***
Вымощенные сталью стены. Стоит дверям лифта раскрыться, как мужчина натыкается взглядом на сидящую на полу худощавую тушку. Глаз Мориарти не видит; только темные, до боли знакомые вьющиеся спутанные волосы. Узник поднимает голову, и Джеймс понимает, в чем различие двух братьев: этот, с широко раскрытыми голубыми глазами, не скрывает интереса – поистине детского, в то время как Шерлок при их первой встрече хмуро исследовал, сухо констатировал. Эвр смотрит на гостя с еле проскальзывающим обожанием: вне сомнений, он слышал о короле преступного мира из новостей; знал, сколько тот доставил неприятностей и Шерлоку, и Англии в целом. А сейчас их разделял только слой стекла. Никакой охраны, никакого наблюдения. Он добился своих пяти минут. И он уверен, что этого достаточно. Что Холмс, что Мориарти, шагают к стеклу шаг в шаг, пока их не начинает разделять только пара ничтожных сантиметров, и то разделенных границей. Оба исследуют друг друга, оба немо восхищаются. Их губы застыли в призрачной улыбке. Слова не нужны. В мыслях эти двое давно оставили позади этот чертов остров, это стекло и эти вымощенные сталью стены; Мориарти бесконечно тонет в голубых глазах и вдыхает запах вьющихся волос, а Эвр – со всей своей детской покорностью тянет за ворот иссиня-черной рубашки. Запотевшее стекло и возраставшее с каждой секундой напряжение – вот что произошло за те пять минут пять лет назад.***
– Как ты это сделал? Как все это возможно? – Холмс старший явно недоумевал, как это: чтобы в превосходно технически оснащенном Шерринфорде, напичканным вооруженной охраной, возможен не только побег, но и захват самой лечебницы кем-то из узников. Эвр, сидевший сейчас по ту сторону экрана, неотрывно смотрел на Шерлока, но отвечал на поставленный вопрос скорее обвинением: – Ты посадил меня сюда, Майкрофт, и приносил мне подарки.