У Дьявола тоже есть сердце.

С того самого поцелуя прошло дня три, я в последнее время теряюсь в датах и числах. Нет, не потому, что летаю на крыльях любви, а потому, что кручусь как белка в колесе. Правда, кто бы мог подумать, но что есть, то есть. Думаю не стоит говорить, что было, когда Вита узнала о том, что произошло между нами? Нет, я, пожалуй, расскажу: сначала она бегала по всему дому и орала как полоумная «Аллилуйя!», заставив Валентина поседеть ещё больше, а Марка с заспанными и перепуганными глазами выбежать в гостиную, после чего Вита вознаградила его смачным таким поцелуем. Я уже начала жалеть о том, что рассказала ей, наблюдая за тем, как эта рыжая вцепилась в Марка, а тот, бедный и начавший синеть, пытался её от себя отлепить. Дальше Вита, таки оставив Марка в покое, помчалась в подвал за дорогущим вином с тридцатилетней выдержкой с возгласом: «Ипать, это надо отметить!». Вернулась она с двумя бутылками вместо одной и показала мастер класс, как открыть бутылку шампанского острым ножом. Ей это удалось, но Валентина мы откачивали долго… А потом этот монстр в одно горло выхлебала бутылку вина, оставив нам добродушно бутылку открытого шампанского и отрубилась. Занавес, господа! Марк, конечно, как верный скакун…ой, извините, рыцарь, поднял свою охмелевшую даму (а на часах, между прочим, и часу дня не было!) и понес в её комнату отсыпаться. Наверное, если бы тогда Витка не поцеловала Марка, то он бы и дальше таскал ей герберы, а она над ним издевалась на пару со мной. Зато сейчас эти голубки не отлипают друг от друга. Иной раз аж приторно становится наблюдать их в столовой, как Марк поглощает пирожные тоннами, а Вита смотрит на него влюбленным глазами и пускает слюнку… Я молчу о том, когда они начинают кормить друг друга сладким. Ну, а Дей… Он покорно лежит в кровати, пока рана не затянется и можно будет снимать швы. Нет, Дей, конечно, порывался встать и продолжить заниматься делами на первых порах, но моя угроза получить черепно-мозговую сковородкой творит чудеса! Вот поэтому я и бегаю туда сюда: то сижу и развлекаю Дея, потому что он не хочет меня от себя отпускать, то, вырвавшись, выслушиваю хвалебные оды в честь Марка. Весело, ничего не скажешь! Утром меня разбудил звонок мобильного, нащупав его на тумбочке, я ответила, опрометчиво не посмотрев, кто же звонит в такую рань. — Алло, — заспанным и хриплым голосом вещала я трубке. — Анита Викторовна, потрудитесь объяснить где вы, чёрт побери, пропадаете уже вторую неделю! — на том конце провода звучал злой голос, который не сулил ничего хорошего. — Мама… — только и смогла выдавить я, подрываясь с кровати и судорожно начиная соображать. — А кто это ещё может быть? — взорвалась мать. — Небось не просыхаете там, да? Вроде бы взрослая девушка… Кого я воспитала? — начала свой монолог мама. — Ну как это где, у брата Виты, мы же тебе говорили… — вставила свои пять копеек в мамину тираду. — У-Виты-нету-брата, — чеканя каждое слово ответила мама, холодок пробежал по спине, сердце собрало манатки и умчалось в пятки. «Я труп!» — бегущей строкой билась назойливая мысль в мозгу. — Ну не нервничай ты так… — Что значит не нервничай?! — перешла на ультразвук она. Ей богу, паникерша! — От тебя уже недели две нет вестей! Хоть бы позвонила, сказала, что все хорошо, что ты не в морге… — Почему сразу в морге? — у меня глаза на лоб полезли. — С твоими способностями искать приключения на задницу, ты можешь оказаться только в морге или в изоляторе! Последние, кстати, я обзвонила все. — Мама, — господи, эта женщина не исправима. — Со мной все хорошо, с Витой, собственно говоря тоже. — А вот насчёт Виты… — Ма-а-ам, ну не начинай, — взмолилась я. — Не смей затыкать матери рот, — взвизгнула она. — С этой твоей подругой её родители поговорят! Именно они, замечательные, между прочим, люди, сказали мне, что их дочери нет дома, и очень удивились, когда узнали, что у них, оказывается, есть сын. Представляешь, Анита?! — ... — что я могла сказать? Правильно, ни-че-го! Поэтому я уже во всю напрягала свой мозг в поисках решения этой дилеммы. — Чтоб через час была дома, ты меня поняла? Иначе я не знаю что с тобой сделаю! — пригрозила мама и отключилась. Диктатуры в семье у нас не было отродясь, все строилось на доверительно-уважительных отношениях… Ключевые слова здесь «не было», видимо, теперь будет. Наспех одевшись и приведя себя в порядок, я кубарем спустилась по ступенькам на первый этаж и влетела в гостиную, где уже ворковали голубки. — Это пиздец! — заорала я и, споткнувшись о ковёр, полетела на стоящий в центре диван. — Что? — в один голос спросили Вита и Марк, отлипая друг от друга. — Мама, — выдохнула я и взялась за голову, они не понимающе уставились на меня. — Мама все знает! — Да не может быть, — успокоила меня подруга. — Ага, то есть это не она мне щас звонила? — истерично выкрикнула я, нарезная круги вокруг дивана. — Не кипишуй, подруга. Если бы твоя мама была в курсе, то мне бы мои предки уже телефон оборвал-ли, — на последнем слове рыжая запнулась, так как, пока она толкала речь, тянулась за телефоном. Посмотрев на экран, она побледнела и перевела на меня квадратные глаза. — Пиздец! — Во-о-от, я тебе о том же говорю, — распиналась я, не прекращая наматывать круги. — Это же жопа, беспросветная жо… — Что происходит? — раздался звучный голос со второго этажа, не давая закончить мне фразу. На верху ступенек показался Дей, обвел нас взглядом и тут же нахмурился. — Мама в курсе, что мы не с Витиным братом, так как у неё его вовсе нету! — при последних словах я метнула злой взгляд в подругу, та виновато опустила голову. — Собирайся, сейчас поедем разбираться! — сказал мужчина, разворачиваясь и шагая в коридор. — Отдохнул называется… — послышались бурчание Дея. — Стой, — крикнула я и помчалась вверх по лестнице, чтоб его догнать. — Тебе нельзя двигаться, мы сами справимся. — Нет уж, — резко остановился брюнет, от чего я чуть не врезалась в его спину. — Давай, собирайся, поедем, всё им объясним. Это ведь я тебя здесь оставил, это моя вина. — Не нужно, — начала я, но Дей быстро притянул меня к себе и поцеловал, затыкая рот. И ведь знает же, что мне это чертовски нравится! — Давай, — выдохнул мужчина мне в губы. — не будем заставлять родителей ждать. Через полчаса мы уже сидели в машине и ехали к родителям. Вита, сидевшая впереди, разговаривала со своими родителями, вернее это был монолог последних. Вита же молча сидела, опустив глаза, и слушала. Машину вел Марк, так как Дею не желательно было двигаться вообще. Я же с ним сидела на заднем сидении и, положив голову ему на плечо, пыталась сообразить, что бы такого сказать, чтоб не заставить родителей взорваться, как бомбу замедленного действия. — Приехали, — сказал Марк, лихо входя в поворот и подъезжая к нужному подъезду. — Спасибо, — сказала я и начала выходить. — Вы пока оставайтесь здесь, если вы понадобитесь, я вам позвоню. Захлопнув за собой дверь, я помчала в подъезд. Несмотря на то, что было около часа дня, в подъезде было темно, хоть глаз выколи. «Найти бы этих балбесов, кто лампочку выкрутил, и в одно место им её вставить. Без вазелина ввинчу!» — сокрушалась я в темноте, пока искала перила. Нащупав их, я стала подыматься по ступенькам, но не прошла я и одного лестничного пролета, как дорогу мне перегородила тёмная фигура. — А вот и наша пташка, — раздался знакомый грубый мужской голос, и силуэт мужчины двинулся на меня. Я начала пятиться, но тут же врезалась спиной во что-то твердое, повернув голову, я увидела ещё две фигуры, стоящие сзади меня! А я-то надеялась на стенку, или лучше дверь, ведущую ко второму выходу из подъезда. Отступать было некуда. Когда меня схватили, я начала брыкаться и попыталась заорать, но амбалы оперативно зажали мне рот рукой. Тащили меня, как раз-таки, к тому второму выходу (есть у нас такая фишка — в подъезде два выхода, на разные улицы), я стала цепляться руками за перила и стены, но безуспешно, мне их просто заломали. Когда мы подошли к самой двери, мне удалось наступить одному из них на ногу, выругавшись он нечаянно толкнул второго, и мне удалось выскользнуть из захвата. Со всех ног я помчалась к главному выходу и как только я открыла дверь, впуская яркий солнечный свет в мрачный подъезд, заорала: — Де-е-ей, помоги-и-и! — вопль получился истошным, то что мне и нужно. Вот только меня уже схватили и начали вволакивать обратно в темный подъезд. — Де-е-ей, — ещё раз заорала я, брыкаясь и стараясь высвободится, но безуспешно. Прежде чем дверь в подъезд закрылась, я увидела выбегающего из машины Марка и Дея. Они быстро бежали в мою сторону, но не достаточно для того, чтобы успеть. Меня затащили в машину, припаркованную аккурат возле второго выхода и швырнули на заднее сиденье. Я тут же попыталась вскочить и потянулась к ручке двери, чтоб открыть её, ведь из подъезда уже выбегали Дей и Марк. Но, почувствовав резкую боль в районе шеи, я ощутила как проваливаюсь в темноту.