулся до них своими; кончиком языка не спеша провел по всей длине нижней губы, наслаждаясь каждым дозволенным моментом, который предоставлял ему крепкий сон отца, прежде полностью прикоснуться к ним; осторожно поцеловал в щеку и перешел на шероховатый подбородок, языком дотронувшись до ямочки на нем, которая казалась Наруто очень сексуальной и притягательной. Во внезапно накатившем чувстве желания обрести недозволенное, в порыве отчаяния Наруто смело прикусил кожу зубами, отчего брови мужчины сошлись на переносице, а сам он недовольно дернулся. - Наруто… - выдохнул тот. Почувствовал пробежавший по телу ледяной озноб, впоследствии «схвативший» его за яйки. Наруто втянул воздух широкого раскрытыми ноздрями и дернулся за ключами; унося ноги, прочь, громко хлопнул дверью. Наруто шел вдоль оживленной трассы, рассеяно теребя ладонью волосы. - Глупо было в такую погоду одевать столь легкий костюм, - шепотом выводя очевидное. - Однако, стоит отметить, что погода сегодня не в тему отличная. Не в тему, не для меня… Погода была действительно отличной: ни ветра, ни мороза, лишь тонкий слой снега покрывал город, а на небе ясно светил небесный диск, именуемый солнцем; отчего всюду сновали словно «ожившие» жители, большинство которых не могло привыкнуть к аномальной погоде, все-таки предпочло выйти на люди. - Вот же повылезало, - недовольно буркнул юноша. Хотя перспектива затеряться в толпе была весьма полезной - так быстрее теряется след и осложняется слежка. – По крайней мере, в фильмах так прокатывало... Наруто пошарил в карманах и недовольно чертыхнулся: «Вот дерьмо, кажется, я забыл телефон!» Хорошо это или плохо, Наруто точно сказать не мог - оно имело двоякую сторону. С одной стороны связь от всех и от остального мира оторвана, - эх, и рамен на дом не закажешь, хотя… на какой вообще дом? Найти бы, где перекантоваться... Ну, а с другой - не придется сбрасывать входящие звонки от отца, зная того, тот будет звонить до посинения. А Наруто бы не смог - принял бы, а потом сожалел. «Как же я хочу услышать твой голос, но, увы - нельзя!» Заметив неподалеку ларек, Наруто метнулся к нему, попутно вспоминая, сколько он прихватил денег. Но услышал в сознании голос отца, который нежно, но настойчиво пытался отговорить его от этой глупой идеи. – Ты всегда старался меня оберегать, - улыбнулся про себя подросток, и, остановившись на коле с чипсам, постучался в окошко. Неожиданно его глаз уловил две шаг за шагом приближающиеся фигуры, коими оказались два стражей правопорядка. - Черт, а ведь пару минут, и я бы тихо-мирно сидел в обезьяннике, дожидаясь прихода папы. А до этого терпи нападки расшалившихся недотраханных морд... А что дальше? Догадаться ой как не трудно, там отпору взрослому мужику попробуй! Хер проймет... Мне ж всегда везло... - Иронично дернул плечом Наруто. Расплатившись за покупку, Наруто подошел к близстоящей лавочке, уселся и откинул голову назад; пока пролетавшая мимо птица не вздумала насрать около Наруто. Благо, упавший кусок фекалия приземлился чуть дальше левой руки. Ломтики чипсов захрустели между зубами. «Вкусно, конечно, но не то, совсем не то...» Живот сводило от голода и недоедания в последние дни. В такие моменты ни о чем не думается, как о свежей чашечке папиного рамена. Запах и вкус которого даже сквозь долгое время сохранялся в сознании, казался столь настоящим, естественным, словно ты сидишь за столом, перед тобою рамен, а напротив сидит папа с точно такой же порцией, смущенно улыбаясь, когда парень, глотая вермишель, пытается расхвалить сварганенную наскоро стряпню. От воспоминаний желудок заурчал еще голосистее, и, подавив рвотный порыв, Наруто продолжил жевать чипсы. Не сказать, что он их не любил, но как говорится - на все воля желудка, и сейчас он отказывался принимать данный вид продукта. А поодаль от скамьи расшалившиеся дети собирали по асфальту грязный снег, кидались им друг в друга. Задорный, веселый, беззаботный смех детей, на некорое время оторвал подростка от грустных мыслей; добродушно улыбаясь и искренне радуясь за детей, он внимательно следил за их игрой. «Порою хочется снова стать ребенком…» Наруто нехотя встал со скамьи, и, отряхнув штаны, двинулся дальше, до сих пор не предполагая, куда он может пойти. Время клонилось к вечеру. На улице начинало темнеть, и уходящее солнце заходило за горизонт, унося с собой накопившееся за день тепло, а декабрь месяц и так никогда не отличался особой теплотой. Наруто, коему не удалось нормально одеться, становилось все труднее - начинало подмораживать. - Господи, дернул меня черт, ну и куда теперь? Домой возвращаться стыдно, к друзьям тоже не пойдешь, слишком предсказуемо. - Но, не смотря ни на что, Наруто искренне надеялся, что сейчас вот-вот подъедет Минато и отвезет блудного сына домой. Здравый смысл говорил, что лучше вернуться домой, пока не стало совсем худо, но Наруто, убежденный в правильности своих действий, и, предавшись раздумьям, не заметил как подошел к перекрестку, и только когда чья-то тяжелая рука оттянула его от дороги, Наруто пришел в себя. - Очнулся-таки. Эй, парниш, за дорогой-то следи. - Хриплый голос мужчины заставил Наруто обернуться и смущенно произнести «Спасибо». Но едва он повернулся к дороге, как тут же снова во что-то врезался, и тем «что-то» оказался миловидный юноша, случайно напомнивший парню кого-то. Загорелся зеленый свет, и Наруто, давший деру, не заметил очередного «впереди идущего» и с глухим стуком уперся в спину мужику. «Бля» - Подумал Наруто, - Извините. - И, не обращая внимания на орущего мужика, почесывая лоб, пересек дорогу. И только на конце перехода, как ясный луч, к нему пришло осознание, куда можно податься. Инудзука Киба - первый настоящий друг со школьной скамьи, дружба настоящая, не пропитанная лживыми иллюзиями, правда, которая, была сломана без возможности все вернуть на свои места.