Yumegen (устаревший вариант)

— Так значит, ты решил умереть? — Чёрт возьми, где я? «Ой, как светло же!» Хикаро лежал в очень необычном месте, если его можно так назвать. Не было ни горизонта, ни неба над головой, ни земли под ногами. Сплошной белый свет. И в этом свете он видел лишь старого знакомого — человека, скрывающего собственную личность за плащом, капюшоном и маской. — Нигде… в своём мозге. — А как ты сюда попал? «А мне уже не больно. О, раны нет.» Такигами поднялся, опираясь о пустоту. Будто в его сознании появилось что-то, что помогло ему встать и держаться на ногах. — Я могу попасть куда угодно, — человек сел на пол, которого нет, как-будто хотел поговорить с Хикаро по душам. — Важнее, зачем я здесь. — Да, а, кстати, зачем ты здесь? — Чтобы спасти тебя, дурень. Даже не спрашивай, каким образом. Ты решил, что сможешь проснуться, да? Но хрен там был. Твоей реальности больше нет. Юмеген тебе и мамка, и папка, пойми ты это уже наконец. На тебе лежит великая миссия, парень. — Что еще за великая миссия? Спасти Караши? Человек бахнул ладошкой себе по маске, поражаясь глупости слов Хикаро. — Не ты ли тот парень, что хотел править миром? Мысли глубже. Подумай, с какой радости, став рабом этого мира, ты еще и стал неким избранным? Сам Ураначи Миттеи напророчил тебе великую судьбу! Ты и только ты можешь овладеть мечом света. Совершенствуйся! Тут тебе еще и учитель по этой стихии подкинулся. Действуй! — резко развёл он руками. — Зачем? Не хочу я здесь зависать! Не хочу! — На что боролся, на то и напоролся. Нет у тебя выбора. Либо живи по правилам, либо подыхай! Только в следующий раз я тебе уже не помогу. — Да уж, говоришь делать, но что делать, не говоришь. Зашибись. Хоть бы подсказку дал… И вообще! Сколько можно появляться из неоткуда и читать мне лекции. А я не то, чтобы лицо твоё увидеть, я еще и имени твоего не знаю. — Хех, ну ладно. Раз уж тебе это так важно, называй меня Магатами. — Хорошо, а лицо? — А тут уж фигушки. — Хм-м, скажи, я тебя знаю? Ну, в смысле, в Юмегене есть несколько людей, которых я знаю с реальности. Ты входишь в число таковых? — Скажем так… Ты мог бы меня знать, но нет, не знаешь. — Блин, еще больше загадок, — огорчился Хикаро. — Ладно… «Что ладно?» — Расскажу тебе кое-что. Ты уже знаешь, что существует тринадцать уникальных мечей. — Да, знаю, и? — У многих уже есть владелец, но у некоторых еще его нет. Так-то, скоро появятся, но не в этом суть. Есть легенда: когда все тринадцать мечей соберутся вместе, они откроют силу вселенского масштаба. Ты представляешь, что можно сделать с этой силой? Можно овладеть миром или открыть новый… «Ты о чём?» — Да, ты правильно подумал. Есть большая вероятность, что именно так ты сможешь вернуться домой. — Вероятность? Или я точно вернусь? — Это всего лишь легенда, я не могу знать наверняка. Уж поверь мне на слово. — То есть, мне попросту нужно овладеть всеми мечами? — Тише-тише, уменьши разгон, парень. Контроль одного меча считался невозможным, а ты сразу о всех… У каждого свой хозяин. У тебя лишь один меч. — Тогда как? — Это уже твои заботы. Ты хотел подсказку, ты её получил. А теперь возвращайся к своим друзьям. Ах да, как ты любишь, — Магатами поднял руку и щёлкнул пальцами.

***

— Райцуги сбежал. Вот, Мидо кажется сломал ногу, ой… Блондинчик… мёртв? — Хикаро, нет, пожалуйста, не покидай нас, живи, ты должен жить. Хикаро слышал голос Дакаты и шёпот Эмили. Ему чувствовался вкус крови во рту. Открыв глаза, он осознал, что лежит на полу, где только что умер. — А, нет, видимо, живучий. — Что? Хикаро! — Эмили обхватила шею Хикаро, пытаясь обнять его, да так сильно, что чуть сама ему не навредила. — З-за-аду-ушишь, — еле протянул Хикаро. — Ой, прости, я не хотела. Тебе больно? — Конечно больно, я только что чуть ласты не откинул. — Погоди, сейчас я тебя подлечу. — Ладно, Мидо, — вмешался Даката. — Придется тебе потерпеть на диванчике. — Хорошо, как-нибудь потерплю. — Держись. Эмили достала небольшой нож. — Эй, ты убить меня хочешь, что ли? — Нет, с его помощью я могу забирать и передавать жизненную силу. Ты же видел как я лечила Судоши. — Точно, забыл. Она слегка порезала себе ладонь на левой руке, которая сразу же исцелилась. Было заметно, что Эмили сильно ослабла от повторной процедуры. Она приложила нож к ране Хикаро и тот понемногу исцелялся. — Всё. Не полностью конечно, но якобы… — И так сойдёт? — перебил Хикаро. — Да, — лицо Эмили расплылось в улыбке. — Мне еще нужно помочь Мидо.

***

Утром в этот же день Хикаро и Даката бродят по рынку с целью чего-то прикупить на завтрак. «Чёрт. Меня и Дакату послали за продуктами как самых здоровых. Мидо ногу сломал, Караши и Судоши-сэнсэй вовсе на кровати вылёживаются. Но я же чуть не умер. И уже здоров. Если Эмили меня так хорошо вылечила, то почему не сделала это с Мидо и Судоши-сэнсэем?» — Да, Хикаро, как я и думал, ничего мы здесь не найдём. Хорошо, хоть дождь закончился. «И правда. Этот рынок совершенно не такой как в Акацумо.» Действительно. Рынок в Данасаве состоит из нескольких очень длинных прилавков, накрытых сеном. Проходы довольно широкие, но никакая объёмность упаковки не спасёт содержимое. Народ сюда приходит не для того, чтобы что-то купить, а чтобы это украсть. Многие просто лежат на проходах, бьют по ногам и смотрят в глаза с надеждой, что им чего-нибудь да перепадёт. Адекватных людей здесь довольно мало, поскольку покупать действительно нечего. Продавцов намного меньше, нежели покупателей. У каждого в продаже не более пяти штук определённого продукта. Пять морковин у одного, пять яблок у второго, пять чашек риса у третьего. Мяса здесь никогда не бывает. Единственная радость — рыба. В Данасаве много рыболовов, однако найти этот продукт можно лишь на «чёрной» части рынка. Люди Модо всегда забирают всё себе, и лишь некоторые успевают сохранить свой товар. — Знаешь, Хикаро, мне тут пришла в голову одна идея… Беги за мной, только не оборачивайся. — Зачем? «Ну ладно.» Даката мигом устремился сквозь грязную толпу мерзких воров, отбиваясь от жадных рук. Хикаро еле поспевал за ним. Спустя несколько разбитых лиц, они прибыли в эту самую «чёрную» часть рынка. Попасть в него можно лишь если сдвинуть парочку пустых ящиков на окраине основного рынка. Немного постучать в пол и откроется дверь в подвал, в который можно спуститься по деревянной стремянке. Перед человеком, прибывшим сюда, открывается такой вот вид: дорога вперёд ведёт непонятно куда, ибо идёшь и никуда не приходишь. Слева есть комната, в которой ничего нет, одни голые стены. Справа тоже есть комната, и там тоже ничего нет. Но если немного посветить, то можно заметить дверную ручку, с помощью которой и открывается чёрный рынок. — Как жизнь, Чикамацу? Узнал меня? — выдал Даката, как только зашёл. Чёрным рынком служила небольшая комната, забитая различной рыбой. Сюда могут зайти лишь избранные покупатели, поэтому их практически и нет. И свежесть рыбы тоже никто гарантировать не может. — Это ты, Даката? — послышался тихий голос из-за повешенной на верёвке рыбёшки. — А кто это с тобой? Он не расстявкает всё господину Модо? — Не бойся, он свой.

***

— Как это у тебя получилось? — поинтересовался Хикаро, возвращаясь с Дакатой домой. — Очень просто. Он-то еще не догадывается, что я уже не служу Модо. — Хах. Круто ты его сделал. Хикаро почувствовал, что его кто-то легонько дёрнул за штанину. Он повернулся и увидел маленькую девочку. — Чего тебе? По виду ей дашь лет пять. Не больше. Но на самом деле ей уже девять. Голод всему проблема. Она была укутана в грязную тонкую тряпку, ничего более на ней не было одето. Она посмотрела на Хикаро щенячьим взглядом и попросила: — Дядь, подайте. — Ну я же просил тебя не оборачиваться, Хикаро, — выразил своё недовольство Даката. — Вот, кушай. — Хикаро протянул ей одну морковину и яблоко. Девочка жадно схватила, поданное ей и убежала. — Так всегда, Хикаро. Ты слезами обливаешься, а они тебе и спасибо не скажут. Плевать на таких нужно. Но Хикаро не стал отвечать Дакате. Он лишь улыбнулся. Ему впервые за долгое время удалось кому-то помочь. Это радовало его душу. Спустя пять минут пути уже Даката спросил: — Как это у тебя получается? — Что получается? — не понял Хикаро. — Смотреть на них как на обычных людей? — То есть? Разве они не люди? — Это отбросы, — холодно молвил Даката. — Все, кто чего-то просят, являются таковыми. Нехрен унижаться перед остальными. — Ну, не знаю… «Постараюсь сменить тему.» Даката, слушай, а ты ведь владеешь стихией света? — Да. А что? — Научишь меня управлять ею? — А ты что, тоже ею владеешь? «Странно, мне за всю жизнь не приходилось встретить таких.» — Что-то вроде того. Может… будешь моим сэнсэем? — Ну уж нет. — Почему? — У тебя уже есть учитель. — Тогда будешь моим сэмпаем? Пожалуйста, будешь моим сэмпаем? Будешь, будешь? — Успокойся! Не собираюсь я тебя учить! Я вообще не верю, что свет тебе подвластен. Ты можешь что-то продемонстрировать? — Нет, — огорчился Хикаро. — Но Судоши-сэнсэй сможет это подтвердить. — Посмотрим.

***

— Да, ему подвластен свет. — Но как? Считалось, что я последний выживший наследник света. Даката решил расспросить Судоши о Хикаро. Они сидят в комнате, где после ночной схватки отлёживается последний. — Он не просто наследник. Ты видел, какой меч он с собой носит? — Нет, не обращал внимания как-то, — Даката на момент задумался. — Постой-ка, ты хочешь сказать, что… — Именно так. — Невозможно! — Даката аж соскочил со стула, прикусывая большой палец на руке. Его одновременно переполняли и ярость, и радость. — После стольких лет… — Я бы не рассказывал тебе об этом, но только ты можешь… — Ладно, я буду обучать его. — Ты ведь понимаешь, что ему будет мало парочки уроков? Ты пойдёшь с нами в Акацумо? — У меня нет дома. Если вы меня пустите, то с радостью.

***

— Итак, первое, что ты должен запомнить — свет сильнее тебя! Даката и Хикаро отошли на каменистую пустошь недалеко от дома, где один взялся обучать другого. Учитель и ученик стояли напротив друг друга на расстоянии десяти метров, обнажив клинки. — Его очень сложно контролировать, и всегда есть вероятность навредить самому себе. Это одна из двух самых сложных в освоении стихий. «Одна из двух?» — А какая вторая? — Естественный соперник света — тьма. «Хах, ожидаемо.» — Слушай внимательно, Хикаро, пик сил твоего меча приравнивают к силе Солнца. Конечно, к этому тебе еще очень далеко «если ты вообще хоть что-то сможешь», но суть такова: свет раздается во все стороны, следовательно ты можешь очень серьезно ранить себя. Более обидно будет, если твоя атака большей мощью направится именно на тебя. Чтобы это предотвратить, нужно научиться управлять формой света. Очень хорошо, если у тебя есть другая стихия. Формой иных стихий управлять намного проще, поэтому через них можно с лёгкостью выпустить свет. У меня помимо света от природы имеется еще две стихии, а именно вода и огонь. Чаще я использую для этого воду. Вот, например. Даката взмахнул своим мечом и в воздухе зависло три слабо светящихся шара. — Это минимальная мощность света. Подходит для освещения тёмных мест. — Да, ты уже делал это на рынке. — Именно. Так ты владеешь еще какой-то стихией? — Ну, пока нет. «Я еще и светом не владею, а он про другие спрашивает.» — Плохо. Очень плохо. «Что же делать?» Ладно, как видишь, погода сейчас пасмурная. Попробуй представить жидкий свет… «Жидкий свет? Что еще за бред?» — И как-будто он течёт по твоим венам, постепенно переливаясь в твой клинок. Заставь его хотя бы засветиться. Сконцентрируйся. — Ладно, попробую. Хикаро немного наклонился и сильно сжал в руке меч. Так сильно, что руки аж тряслись. — Стоп, стоп, стоп! Расслабься. Ты должен дышать полной грудью и не колыхать свой мозг мыслями по типу: давай, теки сильнее, я концентрируюсь! Твой разум должен быть чист, а намерения искренними. — Проще сказать, чем сделать. Хикаро стал ровно и попытался сделать всё, что посоветовал ему Даката, но ничего не получилось. — Хватит. Зря мы это затеяли. У тебя было пробуждение? — Какое еще пробуждение? — Как я и думал, не было. Пока ты сам не высвободишь свою силу, я не смогу тебя чему-либо научить. — А как же мне это сделать? — Это случится само собой… «В сильном эмоциональном напряжении.»

***

Вечер в этот же день Цухина сидит в пещере возле кладбища рядом с кроватью, на которой лежит Райцуги. — Цухина, скажи честно, Модо сделал тебе что-то плохое? Девушка молчала. Точнее, девчонка, ведь ей всего пятнадцать лет. Она сильнее натянула на себя коричневый плащ, скрывая свои длинные светлые волосы. — Ну… как… — Ублюдок Модо! — Те люди… они оскорбляли меня и порой лапали… Но вы ведь знаете, Райцуги-сан, я могу дать отпор. — Эх! Я их на клочки порву! — Райцуги просто пылал от злости. — Не нужно, — возразила Цухина. — Они не заслуживают этого. — Р-р-р-ах, выполним последнее задание и сбежим в другую страну. — Как? Вы покинете кладбище? — Всё, что угодно, лишь бы никто не трогал мою дочь… Ничего… Кладбище всегда будет со мной… Что с моими руками? — Ах да. Правая полностью восстановлена, а вот левая… Она может функционировать, но всякое напряжение мышц в обожжённой области будет вызывать сильную боль. Я не могу это вылечить за короткий срок. — Неважно. Теперь мне хватит и одной руки, чтобы разделаться с ними. Тем более, у меня есть ты — мой главный козырь!