Одна из тайн монохромов

      Вскоре они покинули страну. Кира была даже восхищена планом, хоть и не сказала об этом Владимиру. Денег на билеты у них не было, воровать у кого-либо девушка настрого запретила, потому её компаньон нашел оригинальный, хоть и опасный выход: перелететь в книге из багажа какого-нибудь туриста. Просто забраться в чью-нибудь книгу в аэропорту, и выбраться уже в пункте назначения. В стерильную зону они проскочили в комиксе какого-то мальчишки, а после забрались в слезливый дамский роман одной престарелой путешественницы.       Несколько часов спустя они уже катили в такси по серым улочках норвежского городка. Там они пробыли недолго, потом были Дания, Чехия, Румыния. Были перелеты и долгие поездки на поездах, ссоры и споры, в результате одного из которых проигравшему Владимиру пришлось сбрить бороду. Кира долго хохотала, увидев его непривычное помолодевшее лицо, и сказала, что ему повезло, что они не на юге, где у него бы был дурацкий половинчатый загар. Потом случайно им подвернулся рейс на Дальний Восток, и истосковавшихся по родной речи странников занесло в пригород Владивостока.       - Надеюсь, здесь они нас не найдут, - Владимир закрыл дверь квартиры и, скинув ботинки, завалился на диван.       - Мы остаемся здесь? – с некоторой брезгливостью оглянулась девушка на обстановку.       - Пока да. Может пару месяцев, может чуть дольше. Я устал. И нужно решить кое-какие вопросы.       - Твои дела меня не интересуют, - надменно возразила Кира.       - Хватит кусаться, львенок, - устало усмехнулся мужчина и почесал начавшую отрастать бороду.       Глаза девушки зажглись огоньком, что не сулило ему ничего хорошего.       - Я. Не. Львенок, - она отчеканила каждое слово, повернувшись к нему лицом.       Ему всегда нравилось, как она остро реагировала на внимание и теплоту с его стороны. Он часто отвешивал ей комплименты, флиртовал, а она всегда скалилась и смущалась. Было забавно наблюдать, выводить её из себя, но иногда хотелось, чтобы она эти комплименты благодарно принимала. Она не видела себя со стороны, не осознавала, что дуалы равны в силе и питают друг друга. Когда она грустила, Владимир, сам того не желая, чувствовал слабость и апатию. И наоборот: когда ему удавалось растормошить её, заставить злиться или проявить цвет, энергия кипела в венах. Они одновременно топили друг друга и не давали уйти на дно окончательно. ***       Однажды он напоил её: притащил несколько бутылок вина накануне её дня рожденья, аргументируя тем, что у них в жизни мало поводов для радости. Любопытство взяло верх, и Кира согласилась. Тем же вечером они снова поссорились, девушка в порыве гнева запустила в него подвернувшейся бутылкой, которая оставила огромное красное пятно на стене и растекающуюся лужу на полу. Увернувшийся Владимир был чертовски зол и отвесил ей пощечину.       Девушка опешила, но будто очнулась: её истерика показалась капризом и она уже сожалела, что напала на мужчину. Она прижимала ладошку к своей щеке, во все глаза смотря на него. В её голове вдруг прояснилось, и злость ушла.       - Прости, - тут же прошептал Владимир, с тревогой и сожалением глядя на девушку.       Казалось, мужчина сам не ожидал, что сделает это. Видимо его захлестнули чувства дуала, Киры, взбесившейся под действием алкоголя. Он поднял руку к её лицу, отвел её ладонь и приподнял её подбородок, разглядывая след от пощечины. Щека слегка порозовела, и он осторожно провел пальцами по нежной коже. Девушка, казалось, стояла не дыша.       А потом порывисто потянулась к нему и быстро чмокнула его в губы. Владимир оторопело глядел на неё. Когда пару секунд спустя ожидаемого сожаления на лице девушки не проявилось, он притянул её к себе, целуя в раскрытые губы. Она была как никогда податлива и одновременно пыталась перехватить инициативу: запустила обе руки в его волосы, практически повисла на нем, прижимаясь ещё ближе.       Он подхватил её под бедра и в два шага оказался около дивана, куда они опрокинулись в следующую секунду. Кира судорожно шарила по его спине и плечам, будто пытаясь коснуться каждого миллиметра его тела.       Мужчине нравился её голодный взгляд, которым она окинула его, когда он отклонился, чтобы снять свою рубашку.       - Моя львица, - усмехнулся Владимир, за что получил ощутимый пинок в бок.       Девушка нахмурилась и в её чертах он заметил сомнение.       - Ну что, используешь меня? – он знал, как легко можно ей манипулировать, что сказать, дабы вызвать нужные ему эмоции.       Она немного вскинула голову, смотря на него свысока, как прежде.       - Ты слышишь цвет? – он наклонился и оставил цепочку поцелуев на её шее.       Девушка, закрыв глаза, выгибалась в его руках: от нахлынувших ощущений и от удивительной мелодии струн. Она подумала, что наверняка он уже с кем-то спал раньше, он тоже слышал мелодию, и глупая ревность тут же поселилась в её мыслях. А гордыня подсказала решение: сделать так, чтобы он помнил только её, чтобы все остальные отошли на второй план, третий, пятый, десятый. Она – его дуал, она его использует, только она.       Кира потянула вверх свою футболку. Ей нравился контроль, нравилось, что он следит за каждым её движением и подхватывает их. Нравилось видеть его ещё до конца не заживший шрам от пули, как свидетельство её значимости, важности для него.       Пару минут спустя она уже была без одежды, но нисколько не смущалась, слушая его сбивчивые заверения о её красоте. Он зарылся обеими руками в её черно-белые спутанные теперь волосы и шептал, что сделает для неё всё, что она попросит.       Она пыталась разобрать, чувствует ли на губах вкус вина или это его вкус, пробегала ладонями по его груди, сползая на бока и упираясь в пояс его джинс. Когда она начала инстинктивно прижимать к нему бедра, Владимир расстегнул молнию, приспустил брюки вместе с бельем и одним ровным движением вошел в неё.       Она почти рычала и царапала ему спину. Но мелодия заглушала всё остальное. Кира пыталась не закрывать глаза, ей хотелось видеть его лицо, осознавать свой контроль над ним. Когда несколько минут спустя он кончил, тяжело опустившись на неё и уткнувшись в её плечо, девушка запустила руку в его волосы и потянула назад, поднимая его лицо так, чтобы заглянуть ему в глаза.       Владимир поморщился от резкого рывка и в ожидании глядел на неё. Кира облизнула свои пересохшие губы и тут же получила долгий глубокий поцелуй. Мерный гармоничный тон двух струн, казалось, заполнил весь мир вокруг. ***       Утром девушка отчаянно старалась избегать встречи взглядом с Владимиром, чего уж там про то, чтобы говорить на эту тему. Они негласно решили, что лучше будет забыть этот день для упрощения их совместной жизни. Всё было по-старому. Пока на горизонте не появились охотники два месяца спустя. ***