Yumegen (устаревший вариант)

— Привет, дружище, что ты здесь делаешь? — Привет, Мидо. Как видишь, цветы покупаю. Полдень. Хикаро стоит у цветочного прилавка в центре города. Вокруг мельтешат люди, бегут кто куда по всей дороге. Удобно, когда нет транспорта. Каждый рассчитывает лишь на свои ноги. Злобное солнце не светит в глаза, оно взойдёт лишь на закате. Фиолетовое небо с алыми тучами придает всему живому энергии, вдохновения и воспарённости. Как всегда, весёлый и забавный Мидо спустился с каменной дороги и увидел Хикаро на своём пути. Мидо обрадовался встрече, ведь и так хотел его навестить. — Оу, цветы, значит? — заинтересованно взглянул Мидо. — Учти, я ненавижу тюльпаны! — Что?! — пискнул Хикаро, заметив улыбку продавца. — Блин, что ты несёшь, Мидо, с какого перепугу я буду покупать тебе цветы? — Как так? А я разве не заслужил? — вёл своё Мидо, специально вводя Хикаро в неловкое положение. — Кто тебя вернул в город? Кто тебя к врачу водит, м? Так ты значит с другом, да? Хикаро понял, что Мидо решил над ним подшутить, поэтому не раздумывая выдал: — Ах ты ж морда гейская, может задарить тебя голубыми розами? «Остряк хренов, не так уж ты и прост, как я думал, я даже не знаю, что ответить», — замешкался Мидо. — Мудила, — злобно пробормотал. — Сам придурок. Продавец не сдержался и вскрикнул: — Может быть вы уже купите цветы и пойдете выяснять отношения в другое место?! — Ах да, извините, заверните мне три розы, пожалуйста, — Хикаро передал деньги. «Как же мне всё-таки повезло, что в моём доме оказалась приличная сумма денег.» — Вот, держите, — продавец отдал цветы. — Спасибо. Следуя по прямой дороге, Такигами и Мидо продолжили разговор: — Так, кому цветы-то? Ты же кроме меня никого не помнишь, или… — Да я познакомился тут кое с кем. — Ух ты, и как зовут эту красотку? Какой у неё размер? Она блондинка? Я теку от блондиночек, они просто суперские тяночки! — увлёкся Мидо. — Кажись, тебя понесло. Её зовут Эмили, к тому же она брюнетка. Она медсестра в медицинской части темницы, где мне пришлось на днях побывать. — Ах да, как раз хотел об этом спросить. Как тебя вообще угораздило? — Да я хотел отдохнуть, перекусить, но ко мне пристал какой-то алкаш и понеслось. — Везёт же твоей жопе, — рассмеялся Мидо. — Если не получил по морде, то не познакомился бы с… Эмили, да? — Да, а ведь ты прав, — улыбнулся Такигами. — Так что, ловелас, куда мы её ведем? — Да я планировал просто погулять с ней, встретить закат, поговорить по душам, мороженку покушать. — Пациент, ваш диагноз: романтик! Нет, я бы сходил с ней на петушиный бол. Да, именно туда. — Петушиный бол? — удивился Хикаро. — Ну это игра, в которой одна команда игроков пытается забить мяч ногами в защищаемую зону другой команды. «Футбол, что ли?» — Так почему бы это не назвать, например, футбол? Типа, нога — мяч, нет? — Банальщина. Вся конфетка в том, что игроки одеты в костюмы петухов. Зрителям плевать, какая команда победит. Главное — зрелище. Они так смешно всё это делают, а как падают или клювами сбиваются, просто смехота! Хикаро был очень удивлён этому, однако не захотел ни спрашивать что-то, ни возражать, ибо попросту не понимал, что на это можно ответить. — Слышь, Хикаро, я только сейчас осознал, что ты сказал мне минуту назад… То есть, ты познакомился с медсестрой и теперь у тебя с ней свидание? — Ты к чему клонишь? — Понятно к чему, плохой пациент, добрая медсестра, — заострил Мидо. — Эй! Ничего такого! Просто мы друг другу понравились. — Ну «понравились» было первой стадией, а потом… — А потом ты отхватил по хлебальнику. Реализовать? — Хах, остынь, Хикаро. Я же по-дружески. «По-дружески? По-дружески… А ведь он прямо, как мой воображаемый друг в детстве… Когда оставался один, я постоянно придумывал его. Такого, что вечно развеселит, подшутит. Я забыл о нём, когда начал общаться с Цукиске. Неужели Мидо тоже является моим творением?» — Ладно, романтик, мне тут нужно сворачивать, удачного вечера! — Ага, спасибо. Спустя 8 часов Вечер. Солнце всё ближе к горизонту, за которым пристально наблюдают Хикаро и Эмили на окраине города, сидя на лавочке. Они находятся на небольшом спуске, внизу течет река, а за ней видно другой берег: широкий и безграничный, как кажется нашим героям. Солнце только недавно вышло из-за туч, но уже прячется. Оно родилось, чтобы умереть. И, кажется, не нужно никаких слов, достаточно лишь сидеть, наблюдать за этой красотой, дышать свежим воздухом и чувствовать себя свободным. Наша пара так и поступила. Они молча смотрели на закат. Лишь когда небо отдалось луне, они решили пройтись и поговорить. — Эмили, тебе нравится жить в Акацумо? — Хм, — задумалась Эмили, — странный вопрос. Я никогда не думала об этом. В целом, этот город меня устраивает. Если сравнить с другими поселениями, у нас просто рай, как говорят. — Неужели, где нас нет, всё так плохо? — Я думаю, мы не можем судить о другом месте, пока сами там не окажемся. Однако, странники разное говорят. — Например? — Хикаро! — неожиданно возмутилась Эмили. — Ты меня позвал, чтобы об этом поговорить? Спроси кого-то из двора Таказе, они тебе объяснят, если посчитают нужным, — Эмили скрутила руки, сделала недовольное лицо и повернула голову в сторону. — Извини, я не подумал… Можно еще один вопрос подобного характера? Эмили повернулась с подозрением: — А ты не шпион какой, часом? Хах, ладно, валяй. «Шпион? Хотя, да, возможно.» — Ты знаешь Цукиске Окаду? — Лично? Нет. Слышала, он уехал после смерти Таказе, а ведь его хотели избрать шестым. — Шестым? — спросил Хикаро. — Да, ну, шестым Таказе. Химицу был пятым. — Вот оно как. — Хикаро, мы уже целый час гуляем, но ты всё еще не рассказал о себе. — Ну, а что рассказывать-то. Я вырос в детском доме, ничем не выделялся, у меня есть один друг, Мидо его зовут. Живу в доме недалеко от центрального рынка… «Что мне еще ей сказать? Я ведь и сам ничего о себе не знаю. Блин, будто я чужой для себя человек, угораздило же меня.» — Да уж, немногословный ты. Ладно, не хочешь говорить — не надо. Рано или поздно я всё равно всё о тебе узнаю. — Может быть, хах. «Идём в наступление.» Слушай, Эмили, может мне показалось, но, по-моему, тогда, в больнице, ты очень сильно обо мне беспокоилась, как о родном человеке. Неужели влюбилась в меня с первого взгляда? — «А-а-а, он меня вычислил! Я сама не понимаю, как это произошло. Как только я его увидела, словно Амур пристрелил меня трижды» Нет, как, ты что, с чего взял вообще? Нет, — неуверенно отговариваясь, Эмили выдала себя. — Ну-ну. Кажется, я прав. — Думай, что хочешь! Всё равно твоё мнение будет лживым, ведь я сама знаю правду. — О-о-о, началось, все эти ваши женские штучки… — Эй! — вскрикнула недовольно Эмили. — Не называй меня женщиной! — Почему? Ты ведь, вроде как, женского пола. — Я девушка, болван! Еще раз назовёшь меня так — отхватишь! Понял?! — Окей. «А какая разница? Ладно, лучше её не злить.» Пока говорили, Хикаро и Эмили дошли к некой «Алее Славы», где стояли статуи предыдущих Таказе. — Да-а, восхищает. Очень пафосное место. — Ты что, никогда здесь не был? — Не приходилось как-то. — Странный же ты. — О, — вскрикнул Хикаро, — а это что за меч? — Не знаю, реликвия может какая. Эй, зачем ты туда полез? Меч висел на высоте примерно трёх метров на выложенной каменной глыбе. Хикаро залез на неё и с лёгкостью снял меч. Он поднял его над головой, внимательно рассматривая. — Он шикарен. Спиральная золотая рукоятка, все эти каменные вставки, и форма! Он такой большой, но на удивление лёгкий. Эти золотые оплетения вокруг стали просто изумительны. Знаешь, я вот держу его, и кажется, что он всё время только меня и ждал. Ой, а-а-а, — после этих слов Хикаро поскользнулся и полетел вниз, не специально направляя меч прямо на Эмили. Она застыла столбом, не понимая что ей делать. В последнюю секунду она закрыла глаза и… Внезапно, будто молния оттолкнула Хикаро в сторону. После падения, последний поднялся и увидел перед собой чёрноволосого мужчину в чёрной накидке, он узнал в нём того человека, который допрашивал его в больнице. — Это вы? Спасибо вам. — Пошли со мной! — В смысле, куда, зачем? — не понимал Хикаро. — Господин Судоши… — Извини Эмили, он должен пойти со мной. Не переживай, всё будет хорошо. Мужчина взял Хикаро за руку и буквально через пять секунд они непонятным образом оказались в коридоре, напоминающем темницу. «Что это только что было? Как мы здесь оказались?» — Темница? Вы собираетесь меня посадить? Судоши взял Хикаро за руку, у которого всё еще находился меч в руках, и потащил к двери. Он постучался, после чего они вошли в зал, в конце которого находились три кресла. По краям сидели кот и пёс, посередине находился лысый, очень старый седобородый человек, который был одет в белое кимоно и сидел в позе лотоса. — Ураначи-сама! Вот он! — Так значит время пришло, — вяло проговорил старик. — Подведи его ближе ко мне. — Извините, что вмешиваюсь, — встрял Хикаро. — Вы новый Таказе? — Я? — строго посмотрел господин. — Нет, я всего лишь очень старый дед, который знает всё, — более весёлым тоном продолжал он. — Или почти всё. Во всяком случае, иногда ко мне приходят ведения о будущем. Меня зовут Ураначи Миттеи, а тебя как зовут? — Хикаро Такигами! — Достойное имя… Судоши, так это он? — Да, он смог не только дотронуться к нему, как видите, он всё еще у него в руках. — Точно, я и не заметил. Так значит, ты смог подчинить себе Таками? — Что подчинить? — не понимал Хикаро. — Таками, меч света. К нему никто не может притронуться кроме истинного наследника. «Истинного наследника? Что несёт этот дед?» — Когда-то, давным-давно, тринадцать великих воинов, обладающие невообразимой силой, положили конец войнам. Дабы не поддаться искушению собственной мощи они заключили свою силу в клинки и разбросали их по всему миру. Они хотели, чтобы их наследники когда-то вновь спасли Юмеген от разрухи, если будет такая угроза. Вся ирония в том, что как только они умерли, мир тут же покинул нас. Столетия за столетиями велись войны между странами, посёлками, людьми. Появлялись новые и новые наследники, но вместо ожидаемой гармонии они приносили лишь новые разрушения в этот мир. Но ко мне пришло видение, что к нам явится человек из другой реальности, он сможет завладеть одним из тринадцати мечей и поставит точку: либо спасёт Юмеген, либо уничтожит его. Вот так вот, — утомлённо заканчивал старик. — Эй, а ты кто такой? — Ураначи-сама, это Хикаро Такигами, — вмешался Судоши. — Тот самый избранный. — А, это ты. Когда-то давным-давно тринадцать великих воинов… — Я это уже слышал, — перебил Хикаро. — Значит вы знаете, что я прибыл из другого мира. Как мне вернуться обратно? — Этого я не знаю. — Что?! Как не знаете?! Я значит чёртов избранный, который должен помогать вам? Почему я? — Сложный вопрос. Видимо, тебя избрал Всевышний. — Почему он выбрал именно меня? Почему он не учитывает то, что я хочу жить по-другому? — Да ему плевать на твои желания. Тебя выбрали, а не ты. Каждому уготовлена своя судьба, мы лишь должны сыграть свою роль. В общем, Судоши, я хочу чтобы ты занялся им, обучил всему, что нужно. Без твоей помощи этот паренёк пропадет. — Хорошо! Я сделаю всё, что от меня потребуется! Судоши и Хикаро вышли в коридор, где продолжили разговор: — Тебе нужно успокоиться и принять всё это. Ах да, не советую кому-то говорить, что ты пришёл к нам с иного мира. Об этом никто не должен знать. Я даю тебе неделю на отдых. — И вы не боитесь, что я сбегу? — Поверь, тебе это не удастся. — Да неужели. К тому же, если здесь куда не вступи, везде война, почему у вас даже нет стен, которые могли бы защищать город? — Слабый соперник побоится нашей армии и не нападёт. Сильный соперник проломит стены и вступит в бой. Так зачем нам тратить ресурсы на перестройку бесполезных стен? — Ясно… А для чего мне недельный отдых? Что будет после того? — Ты будешь записан в ряды кайто и я обучу тебя всему. — И что? Мне выдадут специальную форму? «Что за кайто?» — Нет, только жёлтую повязку, которую ты должен постоянно иметь при себе. — А как же бронежилет, защита там какая-нибудь? — Никакая защита не спасёт тебя от атаки, которую ты пропустишь. Судоши отвёл Хикаро к выходу. — Не переживай, парень, осваивайся. Я понимаю, это трудно, но тебе придется смириться со всем этим. Удачи, — на этих словах Судоши внезапно куда-то исчез. — Эй! «Ну и как теперь мне добраться домой?»