Разговоры и нечто большее

Они не были сплетницами, но слишком многое накопилось. Слишком многое осталось невысказанным. Нет, они ничего не имели против их пятерки, но есть слова, которые должны остаться только между лучшими подругами. С самого окончания уроков они были вместе. Отправились к Эве домой, приготовили обед, и Нура в итоге решила остаться у подруги на ночь. И вот они уже битый час сидят на кухне, обсуждая все, что только в голову придет. — Может, уже фильм посмотрим? — подала голос Сатре, допивая пятую кружку зеленого чая. — Я не против. Не верю, что ты смогла оторваться, — Эва усмехнулась, кивая на белую кружку в руках подруги, и поднялась изо стола. Девушка открыла холодильник и что-то принялась искать. Нура, залпом прикончив остатки чая, подошла к электрическому чайнику. Набрав воды из-под крана, она щелкнула миниатюрной кнопкой включения. Стенки чайника моментально подсветились красным цветом. Сатре улыбнулась, скрестила руки на груди и повернулась к подруге. — А ты не лопнешь? — хихикнула Мун, все так же роясь в холодильнике. Захлопнулась белая дверца, показалась девушка, держащая в охапку несколько разноцветных коробочек. — Пошарь по шкафчикам. Там где-то шоколадки были, — подала голос рыжеволосая. Нура стало беспорядочно носиться по кухне в поисках заветных плиток «Милки». Набрав в охапку всяких вкусностей, девушки спустились к Эве в комнату. Положив все на комод, Эва, пару раз амплитудно махнув руками, прыгнула на кровать, заставив ту нехило скрипнуть, а Нуру зажмуриться, переживая то ли за сохранность подруги, то ли за целостность чужой мебели. Мун перевернулась на живот и посмотрела на подругу. — Тебе бы в плаванье, — отпустила шутку блондинка, укладываясь рядом с подругой. Щеки Эвы покрылись румянцем. Нура легла рядом с девушкой. Мун достала ноутбук и положила его в изножье кровати. Девушка лучезарно улыбнулась, утыкаясь носом в плечо Нуры. — Что смотреть будем? — наконец спросила Сатре. Эва молча отстранилась и стала что-то быстро набирать на ноутбуке. — Исак недавно скинул мне парочку неплохих сопливых мелодрам, — Мун ненадолго отвернулась от монитора, видимо ожидая от подруги какого-нибудь комментария, которого так и не последовало. Эва вернулась в первоначальное положение, яро тыкая пальцами в клавиатуру. Определившись с фильмом, который заинтересовал их обоих, девушки заинтересованно прильнули к ноутбуку. Начало фильма их явно не впечатлило, поэтому они, отвлекшись от скучного нытья главной героини, сели на кровати так, что их колени едва соприкасались, и девушки могли смотреть друг другу в глаза. Эва терпеть не могла такие позы. Внутри сразу все вскипало, принося болезненные ощущения. Ее щеки моментально краснели, сердце билось еще быстрее, она невинно улыбалась и придвигалась ближе к девушке, так, что даже сквозь ткань штанов Нуры Эва могла чувствовать спасительное тепло подруги, к которой она явно испытывала не совсем дружеские чувства. При каждой удачной попытке она старалась коснуться подруги. Будь то простые объятия при встрече, жаркое дыхание в затылок в момент давки в метро, когда Эва брала Нуру за руку, и та воспринимала это как простое желание не потерять ее в такой толпе. Но для Эвы все было совсем иначе. Особенно Мун любила соприкосновение пальцев во время прогулки, когда они шли так близко друг к другу. Тогда Эва чувствовала холодную кожу, от которой бежали мурашки по всему телу, и каждый раз боролась с диким желанием остановиться, схватить окоченевшую ладонь, прислонить к губам и согреть дыханием. Но ее останавливал здравый смысл и боязнь, что Нура не поймет ее и отвергнет. Поэтому Эва старалась меньше пить в компании блондинки. Алкоголь позволял внутреннему «Я» Эвы просочиться наружу, начать нести бред о поцелуях и признаваться в любви всем подряд. Так она когда-то поцеловалась с Вильде. Хоть и для девушки этот поцелуй не значил совершенно ничего, то Эва винила себя за некую измену. Нет, не измену человеку, с которым состоит в романтических отношениях, а измену своему принципу, который крепко засел в голове. Эва уже встречала случаи влюбленности в лучшую подругу, но не верила, что подобное может произойти и с ней. Она боялась наступить на грабли, так как такие ситуации не заканчивались хорошим концом. После признания дружба либо вообще прекращалась, либо становилась не такой, какой была раньше. Но даже в счастливых историях было плохое завершение. Иногда влюбленных разделяли тысячи километров, чаще всего появлялась ревность, а за ней ссоры и недопонимание. Эва привыкла смотреть на Нуру как на лучшую подругу, никак не на объект её любовного интереса. Но все слишком изменилось, и Мун стала думать иначе. Эва хотела надеяться хотя бы на пару счастливых месяцев вместе с Сатре, но позже переубеждала себя, так как боялась потерять единственный шанс видеть рядом свою подругу, а не застенчивую или раздражительную девушку, в которую могла бы превратиться Нура после простых слов «Ты мне нравишься». Эва хваталась за каждый удобный случай побыть рядом с Сатре. Обычные посиделки ведь ни к чему не приводят? Может и так. Но Мун пыталась уцепиться за каждую подходящую возможность для признания. Оставалось только поймать момент. Блондинка посмотрела в сторону, в своей манере поджав губы. Эва знала, что это значит. Нуре явно не нравилось долгое молчание и сверление взглядом друг друга. Мун винила себя за это. Она вновь позволила себе провалиться в мечты, позабыв о своем существовании в реальном мире. Блондинка достала телефон, уже открывая Фэйсбук, как вдруг рука Эвы мягко легла на экран. — Не сегодня. Ладно? — вопросительно подняла бровь Мун, забирая аппарат себе. Нура кивнула. Эва встала с кровати и положила телефон на комод. Ее ладонь приятно зудела от прикосновения к блондинке. Включив на портативном динамике тихую музыку, девушка вернулась на кровать. — Может, уже выключим? — Мун кивнула на ноутбук, на экране которого шла постельная сцена. — Да ладно тебе, — отмахнулась Нура. — Интересно же. — Ну ладно, — согласилась Эва. Девушка плюхнулась головой на подушку, отломив от лежащей на комоде шоколадки небольшую дольку. Осознав, что она лежит уже достаточно долго, и глаза постепенно смыкаются, и с каждым разом все тяжелее моргнуть или даже просто открыть глаза, девушка села, удивив Нуру. — Ох, я думала, что ты спала, — заявила Нура, — Пыталась быть тише. — Я была на грани, — устало произнесла Эва. Нура усмехнулась, отправляя последний кусок шоколадного маффина в рот. — Давай поговорим, что ли? Фильм себя совсем исчерпал, — блондинка отвернулась от экрана ноутбука, сосредоточив всё своё внимание на Эве. — О чем же? — спросила девушка. Она боялась, что подруга узнала что-то насчет ее наклонности, что сейчас устроит ей серьезный разговор, из которого ничего хорошего точно не последует. — О чем угодно, — спокойно произнесла Нура, ожидая, что Эва первой начнет разговор, чего так и не последовало, — Вот, например, что ты чувствовала, когда целовалась с Крисом? — Ничего, — честно ответила Мун. — Как это? Целоваться с лучшим факбоем и ничего не почувствовать? — удивилась Нура. Эва все это время смотрела вниз, боясь, что блондинка поймет весь смысл ее слов по одному взгляду. — Просто. Он сам потянулся ко мне, ну, а там уж все само пошло не так, — осторожно добавила Эва, не скрывая ни капли информации от подруги. — Не так? — переспросила Нура. Эва подняла взгляд и, хоть сама того не хотела, устремила его на губы подруги. До этого она не задумывалась, почему губы блондинки даже сейчас, на ночевке, были накрашены ее любимым оттенком. Но была и еще одна причина, почему она смотрела именно на губы. Крошка, прилипшая к уголку губ Сатре, перебивала всю красоту идеального, по мнению Эвы, лица Нуры. — Почему ты все время так смотришь на мои губы? — спросила Нура, вскинув бровь. — Твоя помада сводит меня с ума, — нашлась Эва. Приятно было видеть эту милую улыбку, добрый взгляд и даже надоедливую коричневую крошку. — А еще у тебя крошка, — добавила рыжеволосая. Нура прислонила пальцы к противоположному уголку губ. А дальше все произошло само собой. Мун вряд ли позволила бы себе так поступить. — Нет, не здесь, — усмехнулась Эва и большим пальцем стряхнула кусочек пищи. Нура кивнула в знак благодарности, и повисла напрягающая тишина. Вдруг блондинка резко сократила расстояние между своим лицом и лицом подруги и поцеловала Эву в щеку, касаясь уголка губ рыжеволосой. Девушка едва удержалась от вскрика. Мун прислонила руку к месту поцелуя, отмеченного ярким следом красной помады. — Ч…Что? — заикаясь от неожиданности и радости, спросила Мун. — Вот теперь и у тебя есть сводящая людей с ума помада, — невинно улыбнулась Сатре, ложась на кровать. Повисла тишина. Нарушило её только шуршание одеяла и подушки, когда тело Эвы упало на них. Теперь все внимание девушек было сосредоточено на фильме, который их даже особо не впечатлил. Нужно было отвлечься от произошедшего, и они нашли выход лишь в просмотре скучной мелодрамы. Эва посчитала, что именно сегодня она уцепила момент, когда может во всем признаться Нуре. Подруга лежала совсем рядом. Эва чувствовала тепло ее тела. Видела, как подруга нервно теребит изящное кольцо на руке, видела блеск в ее глазах и слегка смазанную помаду на губах, как напоминание о сладком поцелуе. Пусть даже в щеку. Нура заметила, что Эва не спускает с нее взгляда. — Что-то случилось? — встревожено спросила она, игнорируя случившееся. — Ничего. Просто задумалась, — ответила Мун, опустив голову. — Все-таки поменяла свое мнение насчет поцелуя с Крисом? — Нура усмехнулась, поймав уставший взгляд подруги. — Нет. Он мне не нужен, — заявила Эва, тут же пожалев о своих словах. Нура удивленно посмотрела на подругу. — А кто тогда тебе нужен? — особенно подчеркивая второе слово, спросила она. Эва, сделав вид, что она не расслышала, повернулась к ноутбуку. Блондинка, тяжело вздохнув и смирившись с игнорированием, стала подниматься с кровати. — Я за чаем, — проговорила блондинка, поправляю одежду. Вдруг Мун схватила ее за запястье и потянула обратно на кровать. Да, она посчитала, что сейчас самый подходящий момент для признания. Она подумала, что ее дружба с Нурой все-таки достаточно крепка, чтобы не развалиться от простого признания. В крайнем случае, на который Эва совсем не рассчитывала, все могло восприняться простой шуткой. Тогда они бы посмеялись, и все вернулось бы в прежнее русло. — Что случилось? — Нура вскинула брови. — Подожди, — Эва шумно выдохнула, пытаясь избавиться от страха, — Нужно поговорить кое о чем. Эва легла на кровать, приглашая взглядом и подругу прилечь рядом с ней. Нура легла рядом. — Ну? — не вытерпела Сатре. — Знаешь, — тихо произнесла Эва, обдумывая дальнейшие слова, — После того, как мы с тобой познакомились, вся моя жизнь пошла в гору. Поверь, ты много для меня значишь. Просто хотела сказать спасибо за то, что приукрасила мою жизнь и стала лучшей подругой, — разоткровенничалась Мун, забывая, что опять говорит не совсем то. Нура мило улыбалась, смотря на подругу. И тогда Эва больше не смогла сдерживаться. Мгновенно преодолев расстояние между лицами, она прильнула к губам блондинки. Поцелуй был недолгим и робким, поэтому Эва вскоре отстранилась. Ощущая на щеках небывалый жар, она пыталась догадаться, о чем думала подруга. Нура ошеломленно лежала все в той же позе, ни капли не сдвинувшись с места. Подумав, что подруга точно не начнет кричать на нее и обвинять, Эва вновь стала тянуться к ней. Скорее всего, раньше она бы никогда так не сделала, но сейчас слишком много факторов подталкивали ее к такому поступку. Неожиданно произошло то, чего рыжеволосая не могла ожидать. Нура прислонила указательный палец к губам подруги и слегка оттолкнула. — Что это сейчас было? — с довольной ухмылкой спросила Сатре, находясь все в том же неудобном положении. Эва молчала. Она не могла говорить сейчас. Даже если бы она захотела, она не смогла бы вытянуть из себя ни слова. Вдруг Нура перекатилась на Эву и села на нее. Щеки Мун снова налились краской, а в области ниже живота возникло легкое колкое чувство. — Знаешь, — пытаясь не дрогнуть голосом, едва слышно пробормотала рыжеволосая, — Это не очень удобная поза для разговоров. — А кто сказал, что я буду с тобой разговаривать? — наигранно обидчиво проговорила Нура, приближаясь все ближе к лицу подруги. И когда Эва уже предвкушала сладкий поцелуй, слегка приоткрыв рот и томно дыша, Сатре остановилась в миллиметре от уст Мун. — Я ведь догадывалась, что ты ко мне неравнодушна, — довольно прошептала она, обдавая горячим дыханием губы Эвы. Девушка долго ждала этого момента. Она не знала, произойдет ли все так, что приведет к поцелую. Но все повернулось в ее сторону, и сейчас ее постигла небывалая эйфория. Внутри все перевернулось с ног на голову. Эва, едва сдерживаясь от радостных взвизгов, лишь мило улыбалась, наблюдая, как подруга приближается к ее губам. Найдя Нуру в опасной близости от себя, Эва неосознанно облизала пересохшие губы. Нура наклонила голову, и ее губы коснулись губ подруги. Пусть даже их глаза и были закрыты, они чувствовали улыбки друг друга, жар тела и легкую скованность. Они были одним целым. Девушки чувствовали друг друга каждой клеточкой своего тела. Сердца бешено колотились в такт, будто собираясь выпрыгнуть из грудной клетки. Из горла Эвы непроизвольно вырвался тихий стон, когда кончик языка Нуры скользнул по её нёбу. Сатре отстранилась, смотря Эве в глаза. А потом она рассмеялась и стала оттирать с губ размазанную красную помаду. — К твоему счастью, это взаимно, — улыбнулась Нура. Эва мило улыбнулась и отвернулась. Низ живота полыхал непонятным для нее пламенем. — Бедняжка, — Нура, обхватив подбородок Эвы указательным и большим пальцем, повернула ее голову к себе, — Нужно было раньше признаться, — Сатре мягко приложила руку к щеке Мун и снова потянулась к ее губам. Так и счет времени потерять нетрудно. Скоро небо уже начало светлеть и наливаться разными красками. Рассвет всегда был красивым. А встречать его с любимым человеком — особая эстетика. Даже если ты на него особо не смотришь, а вовлечен в процесс поцелуев и нежных поглаживаний. Хоть это и неимоверно приятно, но все-таки изматывает. Организм требовал сна, а на дворе уже было 5 утра. Отстранившись от Эвы, Нура медленно перекатилась на подушку. Мун повернулась к ней, прижала к себе и закрыла глаза. Теперь Сатре принадлежала только ей. *** 6 часов утра. Мерное сопение и два обнимающихся во сне тела. — А знаешь, про что мы забыли? — сонно говорит едва очнувшаяся Нура. — Про что? — устало переспрашивает Эва, придвигаясь ближе к манящему источнику тепла и приятного аромата, исходящего от любимой девушки. — Про чай.