И была Тьма, или Демоны, анимагия и прочие

29 июня 1971 года - Лили, дорогая, беги сюда. Одиннадцатилетняя рыжеволосая девочка лениво поднялась с травы и, взъерошив челку ближайшего друга, умчалась на голос, обещая вскоре вернуться. - Да, мама, я здесь. Катрина Эванс, вот уже 8 лет как проживавшая с мужем и двумя детьми на одной из лондонских улочек, протянула дочери письмо. Лили, почти вырвав его, залихватски засвистела: - Ура, я еду в Хогвартс! Я буду дипломированной ведьмой! – и попыталась сбежать к Северусу, но была поймана за воротник. - Кто бы сомневался. Твои магические вспышки скоро будет невозможно объяснять природными аномалиями. Сядь, нам надо поговорить, - Катрине повиновались все, начиная с собственного мужа и заканчивая соседями и продавцами в магазинах. Жесткая воля, сверкавшая в ее глазах, забавляла только одного человека, именовавшегося Волдемортом, но для нее так и оставшегося магом Реддлом. Лили покорно опустилась на стул и приготовилась слушать. - Милая, ты, конечно, помнишь своего крестного, Тома Марволо? - Да мама, только его уже около года не было у нас в гостях. - И слава, хм, Азазелю, пусть и дальше не появляется. Дорогая, Том отнюдь не простой маг, а весьма могущественный темный волшебник, нацелившийся на господство над всем магическим миром. Его идеи в чем-то здравы, но то, как он их реализует, ей-богу, хуже саранчи на поле. Девочка хихикнула над сельским выражением, совершенно не сочетающимся с грозной фигурой крестного, но, поймав строгий взгляд матери, снова сосредоточилась. - Лили, я рассказывала тебе о твоем происхождении, и ты должна понимать, что являешься для своего крестного и Защитника весьма лакомым кусочком в качестве потенциальной матери наследника. Собственно, его поведение в последние два посещения было весьма характерным. - Мама!!! - девочка сильно смутилась и поежилась. Конечно, она видела целующиеся парочки и примерно представляла сам процесс совокупления, но не в одиннадцать же лет и с почти незнакомым мужчиной? - Вот уже одиннадцать лет как мама! - отрезала Катрина. - Когда в школе на тебя наденут распределяющую шляпу, просись в Гриффиндор, тогда ты будешь под присмотром так называемой светлой стороны. Для всех ты останешься магглорожденной. Тому тоже выгодно пока скрывать твое происхождение. Но он всегда будет помнить, что ты рядом. Как и твой дар, твои способности. А теперь иди! Подумай над моими словами! И … ради всего сущего, выбери в партнеры светлого мага, а не то чудо, что у нас под боком живет! - Ты о Северусе? – напряглась девочка. - Как будто здесь еще есть маги, - проворчала Катрина, потом махнула рукой, - иди уже, еще поговорим об этом! Лили мгновенно унеслась, забыв о наставлениях матери. Вздохнув, Катрина покачала головой. Вот уже одиннадцать лет она, сначала благодаря Тому, а потом и Эйлин Снейп, постигала тонкости жизни магов, потихоньку развивая и собственный магический потенциал. Ведь ее девочке предстояло жить в другом мире. И то, что Катрина увидела там, ее совсем не радовало. Только выхода не было... И к лучшему, что Петуния родилась сквибом. Тот мир совсем не для нее. А у Лили будет место, где спрятаться, переждать бурю. **** 12 мая 1977 года. - Лили, нам надо поговорить. Это очень важно, - темноволосый слизеринец внимательно вглядывался в свою гриффиндорскую подружку, всем видом демонстрируя значимость предстоящего разговора. - Как обычно, у озера? - Через три часа! Когда девушка вышла к огромному валуну, Северус уже был там и сосредоточенно кидал плоские камушки в воду. - Спрут вряд ли будет доволен твоим угощением, - заметила гриффиндорка. - Ничего, ему полезно. - Что случилось, Сев? - Мне кажется, этот вопрос должен задать тебе я, Лили! - Ты говоришь загадками. - Разве? Лили, вчера было еженедельное собрание новичков у Темного лорда. И, представляешь, мне была оказана величайшая честь – аудиенция у господина. Только, вот ведь странность, меня расспрашивали не о МОИХ успехах и даже не о МОИХ ПЛАНАХ в рамках деятельности Пожирателей Смерти, а исключительно о некоей гриффиндорской ведьме с рыжими волосами, о ЕЕ успехах и планах на будущее. Не раскроешь секрета, чем вызван такой интерес? - Сядь, Северус, - Лили схватила друга за руку и устроилась на камне. Долгое время она молчала, поглаживая его ладонь, потом вздохнула: - Естественно, я знаю, чем вызван интерес Лорда Волдеморта. В конце концов, я его крестница. Тяжелый взгляд прошил девушку волной ужаса. Юноша же выдернул руку, опустил глаза в землю и сгорбился. Он словно разом постарел вдвое. - Рассказывай. - Чуть больше восемнадцати лет назад Том Марволо Реддл для усиления своих магических способностей нашел группу маггловских демонопоклонников и использовал их для призыва Азазеля. В качестве дара подсунул невинную девушку. Только вот демону оказалось не интересно просто изнасиловать жертву, он провел обряд зачатия, а Марволо назначил в Защитники ребенка и его матери, чтоб всем жилось интереснее. Через девять месяцев родилась я. Реддл время от времени посещал нас, но после моего поступления в школу затаился, ограничиваясь высылкой различной литературы и редких артефактов. Мама считает, что он не хотел афишировать нашу связь перед Дамблдором. А месяц назад я вступила в наследие. - И? - Магия крови. Боевая магия. Огненная стихия. - Мордред и Моргана! Воцарилась тишина. Даже птицы молчали, словно в знак сочувствия паре магов. - Северус, что мне делать? Молчание. - Сев! - Мимикрировать. - зло порекомендовал тот. - …? - Завтра мы изображаем бурную прилюдную ссору. Так что, если при всех обзову грязнокровкой, будь добра обидеться. Смертельно! Потом играем роли истинных детей своих факультетов. Далее, на волне ненависти ко мне, миришься с Поттером и летом едешь к его родителям. Поговоришь откровенно с лордом Поттером, он вменяемый и очень жесткий мужик, негласный лидер оставшихся нейтральными магических семей. Твой дар из семьи он не выпустит. Будь готова провести магическое бракосочетание, в крайнем случае, заключить магический брачный договор с полным комплектом взаимных обязательств. Не меньше! Иначе за твою безопасность я не дам и кната. - Дьявол бы тебя побрал, Сев, а других вариантов нет? Почему я не могу выйти замуж, например, за тебя? - Видишь ли, дорогая, если я что-то понимаю в демонах, то тебя ждет за порогом смерти папочка Азазель. А вот я там никому не нужен. Максимум, призраком пошляюсь, пока не упокоят! А я пока еще жить хочу. Не говоря уж о получении удовольствия от секса, которого я при реализации твоего плана буду начисто лишен! - Ой, извини, я забыла о твоих пристрастиях, - смутилась Лили. Северус закатил глаза, потом со вздохом обнял подругу: - Справимся. Подумаешь, Джеймс. Придурок, каких Мерлин не видывал, зато им управлять легко. Родишь пацана, может двух. Или такую же рыжую ведьму. А Поттеры станут твоей защитой, Темный лорд поостережется с ними связываться. - Не хочу дочку, лучше уж сына. Для тебя, раз девушки тебе не по душе... - Роди для меня. Глядишь, привыкнет с детства к моему большому носу и спутанным патлам. - Прекрати, - ткнула друга в бок Лили, - нормальный у тебя нос. А уж как ты двигаешься – любая девчонка лопнет от зависти. Вот еще голос доведешь до совершенства, и цены тебе не будет! - Подумаешь девчонки. Если б ты сказала парни… - Мы сейчас вообще о чем? - озадачилась сменой темы гриффиндорка. - О, любви, Лили, о любви, - вздохнул Снейп. - А обещание первенца - мальчика я запомню. Мне, полукровке, особо много предложений не делают. 3 августа, 1980 год. Больница Святого Мунго. Три дня спустя после рождения наследника Поттеров. - Лили, - тихий голос заставил задремавшую в ожидании друга девушку встрепенуться. - Сев, почему так долго? Я волновалась, - Лили обняла гостя, по привычке ероша его волосы. - Очередное задание. Только вернулся. Магглотерапия сегодня была по облегченному сценарию. А тебе волноваться вредно, молоко пропадет, чем будешь моего жениха кормить? Северус сжал благодарную за ласку подругу. Лили, уткнувшись в мантию, пропахшую травами, наконец, расслабилась. Служение Лорду обернулось для Снейпа настоящим кошмаром в виде тяжелых заданий, во время которых ему уже не раз и не два приходилось убивать людей. Впрочем, только благодаря помощи Северуса им с Джеймсом удавалось избегать столкновений с Волдемортом и выворачиваться из ловушек. - Твой будущий супруг сладко спит, не дождавшись своего измотанного делами суженого, - улыбнулась девушка и повела глазами в сторону кроватки. - Ты твердо уверена, что хочешь провести ритуал магической помолвки без согласования с мужем? - они уже обсуждали возможность дополнительной защиты ребенка пророчества, в том числе положенной и от рода, в который ребенок будет обещан. А защита рода Принц не всякому по зубам. Даже если этот всякий - Темный Лорд. - Да. Гарольд Поттер знает, он согласен на любые способы усиления защиты малыша. А Джеймсу природой не дано отслеживать темные ритуалы. Магические следы помолвки мы скроем так, что и дракон не учует. Северус встал и подошел к кроватке. Словно почувствовав это, Гарри Джеймс Поттер открыл глаза с уже окончательно сформированной зеленой радужкой, агукнул и непроизвольно выпустил неконтролируемую пока магию, приветствуя знакомого незнакомца ударом теплого воздуха. Брюнет улыбнулся и повернулся к Лили: - Согласен. Он вроде бы тоже не возражает. 31 октября 1981 года После странной смерти родителей Джеймса молодая чета была вынуждена использовать для укрытия домик в Годриковой Лощине. Вечер Хэллоуина для Лили, ожидавшей к ночи Северуса, обещал стать небольшой отдушиной в череде скучных одиноких дней, но в мгновение ока превратился в кошмар. Ее муж, услышав стук в дверь, обрадовано подскочил на месте и бросился открывать: - Сир… Лили, хватай Гарри и беги, я задержу его! Акцио, вол… Джеймс попытался призвать волшебную палочку, но гость легким движением руки заставил его отлететь к стене. Неудачно приложившись головой, молодой маг безвольной куклой сполз набок. Темный Лорд, поморщившись, подошел и бросил легкое диагностирующее заклинание. Аврор был мертв. - Безнадежно. А еще лучший в своем отделе, - зло прокомментировал Реддл и двинулся на второй этаж, где исчезла его подопечная. - Эванс, давай выходи. Игры закончились. - Ошибаешься, они только начинаются, правда, дорогой? – Лили усадила малыша в его кроватку и призвала свою силу: - Именем своим, кровью своей, призываю тебя, отец мой Азазель, защити дочь и внука, рожденных в плоскости земной, Лилиан Поттер и Гарри Джеймса Поттера. По комнате прошла волна, окутывая девушку и ребенка теплом. Лили улыбнулась и зашептала катрены. Ворвавшийся в комнату Лорд попытался обездвижить ее, но щит, возникший во время призыва, держался. Посередине комнаты замерцали блики от сошедшейся в поединке магии. - Не дури, Лили. Ничего тебе за попытку сбежать не будет. Ну, пострадаешь недельку без этого идиота, который меня без палочки пытался удержать. Ты же умная женщина. - Том Реддл, вы нарушили свою клятву! - Еще нет. Магия не отреагировала на смерть Джеймса Поттера, значит, признала ее несчастным случаем. Но если будешь сопротивляться моим решениям, то кара со стороны Азазеля меня не остановит. Ты идешь со мной и подчиняешься во всем, либо переходишь с сыном к папочке под крылышко. Думаю, Азазель будет рад представить Тартару свое потомство и забудет о мести на неопределенное время, - ухмыльнулся Лорд, не сводя настороженного взгляда с противницы. - Будь ты проклят, маг! - Не кидайся словами, деточка, аукнутся. Брось палочку и собирайся. ЖИВО! Гнев застил глаза Лили, призванная магия бушевала в крови, заставляя забыть об осторожности. Забыть, что магия реагирует на действия, ей не важны мотивы! - Авада Кедавра! Лорд легко ушел с линии атаки и ухмыльнулся. Так легче всем. Его действия будут считаться самозащитой, что, возможно, даже оставит стихийный дар огня при нем. Отлично. Маги кружили по комнате, пользуясь невербальными защитными заклятиями. Они оба понимали, что силы примерно равны: за мужчиной стоял его опыт и накопленные им за годы силы, за девушкой - мощь и поддержка отца, а также отчаяние человека, которому уже нечего терять. В какой-то момент Реддлу чудом удалось ускользнуть от очередного смертельного проклятия и направить на Лили чары безвоздушного пространства, совмещенные с антимагическим коконом. Лишившись притока энергии извне, внутренняя огненная составляющая сил девушки взорвалась и исчезла. Зеленые глаза, так привлекавшие окружающих, словно выгорели, по всему телу побежали точки разрыва кровеносных сосудов, и обмякшая фигурка тут же с глухим стуком опустилось на пол. Азазель, отдавший часть силы в ответ на призыв своего ребенка, вытащил дочь в Тартар, что проявилось легким сиянием и истаиванием ее тела в земной реальности. В замке отца Лили окутало густое красное свечение, которое, опав, оставило на полу прекрасную демоницу с необыкновенным для преисподней оттенком глаз - смесью изумруда с чернотой ночи. - Вот и все, моя красавица. Передавай привет папочке. Что ж малыш, нам пора. Твоя мама оказалась несколько неблагоразумной… Лорд Волдеморт повернулся к кроватке и мгновенно вскинул палочку в попытке защититься – из глаз ребенка на него смотрела сама смерть. Призванный дочерью Азазель смог воплотиться в теле внука, подчинив его. - Авада Кедавра, - крикнул Реддл. Зеленый луч вошел в лоб ребенка, но это не остановило направленного на Лорда потока огня, вырвавшегося из маленьких ладошек. Объятый пламенем, маг буквально вспыхнул в воздухе. Несколько мгновений, разрываемых нечеловеческим криком, и на пол осела лишь горстка пыли. Багровый отблеск в глазах ребенка постепенно потускнел, уступив место привычной зелени, по лобику заструилась кровь, а пронзившая тело боль заставила Гарри громко заплакать. *** Всего в десяти километрах от места событий согнулся от сильной боли в теле Северус Снейп. Магия, взбунтовавшись, утекала от него в неизвестном направлении. Но скоро все прекратилось, и молодой слизеринец позволил благостному небытию поглотить его. Абраксас Малфой, замерев на месте в Малфой-мэнор, прислушивался к своим ощущениям. Он чувствовал нехарактерные колебания и отток силы. Придя в себя, мужчина бросился в ритуальный зал, где щедро окропил семейное древо кровью. Ничего не изменилось. Подумав пару минут, он с сомнением достал из тайника склянку с законсервированной кровью Эйлин Принц. Через мгновение коридоры Малфой-мэнор огласил отборнейший мат. Месть оказалась не такой уж сладкой. Один из сильнейших среди выпускников Хогвартса темных магов, Северус Тобиас Снейп вряд ли простит биологическому отцу и его семейству тяжелое детство с магглом-алкоголиком и годы унижений в школе. Абраксас вздохнул, представляя реакцию Люциуса на известие о наличии единокровного брата. Какая удача, что сын столь ответственно подошел к вопросу выбора крестного для Драко, посчитав, что силы у внука достаточно, чтобы не искать дополнительной защиты. Благодаря этому у старшего Малфоя сохранились возможности для маневрирования при налаживании отношений с новоявленным сыном. **** Прибывший в Годрикову Лощину через пятнадцать минут после трагедии Сириус словно сошел с ума – он пытался оживить Джеймса, кричал и проклинал Волдеморта, Петтигрю, Дамблдора. Потом до его потрясенного сознания все же дошел звук плача ребенка, и он бросился наверх. Однако, попытка подойти к кроватке не увенчалась успехом. Малыш просто не подпускал к себе мага. В это время сработал камин и послышался голос Хагрида, отправленного Дамблдором к узникам Годриковой Лощины, чтобы поздравить с Хэллоуином. Но невменяемый Сириус даже не смог внятно ему объяснить, что произошло в доме. Притащив хранителя ключей Хогвартса к кроватке и попросив вызвать директора, Блэк рванул искать Хвоста. Вина за смерть Джеймса и его жены черной змеей вгрызалась в сердце мужчины, застилая разум. Его магическая аура пылала всеми оттенками красного и черным, заставляя встречных магов шарахаться от него. Спустя несколько часов Сириус будет арестован за убийство Питера Петтигрю и двенадцати магглов. Потрясенные произошедшим, министерские чиновники даже не станут разбираться в причинах и следствиях. Зачем? Вина в смерти Поттеров запоет в крови и ауре наследника Блэков, подтверждаясь выкриками самого юноши, вымаливающего у мертвецов прощения. Впрочем, Сириусу будет не до министерских чинуш и их мнения о нем. Он осудит и приговорит себя сам. А через двое суток после Хэллоуина отправится туда, откуда редко возвращаются. В Азкабан. Меж тем Хагрид, при некотором сопротивлении стихийной магии малыша, все же смог взять Гарри на руки и попытался его успокоить. Широко раскрыв глаза, ребенок с изумлением посмотрел на бородатого мужчину и на всякий случай описал его, чтоб неповадно было щекотать пяточки. Невольно матюгнувшегося ключника отправили менять пеленки и одежду малыша. Подтянувшиеся к месту трагедии маги с трудом, но смогли восстановить примерную картину происшествия, немало удивившись исчезновению тела Лили. Дамблдор, впрочем, как и МакГонагал, попытался забрать Гарри у Хагрида, но не смог до него даже дотронуться. После использования нескольких диагностических заклинаний директор Хогвартса пришел к выводу, что вокруг ребенка был сформирован очень мощный защитный кокон, основанный на родственной крови и не подпускающий к ребенку магов, как наиболее опасных в последние несколько часов представителей человечества. Хагрид, полувеликан с очень незначительным запасом магических сил, был неохотно признан защитой условно безопасным, но и это оказалось временным явлением, так как кокон все еще продолжал формироваться. Ключник постоянно ощущал нарастающее желание отсадить от себя Гарри подальше, да и сам малыш начал беспокойно ворочаться. Решение передать ребенка на попечение его маггловских родственников казалось в данную минуту наиболее очевидным. Использование аппарации отпадало. Для создания портключа необходимо было очень хорошо знать местность, где жили родственники Лили. Поэтому, дав великану амулет связи, Дамблдор попросил у того полчаса на ориентацию в маггловском мире, после чего Хагрид должен был привезти малыша по маяку на брошенном рядом с домом Поттеров мотоцикле Сириуса. Час спустя три представителя волшебного мира собрались около небольшого дома. Защитный кокон вокруг Гарри мгновенно среагировал на кровные чары, которые в свое время Лили навешала вокруг жилища сестры, почувствовав их родственность. Хагрид осторожно поставил корзинку на крыльцо, а Дамблдор вложил в нее письмо, адресованное Петунии. Сморщенное личико младенца мгновенно разгладилось. Он даже улыбнулся и агукнул. Ключник ощутил теплые струи воздуха, окутавшие Гарри, и облегченно вздохнул. Едва маги отошли от крыльца, желая обсудить вопрос вызова родственников к оставленному мальчику, чтобы обойтись без истерик и недопониманий, как дом стал мерцать и растворяться на глазах. Еще через минуту Дамблдор нахмурился: - Никто не скажет, что мы здесь делаем? МакГонагал растерянно пожала плечами, а Хагрид удивленно крякнул: - Дык, Гарри сюда привезли, к родственникам. - Гарри? - Э, профессор, кажется, пора выпить, праздник все же, - в мозгу полувеликана забрезжила мысль, что, видимо, так надо, раз его кумир резко забыл о маленьком мальчике. - Наверное, мы случайно ошиблись при аппарации, - предположила МакГонагал. - О, точно, мы собирались вернуться в Хогвартс, чтобы обсудить политику по отношению к детям Пожирателей, - облегченно вздохнул Дамблдор. У Хагрида нервно дернулся глаз, но он все же решил промолчать. Магия сбережет дитя Лили и Джеймса. Она же того, могущественная. Вот! Волшебный мир с головой окунулся в новую для себя эру. Немногие допущенные к начавшимся уже второго ноября процессам по делу обвиняемых в принадлежности к Пожирателям Смерти, были весьма удивлены тем, что подозреваемый Северус Снейп был отпущен аврорами спустя всего неделю допросов и слушаний. Свидетельствовавший в его защиту директор Школы Чародейства и Волшебства Хогвартс Альбус Дамблдор недвусмысленно дал понять служителям Визенгамота, что Северус – его правая рука в вопросе добычи информации в стане врага, и готов был в знак своего полного доверия свидетельствовать под веритасерумом. Его мощная протекция не осталась без внимания вершителей судеб, и все обвинения со Снейпа были сняты. Сам зельевар во время разбирательства пребывал в таком шатком расположении духа, что не смог бы с точностью сказать, какие именно события произошли в период с первого по девятое ноября. Когда же Северус вынырнул из своего эмоционального ступора, первое, о чем он вспомнил, - его суженый. Попытка путем утомительных разбирательств в министерстве узнать, куда дели ребенка Лили рассеянные лидеры ордена, потерпела неудачу, когда Дамблдор начал многословно уверять, что малыш в очень надежном месте, где он абсолютно счастлив. Попытка же найти Петунию Эванс самостоятельно у не очень опытного во взаимодействии с различными социальными службами и институтами мага благополучно провалилась, завершившись в камере предварительно заключения. Связь с обещанным в супруги ребенком ощущалась крайне слабо, не позволяя провести аппарацию. Оставалось только ждать. И молить Мерлина с Азазелем о благополучии нареченного. А больше мальчишка никого и не интересовал. Все были просто счастливы забыть маленького героя и, наконец, заняться собственной жизнью, более не омраченной тревожными газетными статьями и возможностью попасть под раздачу легкого на расправу Темного Лорда. Сильные мира сего занялись своим любимым делом, активно перетягивая одеяло в стремительно меняющейся политической обстановке.